А.Кондрашов: Уважаемый Владимир Владимирович! Дорогие гости!
Позвольте сразу сказать Вам большое спасибо, что всё это время Вы придерживаетесь неизменной традиции, когда лидеры мировых информационных агентств в дни проведения Петербургского международного экономического форума приезжают сюда, в Северную столицу, для откровенного разговора с Вами, и приглашаете на эту встречу наших коллег – агентство ТАСС.
Надо сказать, что некоторые наши гости заранее нас предупредили о том, что привезли очень острые вопросы, и мы на самом деле их предупредили, в свою очередь, что у Вас могут возникнуть к некоторым журналистам из некоторых стран тоже свои вопросы.
В.Путин: Нет, я вопросов задавать не буду. Я не журналист. Вы будете задавать, я буду отвечать.
А.Кондрашов: В любом случае пожелаем, чтобы наша встреча сегодня была открытой, откровенной и динамичной, потому что смысл этих встреч в том, чтобы, как и в предыдущие разы, всё разлеталось сотнями молний по всему миру, потому что люди, здесь сидящие, и агентства, которые они представляют, формируют больше чем три четверти всего информационного потока на планете.
Поэтому мы не будем сегодня придерживаться никаких законов по алфавиту, но одну деталь оставим неизменной – пусть нашу дискуссию начнёт представительница лучшей половины журналистики, и это будет Кажибаева Раушан Жанабергеновна, она генеральный директор Телерадиокомплекса Президента Казахстана.
Пожалуйста, Раушан Жанабергеновна, Вам первый вопрос.
Р.Кажибаева: Большое спасибо.
Уважаемый Владимир Владимирович! У меня к Вам сразу два вопроса.
Буквально на днях состоялся Ваш государственный визит в Казахстан. Визит прошёл очень успешно, и однозначно он стал одним из значимых событий двусторонней повестки текущего года.
В рамках визита Вы и наш Президент Касым-Жомарт Кемелевич Токаев приняли совместный документ о семи основах дружбы и добрососедства между народами Казахстана и России. Вопрос первый: в чём Вы видите значимость этого документа?
И второй вопрос. Одной из самых обсуждаемых тем Вашего визита стали амурские тигры, которых Россия подарила Казахстану. Президент Токаев назвал этот дар изюминкой визита. Скажите, пожалуйста, можно ли сказать, что это не только и не просто экологический проект, а, скажем так, некий символ, яркий символ доверия между странами? Спасибо.
В.Путин: Отношения с Казахстаном у нас развиваются очень успешно, по восходящей. При этом хочу сразу отметить, что наши казахстанские друзья, партнёры, не такие уж и лёгкие партнёры. У нас почти по каждому вопросу всегда идёт весьма острая дискуссия. Это касается финансовых взаимоотношений, отношений в промышленности, условий инвестиционной деятельности, каких-то крупных проектов. Но и с одной, и с другой стороны есть желание найти компромисс, который не просто бы устраивал обе стороны, а способствовал бы достижению общих целей. А общая цель – одна: развитие и повышение благосостояния граждан Казахстана и России.
Но у нас, мы хорошо это все понимаем, знаем, нас связывает многовековая история, без всякого преувеличения, и у нас есть известные определённые преимущества, которые достались нам ещё со времён, когда мы находились в составе единого государства. Какие это преимущества? Кооперация прежде всего, единые транспортные связи. И вот Вы задали вопрос на русском языке, я Вам благодарен за это, это тоже важный фактор, который приобретает в известной степени в определённых случаях, и чаще всего, чисто экономическое измерение. Всё понятно, мы понимаем друг друга, говорим на одном языке.
Есть огромный интерес к продолжению тех преимуществ, которые даёт образование, причём уровень образования, развивающегося в Казахстане, и уровень образования, новые тенденции в развитии образования в Российской Федерации. Как Вы помните, мы поприсутствовали с Президентом Казахстана при начале работы системы «Сириус», которая хорошо себя зарекомендовала, наработала хорошие способы поиска и поддержки талантливых детей. Конечно, в Казахстане много талантливых ребят, и их нужно только найти, и этому будет посвящено это направление нашего сотрудничества.
Энергетика, известное дело, промышленность, космос и теперь новый огромный проект, связанный с строительством атомной электростанции в Казахстане. Хочу отметить, что Казахстан – это страна с очень богатыми ресурсами, которые крайне нужны и востребованны во всём мире. Я имею в виду топливо для электростанций, атомных электростанций. Мы сотрудничаем по этому направлению с Казахстаном, сотрудничаем успешно, и уверен, что, опираясь на собственную ресурсную базу и развивая совместный потенциал, Казахстан будет добиваться больших успехов и решит многие задачи в области энергетики, будет диверсифицировать свои энергетические ресурсы, по-моему, до 20 процентов, предполагается, что Казахстан будет получать необходимую электроэнергию за счёт атомной электростанции.
Уран добываем совместно, как я уже сказал, и будем продолжать это делать. Но самое главное не в том, что в Казахстане будут построены блоки атомной электростанции. Самое главное в том, что будет создана новая отрасль. Это касается подготовки кадров, это касается научной деятельности и производственной. Всё это совместно. Это направление чрезвычайно важно и для нас, и для Казахстана.
Будем продолжать работу в космосе, в машиностроении, по многим другим направлениям.
Про гуманитарные связи я уже сказал, образование играет огромную роль. Большое количество казахстанцев учится в российских вузах, и мы очень благодарны Президенту Казахстана за то, что он выступил инициатором создания международной структуры по поддержке русского языка. Это, я считаю, направлено в будущее, направлено на то, чтобы сохранить наши отношения и развивать их по всем направлениям, включая и гуманитарный аспект.
Поэтому, что касается тигров, это вполне естественное дело. Мы просто думаем о восстановлении природы, восстановлении экологии, флоры, фауны. Нам тоже помогают. Например, из Таджикистана нам передавали снежных барсов, за что мы очень благодарны нашим друзьям из Таджикистана. Мы многое сделали для того, чтобы сохранить популяцию дальневосточных тигров. Это, кстати, самые крупные тигры в мире, крупнее нет. Дальневосточные тигры – самые крупные. Примерно похожие тигры были когда-то и в Казахстане, и если мы можем чем-то помочь нашим друзьям, в данном случае друзьям в Казахстане, мы, конечно, будем это делать.
Я картинку эту наблюдал, она производит впечатление. Кстати, мы здесь проводили так называемый тигриный саммит. Очень много стран в мире озабочены сохранением популяции этих прекрасных животных, и, надеюсь, наше сотрудничество по этому, а также по другим направлениям, связанным с экологией, является очень важным.
Это касается такого совсем прагматичного вопроса, как эксплуатация или использование ресурсов трансграничных рек. Здесь есть о чём поговорить. У нас очень большая работа по этому направлению. Уверен, что всё будет реализовано.
Спасибо.
А.Кондрашов: Владимир Владимирович, слева от Вас находится господин Фу Хуа, он представляет агентство Синьхуа в Китае.
Буквально две недели назад, если Вы помните, он для Вас и для Председателя КНР Си Цзиньпина вместе с агентством ТАСС проводил выставку, и вот спустя две недели он уже у нас в гостях со своим вопросом. Прошу Вас, товарищ Фу Хуа.
Фу Хуа (как переведено): Уважаемый Владимир Владимирович!
Я рад, что Вы были у нас в Китае, это был замечательный визит, очень успешный. В этом году, конечно, мы проводили очень важную выставку, посвящённую юбилейному году наших информагентств. Благодарю Вас, что Вы уделили нам особое внимание. Позвольте мне воспользоваться этим случаем, чтобы задать Вам вопросы.
В мае Вы совершили уже 25-й визит в Китай, и вместе с Председателем Си Цзиньпином обсуждали очень важные вопросы, которые касаются наших международных отношений. Мы посчитали: за эти 14 лет Вы встречались более 50 раз. Это действительно огромный, беспрецедентный результат. Наши отношения являются добрососедскими, дружественными, находятся на самом высоком этапе. Я верю, что этот визит произвёл на Вас очень глубокое впечатление. Это тесное взаимодействие – это очень высокий уровень. Каким образом мы достигли его? Как мы пришли к такому беспрецедентному уровню? Это первый вопрос.
Второй вопрос. Мы вместе опубликовали новое всеобъемлющее совместное заявление, и мы, конечно же, придерживаемся Устава ООН и отстаиваем его принципы и цели во всей его совокупности и полноте и защищаем международный миропорядок. Мы являемся победителями во Второй мировой войне. Как мы должны защищать историческую правду? Как мы должны передавать её для наших будущих поколений, не разрешая никому разрушать эту историческую правду? Эти два вопроса я хотел бы Вам задать.
Спасибо.
В.Путин: Прежде всего хочу Вас поблагодарить за тёплый приём во время посещения Пекина, во время посещения выставки, которую Вы организовали вместе со своим коллегой господином Кондрашовым. Это была очень интересная, содержательная выставка.
Большое спасибо.
Что касается результатов нашего взаимодействия. Я вот на что хотел бы обратить внимание. В последние годы, особенно после начала событий, которые происходят до сих пор на украинском направлении, всё чаще говорят: «Россия сделала разворот в сторону Азии. Она поменяла свою политику».
Ничего Россия не поменяла и никаких разворотов не делала. Договор, который лежит в основе нашего взаимодействия и который является базой для достижения нами сегодняшних результатов (они впечатляют: по разным статистикам, где-то под 250 миллиардов долларов оборот у нас торговый, диверсификация происходит мощно, но это началось когда, в 2001 году), мы этот базовый договор подписали в 2001 году. Мы естественные союзники и партнёры. Мы же соседи. У нас огромная общая граница. Соседей не выбирают, это дано. История так сложилась. У нас на протяжении веков и в ходе взаимодействия выработалась определённая система принципов наших отношений. Ни вчера, ни сегодня, ни пять лет назад, а на протяжении столетий вырабатывались принципы наших отношений. Китай быстро, активно развивается. Всё занимает большую и большую нишу в мировой экономике, мировой политике, международных делах в целом. Конечно, мы внимательно за этим наблюдали, и мы не просто наблюдали, мы работали вместе, сотрудничали. 25 лет назад подписали базовое соглашение, которое создало хорошие предпосылки и хорошие фундаментальные условия для развития двустороннего сотрудничества по всем направлениям. Вот результат.
В последние годы по мере роста экономики и диверсификации экономики Китая и экономики России у нас открываются новые и новые возможности, причём по самым разным направлениям. Я сейчас не буду всё перечислять, что, на мой взгляд, является существенным и важным. Самое главное то, что в последние годы мы всё больше и больше внимания уделяем вопросам, связанным с новой экономикой, основанной на искусственном интеллекте, на информационных технологиях, на достижениях в области биологии, генетики и так далее.
Мы всегда сотрудничали, не в последние пять лет, а всегда сотрудничали в военной области, и продолжаем это взаимодействие так, как это было и раньше. Ничего нового в этом смысле не произошло, это просто традиция наших отношений и в военной, и в военно-технической [области]. Мы думаем вместе над какими-то разработками в этой сфере. И это, повторяю, не связано с текущими, пусть и привлекающими внимание весь мир, событиями, в том числе и на украинском направлении или даже на Ближнем Востоке. Мы просто работаем и дружим с Китаем, как я уже говорил, не против кого-то, а в интересах друг друга, вот и всё.
Здесь, особенно на пути достижений в сфере того же искусственного интеллекта, высоких технологий, и лежит будущее нашего взаимодействия. Об этом мы всегда говорим на встречах с Председателем Си Цзиньпином. Кстати говоря, у нас действительно сложились… Он ко мне обращается «мой старый друг», и я это говорю. Это не преувеличение, не фигура речи. У нас сложились доверительные отношения.
Конечно, мы прежде всего руководствуемся национальными интересами наших стран, но они часто совпадают, а личные отношения являются хорошей базой для достижения новых и новых рубежей. Поэтому я считаю, что у нас созданы хорошие предпосылки для развития взаимодействия с Китаем. Уверен, что все задачи, которые мы поставили в ходе моего визита, они будут решены, все цели будут достигнуты.
У нас с Председателем график наших двусторонних контактов отработан на этот год, но не только наш, встречаются, работают правительства, министерства, ведомства и наши ведущие компании, в том числе в сфере энергетики, где, уверен, мы скоро порадуем мировую энергетику новыми договорённостями между Россией и Китаем.
А.Кондрашов: Коллеги, кто следующий?
Виджай Джоши, руководитель, генеральный директор и главный редактор индийского информационного агентства PTI.
В.Джоши (как переведено): Господин Президент, прежде всего благодарю Вас за представленную возможность и за оказанное гостеприимство.
Господин Президент, Вы готовитесь отправиться в Индию на саммит БРИКС, который состоится в сентябре. Мировое сообщество следит за развивающейся динамикой отношений между Россией и Индией. Особо привилегированное стратегическое партнерство между Россией и Индией остается основой отношений между странами, но некоторые наблюдатели отмечают, что отношения Индии с Вашингтоном создают структурные сложности для отношений с Россией.
С Вашей точки зрения, как можно придать новый импульс российско-индийским отношениям? Какие шаги необходимо предпринять, чтобы обеспечить укрепление российско-индийских связей перед лицом геополитического давления? Как бы Вы описали российско-индийские отношения на нынешнем этапе в нынешних геополитических условиях?
Спасибо.
В.Путин: А Вы сами их назвали, сами их описали. Так и есть на самом деле. Вы сказали, это особо привилегированное стратегическое партнерство. Так и есть. Оно складывалось тоже не вчера, не позавчера, не год, не пять лет назад. Оно складывалось десятилетиями. В 1947 году Советский Союз установил дипломатические отношения с Индийской Республикой и делал все для того, чтобы поддержать становление нового государства. Мы очень рады, что Индия благодаря трудолюбию и таланту индийского народа добилась существенных и значимых результатов в своем развитии.
Все хорошо знаем, все здесь собравшиеся точно знают наверняка, что Индия среди крупных экономик мира демонстрирует на сегодняшний день самые высокие темпы экономического роста. Это не падает с неба, это все результат конкретной работы, прежде всего Правительства под руководством Премьер-министра Моди, потому что такие темпы развития Индия демонстрирует как раз за то время, пока реализуются планы и стратегии, сформированные Моди, как руководителем Правительства Индийской Республики.
У нас много совместной работы, мы уверены, что мы в ближайшие годы выйдем на 100 миллиардов долларов торгового оборота. Сейчас он где-то около 60 – 58 миллиардов. Но у нас есть все предпосылки для того, чтобы работать более активно и добиваться более амбициозных целей.
И здесь не только наши планы в области энергетики, и в том числе атомной энергетики. Куданкулам строится, работает, и новые площадки мы ожидаем, будут решены, и в углеводородной энергетике будем продолжать работать. У нас одна из самых крупных иностранных инвестиций в индийскую экономику, и мы будем продолжать это делать, инвестировать будем взаимно.
Всем хорошо известно, что Индия работает у нас в сфере фармацевтики, и наша компания уже готова многие вещи предлагать. Я не буду все перечислять. Мы наметили очень хорошие, перспективные и далеко идущие планы, которые представляют интерес как для Индии, так и для России.
Но Ваш вопрос для меня прозвучал несколько странно. Вы сказали, что сотрудничество Индии с Соединенными Штатами создают сложности в отношениях Индии с Россией. Ничего подобного нету, уважаемый коллега. Откуда Вы взяли? Мы рады тому, что Индия развивает отношения со всеми странами. Индия – великая страна, 1,5 миллиарда человек, огромная экономика, самая крупная, как говорят, демократия. А как же? Она должна и развивает отношения в своих национальных интересах с теми, с кем считает нужным.
Другой аспект, что Соединенные Штаты пытаются по некоторым вопросам оказывать давление на Индию, в частности, по некоторым вопросам сотрудничества с Россией. Но мне кажется, все уже давно поняли, что давить на Премьер-министра Моди, который возглавляет государство с 1,5-миллиардным населением, бесполезно. Более того, это вредит международным отношениям и двусторонним отношениям, с какой бы стороны это давление ни исходило.
Мы не видим никаких негативных последствий. Мне представляется, что мы сможем договориться со всеми участниками этого процесса. И на сегодняшний день никаких серьезных последствий такого состояния дел мы не наблюдаем. Мы развиваем отношения с Индией, будем развивать и считаем Индию надежным партнером.
А.Кондрашов: Вот как раз США. Джеймс Джордан – один из тех, кто приехал от агентства Ассошиэйтед Пресс задавать жесткие вопросы. Прошу Вас.
В.Путин: Давайте, жестите.
Д.Джордан (как переведено): Большое спасибо, господин Кондрашов, за организацию этого мероприятия, всегда интересно послушать господина Президента по многим вопросам. Уже три года мы это делаем, всегда это очень интересный опыт. Благодарю Вас.
Господин Путин, вчера сотни дронов были отправлены Украиной в сторону России. Некоторые попали в морскую базу неподалёку, некоторые попали в склад, и мы видели облако дыма над Санкт-Петербургом, над Вашим родным городом. Также была нарушена работа аэропорта Пулково. Более того, Ваши персональные рейтинги упали, российская экономика падает, и США утверждают, что вторжения стали настоящей катастрофой, это слова Марка Рубио. Также было добавлено, что цели только военными средствами не будут достигнуты. Вы хотите контролировать весь Донбасский регион или Вы готовы заключить сделку? Большое спасибо.
В.Путин: Во-первых, одно другого не исключает. Контролировать весь Донбасский регион и заключить сделку – не противоречит друг другу.
Почему Вы взяли, что это находится в противоречии? Вы сослались на заявление господина Рубио. Это серьёзный партнёр, мы с ним в контакте. Он недавно выступал в сенате или в конгрессе. Ясно, что внутриполитическая ситуация в Соединённых Штатах непростая, и кто-то его поддерживает, кто-то его атакует, и что госсекретарь говорит по конкретному вопросу внутри страны, нас, конечно, интересует, но все-таки нас больше интересует реальная ситуация. И если Вы говорите сейчас про конфликт на Украине, то нас интересует реальная ситуация на этом направлении.
Как она выглядит эта ситуация? Она выглядит следующим образом. Прежде всего, и на это нужно обратить внимание, российские войска наступают по всей линии боевого соприкосновения. Нет места, где бы не было наступления российских войск. Самая главная проблема вооруженных сил Украины на сегодня – катастрофическая нехватка личного состава.
За последнее время численность вооруженных сил Украины сократилось на 100 тысяч человек. Ежемесячные потери – около 40 тысяч. В результате принудительной… Людей там, как Вы знаете, на улице ловят, как собак бездомных, и силой запихивают в армию. Сейчас скажу об этих последствиях. Ежемесячные потери составляют примерно 40 тысяч человек. Принудительная мобилизация дает примерно 15–16 тысяч в месяц, где-то 14 тысяч примерно возвращается из госпиталей после ранения. Таким образом, каждый месяц – примерно минус 10 тысяч человек; плюс каждый месяц – примерно 20 тысяч дезертиров. За начало этого года количество дезертиров составляет примерно 60 тысяч человек. Насильно людей забирают, мотивации нет никакой, воевать никто не хочет.
Почти официальная цифра: возбуждено 200 тысяч уголовных дел за дезертирство. Это одна из проблем, но наиболее существенная. Это ведет к утрате территорий и населенных пунктов. Только за последнее время, не буду сейчас называть количество населенных пунктов, потому что боюсь ошибиться, но примерно 2440 квадратных километров российская армия поставила под свой контроль. Наступление происходит, как я уже сказал, ежедневно.
В настоящий момент, если Вы сказали про Донбасс, российская армия, Российская Федерация полностью взяла под контроль Луганскую Народную Республику, 100 процентов, и поставила под свой контроль свыше 85 процентов территории Донецкой Народной Республики, ДНР (совсем еще недавно Украина контролировала где-то процентов 25, сейчас уже меньше 15 процентов), 80 процентов территории Запорожской области, и этот процесс продолжается в ежедневном режиме.
Да, западные спонсоры поставляют большое количество дронов самого разного вида, в том числе дальнего действия. Некоторые из них, к сожалению для нас, прорываются. Но в России имеется система противовоздушной обороны. Да, мы должны ее совершенствовать. Да, мы должны ее укреплять, и мы будем это делать. Но у Украины вообще такой системы нет. Просто есть отдельные элементы, но системы нет. Есть Patriot, другие системы, которых катастрофически тоже не хватает. Но системы как таковой не существует. Не существует и ударных систем таких, которые есть у Российской Федерации. Имею в виду гиперзвуковые ракеты, крылатые ракеты, причем и морского, и воздушного, и наземного базирования. И есть еще кое-что, что является самым главным – есть патриотизм и воля российского народа, которая является главным условием достижения нами всех целей и задач специальной военной операции.
В перечне вопросов, которые я считаю важными, следовало бы, конечно, упомянуть еще одно обстоятельство. Это наличие собственной производственной, ресурсной, научной и кадровой базы для решения всех задач по обеспечению Вооруженных Сил Российской Федерации. И это укрепляется с каждым месяцем и, безусловно, лежит в основе всех тех достижений и успехов, о которых я только что сказал.
Поэтому, подытоживая, я бы вот что добавил. Мы безусловно готовы и хотим договориться с Украиной мирными средствами, причем на той базе, о которой мы говорили на встрече с Президентом Трампом в Анкоридже. И тогда перед Россией были поставлены вопросы, с тем чтобы мы могли пойти на определенные компромиссы. И вот на те компромиссы, о которых мы говорили в Анкоридже, Россия согласна. Нужно, чтобы с этими компромиссами была согласна и украинская сторона. И конфликт быстро придет к своему естественному завершению.
А.Кондрашов: Получили Вы ответы на все свои вопросы, Джеймс Джордан? Вы сможете задать ещё вопросы, если у нас останется время, а пока позвольте, Владимир Владимирович, я задам Вам вопрос.
Те удары возмездия, которые мы сегодня наносим в ответ на разнузданные террористические атаки со стороны Украины по объектам инфраструктуры, которые используют ВСУ, по объектам ВПК, они на наших глазах принимают уже системный характер. Правда, не совсем понятна одна из наших последних атак, ударов возмездия, применялся ли тогда «Орешник»? И вообще, что нам даёт применение такого рода оружия?
В.Путин: Что касается наших новых систем, они появляются, это касается и «Орешника». Но это несколько отличается от того, что мы делали ещё в прежние времена, до конфликта на украинском направлении.
Что я имею в виду? Ведь мы подобные системы испытывали на полигонах, а «Орешник» не испытывали, и это не боевое применение. У нас вообще по территории Украины фактически не было ни одного боевого в полном смысле этого слова применения «Орешника», а последнее – это вообще… Если уж по-честному, открою вам большую военную государственную тайну: просто ударили туда, где было удобно посмотреть результаты. Это касается и Белой Церкви, и, тем более, касается района ДНР в периметре основного укрепрайона. У нас потом туда залетели наши дроны, в этот сарай, по которому ударили, и просто посмотрели, как были положены разводящиеся блоки, посчитали до миллиметра всё. Для нас это важно, чтобы принимать в будущем решения о полноформатном применении «Орешника» по назначаемым целям, в том числе в районе городской застройки.
А.Кондрашов: Спасибо.
Друзья, кто следующий?
Мартин Романчик, ДПА, Германия.
Правда, знаете, я хотел Мартину сначала, если позволите, сам задать вопрос. Вы представляете крупнейшее и основное информационное агентство Германии. Вы по-журналистски обращаете внимание на то, что Ваша страна готовится к войне? Это правда или это нам так кажется? И что, она правда с Россией собирается воевать?
В.Путин: Я протестую. Можете не отвечать. Вы здесь не на допросе, Вы здесь в качестве следователя, допрашивайте других.
А.Кондрашов: Тогда поговорим отдельно, после этой встречи.
Пожалуйста.
М.Романчик (как переведено): Я хотел бы ответить на Ваш вопрос. Нет, я так не думаю.
Уважаемый господин Президент, большое спасибо за приглашение.
Я также хотел бы затронуть тематику Украины и хотел бы подхватить вопрос, который уже здесь задавался. Вы говорили о мире. Германия и многие европейские государства хотели бы принять участие в этих мирных переговорах, которые в настоящее время ведутся при посредничестве США, несмотря на войну в Иране. Какую роль может сыграть Германия, какую роль может сыграть Федеральный канцлер? И, если позволите, я дополню этот вопрос. Вы в качестве переговорщика от европейцев говорили о Герхарде Шрёдере. Помимо Герхарда Шрёдера кого Вы можете себе представить в этой роли, кто мог бы взять на себя эти посреднические функции со стороны Германии? Спасибо.
В.Путин: Вы сказали две вещи, на которые я хочу обратить внимание. Первое – что Европа хотела бы принять участие в переговорах. Так? А второе – кто, кроме господина Шрёдера, мог бы выступать в качестве посредника? Одно дело – принимать участие в переговорах, а другое – быть посредником. Каким же посредником может быть Евросоюз или отдельные страны Евросоюза, когда они напрямую содействуют стране, с которой у нас вооружённый конфликт, фактически втягиваются в боевые действия? Какие же они посредники? Посредничество предполагает нейтралитет. Где же здесь нейтралитет? Первое.
И второе. Я с удивлением увидел реакцию на то, что я сказал о господине Шрёдере как о возможном переговорщике. Началась такая бурная дискуссия: «Нет. Шрёдер – друг Путина, поэтому он не может участвовать». Он не друг Путина. Он немецкий государственный деятель, причём один из лучших, на мой взгляд, потому что у него есть собственная позиция и мужество её отстаивать. Не много сейчас в Европе политиков с такими качествами.
Сейчас Европа, в принципе, испытывает, проходит тяжёлую ситуацию с энергоресурсами. Но именно Шрёдер занимался строительством инфраструктурных объектов, таких как «Северный поток», для того чтобы обеспечить экономику Германии надёжными дешёвыми поставками из России. И более того, он не просто обеспечил поставки, но и связал контрагентов, экономические субъекты, субъекты экономической деятельности, взаимными обязательствами. И важно не то, что у нас с ним просто хорошие отношения. А важно то, что он человек, который, преследуя национальные цели своей страны, но всё-таки человек, которому можно доверять. В этом же суть проблемы. Ведь люди, которые хотели бы выступать в качестве посредников, это должны быть люди, которым могут доверять обе договаривающиеся стороны. А я, честно говоря, просто не вижу и не понимаю, как можно доверять людям, как Россия может доверять людям, которые уже не один год твердят о необходимости нанесения России стратегического поражения?
В этом же проблема. Мартин, das ist das Problem. Но тем не менее мы не отказываемся. Пожалуйста, мы и не отказывались никогда от контактов с представителями Евросоюза в том или в другом качестве. В качестве посредников по переговорам с Украиной, я Вам уже сказал, есть проблемы. И думаю, что трудно с этим не согласиться. Но мы не отказываемся от контактов. Им достаточно снять трубку, позвонить. Хотят приехать – пускай приезжают, это же они не хотят. Я, знаете, с удивлением слышал, что Россия, такая злобная Россия, перестала поставлять энергоносители в Европу. Да мы не переставали, просто Европа отказалась покупать в надежде на то, что у нас всё рухнет. Но убедились уже, что ничего не рухнуло, хватит. Поняли, что это ошибочное направление, взяли бы, чуть-чуть изменили. Нет. Настолько публично назаявляли, всяких заявлений сделали, что трудно поменять эту позицию.
Я ничего не буду комментировать, просто хочу сказать, что мы не отказывались. Ещё раз хочу это подтвердить. Если кто-то считает целесообразным возродить диалог с Россией – пожалуйста, вот и всё. А кто будет со стороны Европы этим переговорщиком? Я не знаю, мы же ничего не навязываем. Это я услышал этот гвалт, что Россия хочет что-то навязывать, кто будет переговаривать. Да ничего мы не навязываем. Естественно, мы хотим понять, кто бы это мог быть. И повторяю ещё раз: это всё-таки должны быть люди, которым можно доверять. Это всё рабочий момент, об этом можно поговорить тихо, спокойно, скажем, на уровне министерств иностранных дел или на уровне спецслужб. Контакты между спецслужбами, кстати говоря, продолжаются.
М.Романчик: Вы говорили о «Северном потоке», уважаемый господин Президент. В настоящее время на Экономическом форуме присутствуют члены партии «Альтернатива для Германии», которые, собственно, и выступают за то, чтобы Россия возобновила поставки газа через «Северный поток». Как Вы оцениваете эту партию? У нас на земельном уровне и потом снова на федеральном уровне состоятся выборы. Чего Вы ждёте от этой партии? Как Вы вообще относитесь к этой партии – «Альтернатива для Германии»?
Спасибо.
В.Путин: Мне кажется, с моей стороны было бы некорректно давать оценки политическим силам Федеративной Республики. Мы знаем, и я знаю, что, если это соответствует действительности, так, во всяком случае, меня информировали, что «Альтернатива для Германии» сегодня занимает первую строчку в рейтинге политических партий Федеративной Республики. Она обогнала и ХДС/ХСС, причём уже значительно обогнала, и совсем уже на голову вперёд ушла, находится впереди Социал-демократической партии Германии.
Я здесь ничего не хочу комментировать, скажу только одно. На мой взгляд, это происходит потому, что лидеры этой партии могут ясно и чётко сформулировать интересы немецкого народа и немецкой экономики и не боятся об этом заявить и готовы за это бороться. И это как раз отражается на рейтингах, на результатах.
Что дальше и как это будет дальше двигаться на политической сцене Федеративной Республики, я не знаю и загадывать не хочу. А что касается оценок, мы приветствуем все политические силы Федеративной Республики, которые хотели бы восстанавливать и развивать отношения с Россией, будь то «Альтернатива для Германии» либо любая другая партия. Мы будем работать со всеми, кто хочет работать с нами.
А.Кондрашов: Вот кто точно хочет работать с нами, это Белоруссия.
Белорусское агентство БелТА, Андрей Константинович Мохор, пожалуйста.
А.Мохор: Добрый вечер, уважаемый Владимир Владимирович!
Во-первых, благодарю за такую возможность в этой по-настоящему открытой обстановке обсудить темы, которые волнуют не только собравшихся за этим столом. Отношения Белоруссии и России – об этом уже говорилось не раз – могут являться неким эталоном межгосударственного взаимодействия, поиска баланса между интеграцией и безусловным сохранением суверенитета. Даже в ЕАЭС пока нет подобной степени взаимодействия.
Как Вы думаете, как преодолеть наметившийся кризис доверия в отношениях с давними партнёрами, с нашими партнёрами, которые порой действуют фактически на разрыв отношений?
В.Путин: Кризис доверия с партнёрами?
А.Мохор: Да, кризис доверия с нашими партнёрами по постсоветскому пространству. В частности, события, которые развиваются с Арменией.
В.Путин: Вы знаете, ничего такого сверхъестественного здесь нет. Политические силы, которые стоят за действующим Премьер-министром, давно говорят и не стесняются, в открытую это делают.
На самом деле здесь нет ничего плохого. Ориентируются на какие-то западные стандарты, на европейские стандарты. И я считаю, что это право каждой суверенной страны, – которой является Армения, безусловно, – выбирать какие-то приоритетные, как они полагают, и ценные для развития страны, для укрепления независимости, суверенитета, главное и прежде всего экономики, стандарты и партнёров соответствующих.
У нас что вызвало озабоченность? Это то, что в Армении был принят закон о начале – он так и звучит, кстати, Александр Григорьевич на это обратил внимание, я даже забыл про это, а он прямо назвал, как закон называется, – начале процесса присоединения к Евросоюзу. Нормально, ничего здесь такого особенного нет, но Армения же находится, как я уже говорил, – в Казахстане тоже об этом говорили, когда встречались с коллегами, – находится в рамках Евразийского экономического союза. Разные стандарты, техническое регулирование в области сельского хозяйства, в области транспорта, логистики – очень много вещей, которые не совпадают.
Мне бы очень хотелось, чтобы когда-то в исторической перспективе и все эти технические стандарты, логистика и прочее, прочее, прочее – там огромное количество всяких на первый взгляд формальных, но очень важных для развития экономики моментов, – чтобы они и у Евросоюза, и у Евразэс совпадали. Тогда это было бы реально большое, огромное экономическое пространство, как когда-то де Голль говорил, «от Лиссабона до Урала», но на самом деле до Владивостока. Но это невозможно сделать сейчас, просто технологически сейчас не сделать, и несовместима зона свободной торговли Евразэс и ЕС.
Мы, конечно, этим озадачились. Если принят закон, это не просто уже разговор, а закон, мы просили бы наших армянских коллег определиться как можно быстрее, в каком направлении они будут двигаться. От этого зависят организация рынков и форма регулирования внутри Евразэс, ведь мы тоже, так же как в ЕС, по каждому вопросу спорим. Просто даже неудобно говорить, коллеги иногда переходят на повышенные тона и так далее.
Важно, там каждая запятая иногда важна. Но и для нас, конечно, в практическом плане представляет интерес, как будет строиться это взаимодействие. И не только по энергоносителям, хотя это важно, потому что это одно из немногих, что осталось с точки зрения согласования всей нашей политики, – это общий рынок энергоносителей. Видите, даже наших коллег в Германии, естественно, интересуют вопросы, связанные с «Северным потоком». Это важнейшая часть на сегодня. А как же здесь, на постсоветском пространстве, в рамках Евразийского союза тем более важно.
Тем более что сам Премьер-министр Пашинян в своё время, совсем недавно сказал, что он считает необходимым провести референдум по этому вопросу. У нас только одна просьба – сделать это как можно быстрее, и всё. У нас никаких претензий. Мы сохраним нормальные отношения с Арменией, по какому бы пути она ни приняла решение идти, вот и всё.
А что касается других стран, несмотря на все сложности согласования, повторяю, мы всё-таки договариваемся, всегда договариваемся. Уверен, что и дальше будем договариваться.
Что касается Армении, Россия настаивала на том по просьбе Армении, чтобы её присоединили к Евразэс. Имею в виду, что по ряду параметров состояния экономики Армения не очень вписывалась в общий контекст. Но сейчас они решили, что надо подумать о другом направлении. Мы не против – пожалуйста. Только просили бы сделать, как можно быстрее определиться и работать с открытыми картами, вот и всё. Так что никакой здесь большой проблемы политического характера я не вижу. Экономико-технические – есть. Надеюсь, мы с этим тоже разберёмся.
Кстати, что касается «Северных потоков». Как Вы знаете, там «Северные потоки» были взорваны, да? Но одна нитка «Северного потока-2», она целая и невредимая. По ней прямо хоть завтра можно начать прокачку российского газа в Федеративную Республику Германия. Достаточно знаете что, и это не шутка, только нажать кнопку, и газ пошёл. Но для этого нужно решение правительства Федеративной Республики. У нас есть действующий контракт между «Газпромом» и их партнёром, в Федеративной Республике, и контакты сохраняются с «Газпромом», они в контакте. «Газпром» никогда не отказывал и готов хоть завтра поставлять. И партнёры «Газпрома» тоже хотят, они же хотят. Нужно только решение правительства Федеративной Республики.
А здесь возникает знаете что? Вопрос политического характера, вопрос суверенитета. Потому что эта система не только взорвана – я считаю, что это акт терроризма государственного, и думаю, Вы со мной согласитесь, – одна нитка сохранена и может работать, но она находится ещё под американскими санкциями. И если правительство Федеративной Республики договаривается со своими партнёрами, санкции снимают, кнопку нажимаем, и газ пошёл. Хоть завтра. Это вопрос суверенитета: договорится, не договорится, или, не договариваясь ни с кем, просто скажет: нет, мы решили, извините, скажет своим партнёрам в Вашингтоне, но нам нужно, без этого нам очень сложно, мы переживаем очень тяжёлые испытания, такие цены подрывают конкурентоспособность германской экономики, вредят всему Евросоюзу, потому что всё-таки Германия – это локомотив всей европейской экономики, нам нужна эта работающая система. Или договорятся по-мирному, объяснив серьёзность ситуации, вот и всё. Это 25, а при увеличении объёма, можно до 28 миллиардов кубических метров в год подавать. Хоть завтра. Но только «Газпрому» со стороны немецких партнёров нужен ясный ответ: брать-то будут или нет? Потому что иначе мы будем размещать это на других рынках, другим партнёрам будем продавать. Контракт действующий. И не исполняет контракт не «Газпром». «Газпром» готов. Немецкий партнёр не берёт, потому что есть указание из Брюсселя, из Берлина – не брать, запрет. Вот и всё.
Давайте продолжим.
А.Кондрашов: Ближневосточное информационное агентство МЕНА, Египет. Шохрат Ареф, пожалуйста.
Ш.Ареф (как переведено): Большое спасибо, господин Президент, за приглашение принять участие в этом диалоге.
Мой вопрос: как Вы оцениваете роль Президента Сиси в вопросе установления стабильности на Ближнем Востоке? Какую роль могут сыграть Египет и Россия для снижения напряжённости на Ближнем Востоке?
В.Путин: Президент ас-Сиси – наш добрый друг, у меня с ним очень добрые личные отношения, и, надеюсь, это помогает развивать двусторонние связи. И товарооборот у нас стабильный, растущий, и хорошие перспективы осуществления крупных проектов. Мы уже не один год говорим о создании российской технологической долины в Египте в долине Нила. Сейчас активно работаем над реализацией уже проекта строительства в Египте атомной электростанции. Надеюсь, что в 2028 году уже заработает первый блок атомной электростанции.
Работы очень активным образом продолжаются. Мы привлекаем значительное количество местных специалистов к строительным работам, так что это очень мощный проект, и работаем активно по другим направлениям. У нас доверительные отношения в сфере политического взаимодействия на международной арене. Мы очень высоко ценим усилия Президента ас-Сиси по урегулированию всех ситуаций на Ближнем Востоке.
Сейчас как-то, на фоне происходящих событий вокруг Ирана и Ормузского пролива, забылась трагедия Палестины, но она никуда не ушла. Она никуда не ушла. Здесь Президент Египта вносил и продолжает вносить очень заметный вклад в попытки урегулирования, урегулирования справедливым образом всех проблем, связанных с Палестиной. Естественно, хочу это ещё раз подчеркнуть, по мнению Российской Федерации, фундаментальным способом решения этого вопроса может быть только одно – создание полноценного Палестинского государства.
Я знаю, что Президент Египта активно включён в повестку дня, связанную с урегулированием кризиса на иранском направлении. Он в постоянном контакте находится со всеми участниками этого процесса, и мы с ним тоже в контакте. Мы консультируемся, слушаем, слышим друг друга и учитываем позицию друг друга. И хочу поблагодарить Президента ас-Сиси за то внимание, которое он уделяет развитию российско-египетских отношений. Это очень важно. Египет является одним из самых приоритетных наших партнёров в регионе.
А.Кондрашов: Кто выступал против ближневосточных конфликтов, так это Испания. У нас агентство ЭФЭ, главный редактор, директор международного департамента Хосе Мануэль Санс Минготе. Прошу Вас.
Х.М.Санс Минготе (как переведено): Да, спасибо.
Хочу поблагодарить наших друзей из агентства ТАСС. Большое спасибо за гостеприимство.
Господин Президент, мой вопрос связан с украинской темой. Что мешает достижению долгосрочного мира на Украине, для того чтобы обсудить легитимные вопросы России, все вопросы, связанные с конфликтом?
Мы видим, и Вы нам об этом говорили, что были продвижения. Но эти достижения достигаются очень медленно, особенно в Донбасской области. Мы видели множественные атаки с обеих сторон. Не является ли это моментом, когда нужно достичь режима прекращения огня, сесть за стол переговоров, обсудить все вопросы? В этих обстоятельствах, возможно, Европейский союз, европейские страны не могут быть посредником, но они могут помочь в поиске решения этой проблемы.
Большое спасибо.
В.Путин: Я полагаю, что, да, действительно, может быть, Евросоюз мог бы помочь в поиске решения. Оно должно, на мой взгляд, лежать в рамках тех договорённостей, о которых мы говорили ещё в Анкоридже. И украинская сторона очень хорошо об этом знает. Я хочу ещё раз повторить: тогда и перед Анкориджем перед Россией был поставлен вопрос: готова ли Россия пойти на ряд компромиссов? И при посещении Анкориджа, при встрече с Президентом Соединённых Штатов, я сказал, что мы готовы, и сказал, в чём заключаются, могли бы заключаться эти договорённости и эти компромиссы. Вопрос в том, чтобы эти компромиссы были приняты украинской стороной. Но, судя по всему, исходя прежде всего из внутриполитической ситуации, думаю, что в Киеве к этому не готовы.
Потому что если там мир установится – внутриполитическая борьба, борьба за власть в Киеве и экономическая ситуация на этом фоне кардинальным образом обострятся. И у меня такое впечатление, что на самом деле правящие круги не заинтересованы в реальном прекращении боевых действий. Потому что тогда находящиеся у власти люди в данный момент вряд ли будут иметь какие-то хорошие, скажу аккуратно, перспективы для удержания власти.
Да и экономические проблемы нужно решать. Европейские эксперты знают, сколько денег и в какие сроки – речь идёт о сотнях миллиардах евро – нужно для восстановления экономики Украины. Мне известно о предложениях канцлера Федеративной Республики о том, что Украина должна стать ассоциированным членом и так далее. Нас вообще это не касается. Мы не против, пожалуйста. Мы против того, чтобы Евросоюз превращался в военный блок. Вот это вызывает нашу озабоченность, конечно. Но против каких-то экономических интеграций – пожалуйста, ради бога. Европейские эксперты знают, сколько это стоит, и европейские аграрии знают, чем обернётся для них открытие рынков Европы для украинских сельхозтоваров.
Вы знаете, я могу об этом долго говорить, но, отвечая на Ваш вопрос, хочу сказать: да, наверное, Евросоюз мог бы сыграть положительную роль, но не поставками оружия, а попытками убедить киевские власти пойти на те компромиссы, о которых мы говорили в Анкоридже. Вот и всё.
А.Кондрашов: Пожалуйста, Азербайджан, Вугар Алиев, агентство АЗЕРТАДЖ, генеральный директор.
Прошу Вас.
В.Алиев: Здравствуйте, Владимир Владимирович!
Спасибо большое за уделённое время нам, журналистам.
Мой вопрос касается отношений между нашими странами. Я бы хотел узнать, как Вы оцениваете перспективы развития отношений между Азербайджаном и Россией.
В.Путин: Расцениваю как очень хорошие. У нас добрые отношения с Азербайджаном. Всегда были и есть такие. И в экономике, и в политической сфере.
Мы же пару лет назад подписали Договор о стратегическом взаимодействии, так и развиваются эти отношения. Президент Алиев вкладывает много сил в то, чтобы наполнить этот договор конкретным содержанием. Это выражается в конкретных направлениях нашего сотрудничества. По-моему, накопленных российских инвестиций свыше 10 миллиардов в экономику Азербайджана. Большое количество предприятий работает с российским капиталом. У нас тесные взаимодействия по гуманитарным вопросам. Большое количество, как известно, азербайджанцев работает в Российской Федерации. Деньги перечисляют на поддержку своих семей. И мы стараемся организовать это должным, цивилизованным образом.
У нас много вопросов, представляющих взаимный интерес в сфере логистики: известный коридор «Север – Юг» с выходом на Иран. Сейчас, конечно, всё это чуть замерло в связи с событиями вокруг Ирана, но тем не менее всё это представляет тоже взаимный большой интерес.
Мы очень благодарны Президенту Алиеву за то, что он помогал нам отправлять гуманитарную помощь в Иран. Надо сказать, что азербайджанская сторона много и эффективно в этом смысле поработала, мгновенно реагировала на наши просьбы. Это очень важно для того, чтобы ситуацию и по этому направлению смягчить.
Торговый оборот растёт, надо сказать, и открываются дополнительные возможности взаимной поставки товаров. У нас есть переговоры по целому ряду конкретных направлений. Пока даже считаю, преждевременно об этом говорить, но это касается энергетики прежде всего. Мы увидимся с президентом Алиевым, обязательно обо всём потом поговорим. В общем, я считаю, что отношения между двумя странами выстраиваются и выстраиваются в очень позитивном ключе.
А.Кондрашов: Коллеги, следующий вопрос. Кто?
Киргизское агентство Кабар. Директор Медербек Шерметалиев, пожалуйста.
М.Шерметалиев: Спасибо, Андрей Олегович.
Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!
Благодарю за возможность присутствовать на сегодняшней встрече с Вами в составе руководителей информационных агентств. И разрешите задать сразу два вопроса.
Владимир Владимирович, Президент Садыр Нургожоевич Жапаров неоднократно подчёркивал, что Центральная Азия должна стать регионом мира, добрососедства и совместного развития. На этом фоне избрание Кыргызстана в Совет Безопасности ООН стало важным событием не только для нашей страны, но и для всего региона. Какую роль, по Вашему мнению, Центральная Азия может сыграть в укреплении международной безопасности в ближайшие годы? Это первый вопрос.
И второй вопрос. В этом году Бишкек принимает саммит ШОС. На фоне растущих глобальных вызовов и нестабильности какие совместные инициативы в рамках ШОС Россия считает приоритетными для укрепления региональной безопасности и какие ключевые приложения российская сторона планирует вынести на обсуждение в ходе саммита?
Спасибо.
В.Путин: Что касается того, что мы собираемся вынести на саммит, мы прежде всего будем ориентироваться на предложение киргизской стороны как страны, являющиеся хозяйкой этого мероприятия. Знаем, что и Президент Кыргызстана, и все наши коллеги думают над этим, работают. Наши соответствующие правительственные структуры находятся в постоянном контакте и по линии МИДов, и по линии экономических ведомств находятся в постоянном контакте и координируют это взаимодействие. Уверен, что это приведёт к тому, что будут достигнуты необходимые компромиссы, если есть необходимость. И если так по большому счёту, то будут не просто формулировки, а будут поставлены задачи по дальнейшему развитию объединения в целом.
Хочу на что обратить внимание? Оно создавалось изначально как инструмент решения приграничных вопросов между Китайской Народной Республикой и теми республиками бывшего Советского Союза, которые граничат с Китаем. Но сейчас это уже, по-моему, сколько – 27 стран? Это серьёзное объединение на самом деле.
Так, со стороны мало кто замечает, но там идёт конкретная работа по экономической интеграции, и это становится заметным фактором в региональных делах как минимум. А поскольку там всё-таки 27 стран, то это серьёзное дело. И что важно – это то, что Центральная Азия с ресурсами стран Центральной Азии, с её огромной территорией, с растущим населением, она всё больше и больше привлекает внимание всего международного сообщества, прежде всего, конечно, исходя из экономического потенциала этого региона. Всё, что делается в рамках самой организации, безусловно, будет представлять интерес и для России, и для всех наших партнёров.
Поэтому мы, безусловно, желаем успеха нашим киргизским друзьям и будем всячески содействовать тому, чтобы это значимое, на мой взгляд, мероприятие прошло успешно.
А.Кондрашов: У нас ещё не задавали вопросы Франция и Великобритания.
Давайте начнём с Франции. Это большое, огромное агентство – Франс Пресс, главный редактор службы новостей по Европе и Африке Пьер Оссей, пожалуйста.
П.Оссей (как переведено): Добрый вечер, господин Президент!
Есть короткий вопрос, связанный с Украиной, который касается экономики и господина Зеленского. Российская экономика показывает, что есть определённые сложности, поскольку расходы на военные нужды повысились в связи со специальной военной операцией. Возможно ли, что российская экономика выстоит?
Второй вопрос касается господина Зеленского. Если Вам придётся с ним сесть за стол переговоров, чтобы подписать договор о мире, что Вы скажете ему? И считаете ли Вы его законным представителем Украины?
В.Путин: Что касается того, является ли господин Зеленский законным представителем Украины, это вопрос для юристов, для юридического анализа. Конечно, нам бы хотелось, если мы дойдём до подписания каких-то документов, я думаю, что это не каприз наш, любая страна в нашем положении, конечно, должна подписывать документы подобного рода – без всякого преувеличения с точки зрения России и Украины это исторические документы – с лицами, которые являются легитимными с точки зрения конституции, основного закона страны-партнёра, в данном случае Украины. Это вопрос, ждущий своего кропотливого исследователя. Я сейчас не буду вдаваться в детали, их много, я уже об этом говорил, достаточно посмотреть, что и как я по этому вопросу говорил.
Смотрите, два года назад, ровно два года, в 2024 году, в мае, по-моему, истекли полномочия господина Зеленского как президента. В конце прошлого года, в начале этого много говорили о выборах на Украине. Где эти разговоры сейчас? Будут всё-таки выборы или нет? Вы бы тоже позадавали там вопросы. Это же имеет значение. Сейчас никто об этом уже ничего не говорит. Если они будут, то когда? И конечно, очень важен результат.
По Конституции Украины у президента может быть только два срока по пять лет. Если встать на точку зрения тех, кто считает, что Президент Зеленский пролонгировал свои полномочия законным образом, то два года уже прошло. Теперь он что, будет избираться ещё на пять лет? Не положено по Конституции: только два срока по пять лет, то есть всего десять. А куда деть два года, которые он находится у власти сейчас? Много вопросов, но, если мы всё-таки когда-то дойдём до подписания документов, я думаю, что, если есть желание закончить вооружённый конфликт мирным путём, а у России такое желание есть, мы найдём тех, кто должен подписать соответствующий документ. Было бы желание. Это очень важно, но это всё-таки юридический вопрос.
Что касается того, что можно было бы друг другу сказать, если мы дойдём до окончания конфликта, – как минимум, можно и нужно было бы сказать: слава богу, что всё закончилось.
Ну а юридическая сторона дела подлежит, конечно, исследованию на уровнях хороших специалистов. И думаю, это понятно.
Хочу это повторить ещё раз: подписывать мы можем только с теми людьми, которые, безусловно, являются в полном смысле этого слова легитимными для подписания документов подобного рода. Там много вариантов: председатель Верховной рады, может быть, сам Зеленский. Надо посмотреть, что это за документы и какие они будут иметь юридические последствия.
Самое главное, было бы желание. А как это оформить, мы найдём, найдём способ.
П.Оссей (как переведено): Также задал вопрос относительно экономики, если Вы помните.
В.Путин: Что касается экономики. Как сказал Марк Твен – по-моему, Марк Твен это сказал: «Слухи о моей смерти сильно преувеличены». Как-то он однажды пошутил. Так и сейчас. Нам то пророчили поражение на поле боя, то говорили, я помню, ещё прежний Президент Соединённых Штатов говорил о том, что экономика России разорвана в клочья. Но не надо выдавать желаемое за действительное, надо всё оценивать реальными цифрами, реальными тенденциями, реальным состоянием дел, реальным состоянием экономики в данном случае.
Экономика Евросоюза за последние три года на сколько выросла? Не забивайте себе голову, где-то в районе трёх процентов. Экономика России на сколько выросла? На 10 процентов, больше чем в три раза, чем экономика Евросоюза. Ведущая экономика еврозоны, Федеративной Республики, – меньше процента, а экономика России в прошлом году – немного, но всё-таки процентик, процент есть. И продолжает расти сейчас.
Да, у нас есть вопросы, связанные с макроэкономическим состоянием экономики в целом. Это прежде всего рост инфляции. Именно поэтому Центральный банк, финансовые власти приняли ряд решений, жёстких решений для подавления роста инфляции, для оздоровления макроэкономических показателей. И это жёсткие решения, поднятие ключевой ставки. Но эти меры дают результат, они дают результат. Год к году, за апрель экономика возвращается неполностью ещё, но возвращается уверенно к плановым, не плановым, а целевым показателям – 5,4 процента. Это уже хороший результат.
При этом продолжает расти промышленное производство, продолжают расти реальные доходы населения. Реальные доходы населения выросли где-то под 28 с лишним процентов и в значительной степени благодаря росту реальной заработной платы. Не номинальной, а реальной заработной платы – свыше 25 процентов. Мы выполняем все социальные обязательства перед гражданами Российской Федерации: индексируем пенсии, пособия, минимальный размер оплаты труда, пособия, поддерживающие семьи с детьми, и так далее, и так далее.
Мы к 2030 году планировали снизить количество людей, проживающих за чертой бедности, до семи процентов, к 2030 году. В 2025 году мы досрочно выполнили эту задачу, причём с превышением показателя – 6,7 процента.
Так что хочу ещё раз вернуть Вас к Марку Твену. Но мероприятия, которые проводят наши экономические и финансовые власти, повторяю, дают результаты, хотя мы сознательно, конечно, пошли на то, сознательно, конечно, Центральный банк поднял ключевую ставку серьёзным образом, а сейчас её несколько раз уже сокращал, до 14,5 процента сейчас сократил. Многие считают, что и это слишком мало, нужно ещё сокращать. Я сейчас не буду комментировать это, мы долго можем дискутировать. Я постоянно слушаю эту дискуссию между экономическим блоком Правительства и Центральным банком и так далее. Но результат достигается.
Мы сознательно пошли на это, понимая, что объёмы инвестиций в капитал сократятся. Ну а как же? При такой ключевой ставке Центрального банка, конечно, будут сокращаться инвестиции. Мы сознательно пошли на охлаждение экономики. Можно говорить, что переохладили, можно говорить, что ещё не всё сделано в этом направлении. Но это сознательные шаги. Мы не хотим, чтобы гиперинфляция была под 30, под 60, под 70 процентов, как в некоторых странах. Мы боремся за здоровье российской экономики в целом.
Я хочу обратить Ваше внимание на ещё один очень важный показатель. У нас госдолг составляет 15,6 процента. А во Франции сколько? За 100, наверное. 112, по-моему. Ну да, примерно. У нас – 15,6. Всё это даёт нам основание полагать, что мы на правильном пути и чувствуем себя уверенно.
А.Кондрашов: Агентство Рейтер, Великобритания, Марк Бендайк, прошу Вас.
М.Бендайк (как переведено): Благодарю Вас, господин Президент.
У меня два вопроса. Первый касается Украины. Президент Трамп прилагал усилия к окончанию конфликта на Украине. Считаете ли Вы, что он отвлёкся на войну в Иране? Или Вы считаете, что он просчитался и недооценил сложность переговоров с Украиной?
И второй вопрос касается Вашего собственного политического будущего, господин Президент. Вы управляете страной уже 26 лет. Планируете ли Вы оставаться исполнять полномочия до 2036 года, как мне кажется, как можно по Конституции? Считаете ли Вы, что Вам хватит выносливости и здоровья, чтобы дотянуть до 2036 года?
В.Путин: Только Господь знает, хватит нам здоровья – и мне, и Вам, и всем здесь собравшимся – для того, чтобы дожить до завтра, до послезавтра и тем более решать какие-то стоящие перед нами задачи, добиваться целей, которые мы перед собой ставим. Это для начала.
Что касается моих решений. Действительно, Конституция позволяет баллотироваться в 2030 году, но, мне кажется, рано об этом говорить, честно говоря, совсем рано. Я сейчас даже не думаю об этом, говорю вам совершенно откровенно, даже не думаю. Перед страной стоит очень много больших, масштабных и острых вопросов. Их надо решать, не думая об этом, а думая о будущем России. Вот о чём надо думать. Это первое.
Теперь по поводу украинского направления и по поводу того, что делал Президент Соединённых Штатов в попытках урегулирования конфликта. Я уже говорил и полагаю, что нет ничего плохого повторить. Думаю, что Президент Трамп искренне стремится к урегулированию кризиса на Украине. Да, он сам уже тоже публично высказывался. Он сказал, что не ожидал, что это будет так сложно. Да, действительно, со стороны, может быть, некоторые вещи кажутся не такими уж сложными, а когда туда влезаешь, погружаешься в проблему, оказывается, что неизвестных составляющих не так уж и мало, и они имеют значение.
Сейчас действительно остро стоит вопрос об урегулировании другого кризиса – на иранском направлении. Естественно, мы это видим, понимаем, что администрация США отвлекается, вынуждена заниматься прежде всего этим вопросом. Если кризис на Украине прежде всего локальный, я полагаю, к сожалению, европейские страны, европейские государства пытаются придать ему глобальное звучание, то кризис вокруг Ирана явно носит глобальный характер. Достаточно посмотреть, как влияет закрытие Ормузского пролива на мировую экономику, вот и всё. И конечно, администрация уделяет этому большое внимание и значение. Но предложения, которые были сделаны Президентом Трампом, я уже об этом говорил, вполне могут быть положены в основу мирных договорённостей.
Поэтому, отвечая на Ваш вопрос, в правильном направлении администрация действовала или нет, скажем «да». Да, это предложение, которое требует компромисса, причём является компромиссным как для одной страны, так и для другой. Для России тоже. И мы в целом с этими компромиссами согласились. Нужно убедить в этом украинскую сторону, и всё. Но в целом я считаю, что они вполне могут быть положены в основу договорённостей между Россией и Украиной и могут положить конец этому конфликту.
М.Бендайк (как переведено): Извините, ещё один дополнительный вопрос, касающийся Ирана. Могла бы Россия сыграть роль в урегулировании этого конфликта, учитывая ваши отношения к вопросу обогащённого урана?
В.Путин: Думаю, что да. Мы не хотим никак навязывать какие-то наши услуги, но наше предложение известно американской администрации, они известны также нашим иранским друзьям и партнёрам. В 2015 году Россия сыграла положительную роль, вполне положительную. Мы вывезли тогда на территорию Российской Федерации обогащённый уран из Ирана, и это легло в основу Договора СВПД, то есть кризис был разрешён. И тогдашняя американская администрация поддерживала это, всё это было реализовано и привело к разрядке ситуации.
Что происходит? Уран есть на территории Ирана. Вроде бы сейчас этого никто не отрицает. В этом случае что? Он становится сразу под контроль МАГАТЭ, и всё международное сообщество, включая и Соединённые Штаты, и Израиль, становятся с этого момента участниками процесса ликвидации высокообогащённого урана. Потому что всё находится под их контролем, читай «под контролем МАГАТЭ», но все же принимают участие в работе МАГАТЭ, и МАГАТЭ все доверяют. Сразу – вот он, уран, вот его объём, количество, вот контроль, и вот начало деобогащения, разбавления.
У нас такие возможности есть и сейчас – пожалуйста. Но повторяю, это на решение всех сторон, которые стремятся к разрешению кризиса. Пожалуйста. Мы это делали и сейчас готовы сделать. У нас добрые отношения, доверительные отношения с Ираном, это дружественная страна. Мы, как известно, там осуществляем проект по строительству «Бушера». Мы построили блок, он работает, продолжаем стройку. Я думаю, что иранское руководство, иранский народ относится к нам с полным доверием. Кстати, этот уран можно было бы в будущем разбавлять и использовать для мирных атомных программ в Иране под контролем международного сообщества и МАГАТЭ. Мне кажется, что это, во всяком случае, один из способов. В этом смысле, мне кажется, и Иран мог бы быть доволен таким решением, и все остальные участники процесса, у которых есть какие-то подозрения, тоже должны были быть довольны. Уран был бы предъявлен, вывезен и поставлен под контроль. В чём проблема-то? Вот и проблем нет, мне так кажется. Я могу в чём-то заблуждаться, но я даже не вижу, что здесь может кого-то не устраивать.
Более того, первоначально, раз заговорили, скажу, первоначально – это было, правда, не в этом году – все согласились. Потом пошли взаимные ужесточения позиций. Мы сказали: «Ладно. Нет так нет. Пожалуйста, разбирайтесь». Предложения на столе, пожалуйста, мы готовы это сделать, как в 2015 году. Нет, значит, будем надеяться, что стороны, вовлечённые в этот конфликт, найдут другое решение. Если будет другое решение, мы будем только рады. А если от нас что-то надо будет, мы с удовольствием поддержим любое решение подобного рода, которое привело бы к разрядке ситуации.
А.Кондрашов: Владимир Владимирович, мы работаем полтора часа. Позволите ли, может быть, ещё минут двадцать?
В.Путин: Можно пару вопросиков. Сейчас должен подъехать Президент Узбекистана, у нас там мероприятие – закладка атомной электростанции в Узбекистане.
А.Кондрашов: Я уже успел моргнуть трём своим коллегам – Мартину Романчику, Виджаю Джоши и Сансу Минготе Хосе Мануэлю.
В.Путин: Ради бога, хорошо.
А.Кондрашов: Три вопроса, друзья, и заканчиваем.
В.Путин: Прошу Вас.
А.Кондрашов: Мартин, пожалуйста.
М.Романчик (как переведено): Уважаемый господин Президент!
Два года назад Вы на вопрос о том, что собирается ли Россия нападать на НАТО, ответили, что всё это бред. Во всяком случае, об этом так сообщали. Но сейчас на фоне американских планов не размещать ракеты среднего радиуса действия в Германии, на фоне появления новых деталей о том, что США свои войска из Европы будут переносить в азиатские страны, всё равно ведутся разговоры, что Россия могла бы в обозримой перспективе напасть на территорию НАТО. Как Вы оцениваете такие случаи?
В.Путин: Вы знаете, нужно просто себе задать вопрос. Каждый, кто думает об этом, должен себе задать вопрос: зачем? Нам зачем это нужно? Понятно – конфликт на Украине. В основе конфликта лежит госпереворот на Украине и подавление там всего русского, подавление значительной части населения этой страны, которая не признала результаты этого госпереворота. Вы знаете, это же русскоговорящая страна. Даже эти так называемые националисты дома-то в основном по-русски разговаривают.
Но дело не в этом. Дело в том, что за госпереворотом начались события внутри самой Украины. И мы в конце концов – сейчас не буду говорить, как это происходило, Минские соглашения, и так далее – в конце концов вынуждены были, просто вынуждены были поддержать часть людей, которые живут на территориях, не признавших этот госпереворот, а кроме всего прочего ещё и втягивание этой территории в НАТО.
Слушайте, просто же обманули напрямую. Все же вы об этом знаете хорошо. Ну правда. Начиная с 1991-го говорили: ни шагу в сторону, на восток НАТО не сделает. В том числе говорил генеральный секретарь, гражданин Федеративной Республики Германия – как его фамилия, честно говоря, сейчас не припомню, – на тот период был генеральным секретарём НАТО. Ладно.
Но Европа-то здесь при чём? Какой смысл для нас вообще, резон нападать на Европу и воевать с НАТО? Это же просто, я говорю, что это бред, но мне кажется, что это не просто бред, это сознательная провокация, для того чтобы создать угрозу, которой реально не существует, и заставить население своих стран больше денег тратить на оборону. Ну а как первый шаг – расплачиваться за тот режим, который захватил власть в Киеве. Мне кажется, это ответ. Не просто бред, это провокация.
Но меня знаете что удивляет? Меня удивляет, что часть населения европейских стран, как это ни странно, верит в это. Это просто нелепо. Было бы смешно, если бы не было так грустно.
Мы всё время говорили, что одна из целей нашей операции – это денацификация Украины. И все нам со всех сторон говорили: ну что вы, какая денацификация; и вообще, что это такое денацификация, это вы какую-то ерунду плетёте – мы плетём ерунду, – зачем денацифицировать Украину?
Послушайте, уважаемые коллеги, все видели, но почти никто об этом не говорит: перезахоронение нацистов и националистов, которые на Украине во время Второй мировой войны уничтожали евреев, поляков и русских. Сколько? По-моему, миллион евреев был уничтожен на Украине. Миллион ни в чём не повинных людей. И сейчас на Украине их [нацистов и националистов] останки с воинскими почестями и с салютом перезахоронили как героев Украины. Только Польша вяло отреагировала, Израиль – ещё более вяло. Все стараются не замечать, стыдливо не замечать. И кто это делает? Действующий глава киевского режима, еврей по национальности. Его дед, который воевал с нацизмом, в гробу, наверное, перевернулся.
Есть такая организация украинских националистов – УПА, абсолютно пронацистская организация. Её имя присваивают действующим подразделениям вооружённых сил Украины. Послушайте, по-моему, в законе прописано или собираются прописать, что пропаганда нацизма запрещена. Но надо обратить внимание украинских властей на то, что недостаточно прописать в законе, нужно было бы исполнять этот закон.
Послушайте, я понимаю, что так называемый коллективный Запад не хочет усиления России. Коллективный Запад хочет использовать Украину для того, чтобы Россия не так рьяно защищала свои национальные интересы, знала своё место и так далее. Но вы же понимаете, какая угроза от возрождения нацизма для всех. Мало того что оружие с территории Украины расползается по всему миру, это уже факт. Мало того что там коррупция процветает, всё проросло, такие корни эта коррупция пустила, – но нацизм возрождается. Что с этим делать-то потом?
Коллеги говорят о том, что Украина должна быть частью Евросоюза или ассоциированным членом, ещё в каком-то качестве. Ладно, бог с ним. Но об этом-то хоть надо подумать. Это же факты, это же только что было. Несколько дней назад перезахоронили одного из нацистов. Именно его руками уничтожали евреев, поляков, русских, цыган – миллион. Нет, с воинскими почестями, с выстрелом в воздух – и тишина.
Я понимаю, что хочется использовать всё для борьбы с Россией некоторым странам. Но это же для всех угроза. Об этом-то надо подумать?
Поэтому, что касается нападения России на Европу, это, конечно, бред, но не только. Это ещё провокация и дезинформация с целью одурачивания своего собственного населения для выбивания денег на борьбу с Россией и на демилитаризацию своих экономик.
В.Джоши (как переведено): Господин Президент, ранее сегодня Вы говорили о российско-китайских отношениях. И Вы сказали, что это началось не вчера, что это отношения, которые развивались веками.
У Индии такие же отношения с Китаем, но отношения иного толка. У нас сложные отношения с Китаем, но в то же время у Индии сложные отношения на западной границе, с Пакистаном. Я думаю, Вы понимаете, к чему я клоню.
Сегодня Пакистан находится под контролем Китая с военной точки зрения. 80 процентов военного оборудования в Пакистане имеет китайское происхождение. Китай также предоставляет продвинутые технологии Пакистану: и разведданные, и военное оборудование. И это вызывает обеспокоенность в Индии.
У Вас очень хорошие отношения и с Китаем, и с Пакистаном. Хотели бы Вы что-то сделать, чтобы обеспечить интересы безопасности Индии в этой связи?
И ещё один вопрос. Сегодня я слышал, что последние батальоны С-400 успешно поставлены Индии. Остаётся ещё пятый. Какие продвинутые технологии будет использовать пятый батальон и каковы сроки совместной разработки Су-57 – продвинутых истребителей и разработки новых ядерных подводных лодок?
Спасибо.
В.Путин: Разумеется, нам хорошо известны все подводные камни, может быть, не все, но, во всяком случае, основные проблемы, связанные с ситуацией на границе, ситуацией между Пакистаном и Индией. Вы знаете, Пакистан, как Вы сказали, что это целиком и полностью страна подконтрольная Китаю, – я так не думаю. Всё-таки, во-первых, Пакистан – достаточно большая страна, и у Пакистана очень разносторонние связи. Да, конечно, есть и имеют большое значение для Пакистана вопросы, связанные с сотрудничеством и с Китайской Народной Республикой. Но с Китаем все развивают отношения. Одна из крупнейших экономик мира, по паритету покупательной способности номер один в мире, номер один. Индия занимает третье место, Россия четвёртое по паритету покупательной способности. Кстати говоря, это тоже и Вашему коллеге французскому по поводу состояния российской экономики. Китай, США, Индия, Россия по паритету покупательной способности – четыре страны. Мы, кстати, обогнали все европейские страны и Японию тоже.
Вмешиваться в такие тонкие отношения, многогранные между двумя странами, такими как Индия и Китай, – это неблагодарное дело. Но мы в контакте, разумеется, с нашими друзьями и в Индии, и в Китае.
И Вы знаете, на что хочу обратить внимание? Я не буду вдаваться в детали, потому что это некорректно, но я с уверенностью могу сказать, что и Премьер-министр Моди, и Председатель КНР Си Цзиньпин стремятся с обеих сторон к разрешению всех вопросов, которые представляют взаимный интерес, в том числе и в рамках отношений на границе. Я в этом нисколько не сомневаюсь.
У России свои отношения с Китаем и свои отношения с Индией. Вы об этом сказали. И это никого не задевает, поверьте мне, никого не задевает. Они складывались десятилетиями, из десятилетия в десятилетие. Всё складывалось естественным образом. Отношения России с Индией не мешают Китаю, отношения России с Китаем не мешают Индии. А связка трёх стран всем помогает.
Мы говорим о БРИКС. БРИКС знаете где родился? Здесь, в Петербурге. Здесь я когда-то предложил встретиться руководителю Китая, руководителю индийского правительства – и ваш покорный слуга. Мы здесь втроём встретились, и возник РИК – Россия, Индия и Китай. И мы нашли о чём говорить, нашли темы, по которым можно договариваться, и договаривались. Потом к нам присоединилась Бразилия, попросила участия в трёхстороннем формате – БРИК получился, а потом Южная Африка, South Africa, – получился БРИКС. Потом уже дальше пошло расширение. То есть, когда мы встречаемся и говорим, мы договариваемся.
Повторяю, никаких вопросов о сотрудничестве России с Китаем, о сотрудничестве России с Индией не возникает. Всем хорошо известно наше разветвлённое взаимодействие в рамках военно-технического взаимодействия. Да, мы работаем, причём работаем с Индией и по разработке современных средств вооружения. Всему миру известны ракеты средней дальности «БраМос». Она теперь и морского, и наземного базирования и так далее, мы развиваем.
Что касается Су-57, мы когда-то предлагали нашим друзьям из Индии вместе разрабатывать эту машину. Это машина пятого поколения, я думаю, что лучшая в мире на сегодняшний день. Наши индийские друзья тогда сказали: давайте вы сами, а мы потом посмотрим. В принципе этот самолёт мог бы быть нашим совместным производством. Мы его сделали самостоятельно, и мы готовы, конечно, с Индией работать и поставлять, и развивать дальше. Здесь нет ограничений, у нас нет никаких ограничений.
То же самое касается и систем ПВО. Важно иметь отдельно машины, но ещё важнее создавать систему ПВО. Что это значит? Это значит работать по высотам, по разным целям: по низколетящим, по медленнолетящим, по высоколетящим. Важно всё это «зашить» в одну информационную систему, которая работала бы в режиме реального времени. Непростая задача, высокотехнологичная. Сейчас мы работаем у себя, совершенствуем эту систему. Не всё ещё решено, но это просто уникальный опыт. Такого опыта нет нигде. У нас есть, и мы готовы делиться и с нашими китайскими друзьями, и с нашими индийскими друзьями. И мы делимся. Работа по всем этим направлениям идёт, и с Индией будет продолжаться.
А.Кондрашов: Коллеги, последний вопрос. Прошу кратко.
Агентство ЭФЭ, Хосе Мануэль Санс Минготе.
Х.М.Санс Минготе (как переведено): Большое спасибо.
Я хотел бы кратко задать вопрос, а именно уточнить, правильно я понял или нет Ваш ответ на вопрос. Вы отрицаете приостановление военных действий, чтобы начать переговоры?
Второй вопрос связан с тем вопросом, который мы посвящаем именно латиноамериканскому континенту. На протяжении последних месяцев были ли у Вас какие-то контакты с США по кубинскому вопросу?
И то, что произошло в Венесуэле. Говорили ли Вы о захвате Президента Николаса Мадуро? Каким будет ответ на это со стороны России?
В.Путин: Что касается контактов по кубинскому вопросу, я отвечу прямо на прямой вопрос с Вашей стороны. Вы спросили: «Были ли у нас контакты с американской администрацией по кубинскому вопросу?» Были. Но я не хотел бы дальше комментировать.
Как вы знаете, мы поставили танкер с нефтепродуктами на Кубу. Куба – дружественная нам страна, на протяжении десятилетий традиционно складывались отношения. Администрация США знает об этом, наши контакты с Кубой продолжаются.
Теперь по поводу приостановки боевых действий, для того чтобы начать переговоры. Для того чтобы начать переговоры, нет необходимости в приостановке боевых действий. Нет необходимости. И у нас были переговоры, и боевые действия не останавливались.
Ведь в чём проблема? Давайте по-честному, откровенно говорить. Я вам назвал фундаментальные вещи, связанные с тем, как протекает конфликт, американскому коллеге отвечал на этот вопрос. Там целый набор составляющих. Войска российские каждый день наступают, и вы каждый день, если будете внимательно следить за сводками происходящих событий, услышите о том, что новые, новые, новые населённые пункты ставятся под контроль российских Вооружённых Сил. За последнее время, я повторяю: почти 2,5 тысячи квадратных километров перешло под контроль российской армии, 2440 квадратных километров. Естественно, в этих условиях украинская сторона хотела бы, чтобы мы приостановили движение российских войск.
У нас в Запорожской области километрами каждый день продвижение. Километр 200, километр 300, 800 метров по фронту, столько же в глубину. Конечно, хочется это остановить. Но лучше не это останавливать, а лучше остановить войну в целом, согласившись с теми компромиссами, которые обсуждались в Анкоридже.
Пожалуйста.
Д.Джордан (как переведено): Благодарю Вас, господин Президент.
Ещё один вопрос, касающийся отношений России с европейскими соседями. Ассошиэйтед Пресс писали, что наблюдались сотни случаев незаконной деятельности на территории Европы с 2022 года. И эти действия связаны с Россией.
В.Путин: Действия России на территории европейских стран?
Д.Джордан: Да, верно. Действия России и её ассоциированных стран. Действия, такие как саботаж, попытки убийств, кибератаки и операции по оказанию влияния. Западные политики говорят, что это только верхушка айсберга, и это только то, что удалось доказать или выявить.
Значит ли это, что Россия уже ведёт войну против Запада или есть риск эскалации?
В.Путин: Это ничего не значит, кроме одного. Это значит только попытку некоторых политических деятелей западноевропейских стран осуществить свои агрессивные планы в отношении Российской Федерации.
Вы сказали о каких-то попытках кибератак, ещё каких-то попытках и прочем и обратили внимание на то, что речь, как Вы сказали, идёт только о доказанных, выявленных фактах. И что же из этого? Хоть один факт назовите доказанный. Как это там звучало у одного из премьер-министров, как она сказала? Сказала: «В высокой степени вероятности».
А.Кондрашов: Highly likely.
В.Путин: Highly likely. Всё, что вы сказали, это highly likely. Где хоть один факт? Нет, ни одного. Это значит, нет желания просто разговаривать с Россией как с равным партнёром. Но это придётся сделать, мы никуда не спешим. Даже если вместе собрать девять беременных женщин, как известно, ребёнок всё равно не родится через месяц. Ситуация должна созреть. Я думаю, что дело как раз к этому идёт. Она, мне кажется, постепенно созревает.
Мы, повторяю, готовы. Надо прекратить эти взаимные обвинения. А если есть желание у европейцев с нами работать, так пусть они отбросят свой колониальный подход и разговаривают с Россией как с равным партнёром и вместе с нами ищут варианты решения. Пусть и очень сложных вопросов, но требующих разрешения в интересах как России, так и наших европейских партнёров, мы готовы к этому.
Пожалуйста.
А.Кондрашов: Большое Вам спасибо, Владимир Владимирович.
В.Путин: Нельзя с женщинами так поступать и на этом закрывать. Пожалуйста.
Ш.Ареф (как переведено): Спасибо.
Я хотела бы узнать Вашу точку зрения о том, что касается энергетического кризиса как последствия кризиса вокруг Ирана и каковы перспективы этого кризиса.
В.Путин: Если бы Вы спросили, наверное, представителей американской администрации, они бы Вам не ответили, потому что у меня такое чувство, что и у них пока окончательного решения нет. Но, без всякого сомнения, иранский народ доказал, что и его интересы должны учитываться при разрешении кризисов подобного рода. Иранский народ проявил сплочённость и готовность к борьбе. Это фактор, который, безусловно, должен учитываться при окончательном решении этих проблем.
Конечно, для нас ситуация непростая с политической точки зрения ещё и потому, что у нас всё-таки за последние десятилетия сложились очень добрые и дружеские отношения с арабскими странами, в том числе со странами Персидского залива. В контактах с нашими иранскими друзьями мы всегда это подчёркиваем. Я здесь без стеснения скажу: с самого начала конфликта, особенно когда это происходило в месяц Рамадан, мы говорили о том, что призываем наших иранских друзей воздержаться от каких бы то ни было военных действий в отношении других исламских государств, особенно в месяц Рамадан, священный месяц.
Но логика и динамика событий развивались по-другому. Мы исходим из того, что всё-таки и усилия американской администрации, усилия Президента Трампа и последовательная позиция духовного лидера Ирана, которая направлена на защиту интересов своей страны и на поиск компромисса, а мы видим, что такой поиск со стороны обеих сторон имеет место, надеемся, что этот поиск завершится позитивным результатом, конфликт будет прекращён, исчерпан. Если хоть что-то зависит от России, мы всегда готовы подставить плечо. Если нет, мы просто порадуемся вместе со всеми, когда этот кризис будет завершён.
Это только спекуляция по поводу того, что Россия является чуть ли не единственным выгодоприобретателем от этого конфликта в связи с ростом цен на энергоносители. Да, рост цен имеет место, мы это прекрасно видим, понимаем, и, конечно, в известной степени наши компании от этого выигрывают. Но это всё носит временный и краткосрочный характер, а мы хотели бы выстраивать отношения со всеми партнёрами вдолгую и на прочной базе взаимного интереса. В данном случае наш интерес заключается в том, чтобы конфликт был прекращён, и как можно быстрее. Мы приветствуем, что, несмотря на определённые сбои, сейчас действует режим прекращения огня, перемирие. И всё, что с нашей стороны можно, делаем для того, чтобы такая ситуация помогла разрешению конфликта в целом.
Мы остаёмся в контакте со всеми нашими друзьями и, повторю ещё раз, сделаем всё, что от нас зависит, если будет нужна наша помощь, для того чтобы конфликт был завершён.
Всё. Спасибо вам большое.
А.Кондрашов: Спасибо Вам большое, Владимир Владимирович, спасибо за откровенный разговор. Желаю Вам успехов.
