Русские Вести

Война до последнего… памятника


После Второй мировой войны на территории Европы установили около 4000 памятников советским солдатам. В Польше — 600 памятников и мемориальных знаков, в Чехии — 834. В Венгрии — около тысячи советских воинских захоронений. На территории Румынии — 175. В Болгарии 128 памятников и мемориальных знаков. на территории Литвы, Латвии и Эстонии — 400, в Австрии — 250, в Норвегии — 40. Также в Осло 63 зарегистрированных места захоронений.

СССР принимал значимое участие в освобождении Югославии от германских, итальянских и венгерских войск. Но в послевоенный период отношения Белграда и Москвы резко ухудшились, установленные памятники убрали, а солдат перезахоронили в отдельном мемориальном комплексе. Также о случаях демонтажа памятников советским воинам в Словакии неизвестно. После войны в городе Славин (Словакия) был открыт крупный мемориал, где захоронены останки 6 845 советских солдат.

И, наконец, Германия. Три масштабных мемориала расположены в Берлине, а памятные знаки есть в большинстве крупных городов восточной части страны. С распадом Восточного блока начался процесс их сноса, который продолжается до сих пор. Сколько их осталось сегодня, вряд ли кто скажет точно. Именно памятники в наши дни оказались на переднем крае политической борьбы. Так, на днях польские СМИ и политики впали в истерику, когда узнали, что в деревне Пивовариха Иркутской области демонтирован памятный знак.

Восемь лет назад ее установило генконсульство Польши в память о репрессированных в 1937 г. поляках. Сегодня у компетентных органов возник вопрос о том, насколько законно он был установлен. Дело в том, что в настоящее время началась реконструкция официально зарегистрированного мемориального комплекса памяти жертв политических репрессий «Пивовариха». Знак (камень с символами и надписями) был убран, поскольку располагался на аллее по пути к мемориалу и, попросту говоря, мешал посетителям. Заодно демонтировали и литовский крест.

Издание «Вполитице.пл» опубликовало гневный материал под красноречивым заголовком «Российская атака на память!». Посол Польши в России Кшиштоф Краевский заявил, что на эту ситуацию скоро отреагируют польские дипломатические миссии: посольство в Москве и генконсульство в Иркутске.

Странно было слышать от поляков подобного рода обвинения, в то время как за последние десятилетия в Польше снесены сотни памятников советским воинам, освобождавшим поляков от германского порабощения.

По некоторым данным, ликвидировано 550 памятников. Мало того, борьбу с прахом погибших демонстрируют в прямом эфире как некое русофобское шоу.

Страна упорно движется по пути украинизации не только своей истории, но и политики, экономики явно с теми же печальными последствиями, которые наглядно демонстрирует Западу, но, в первую очередь, «братьям-полякам» нацистский режим Киева. Притом что наши мемориальные комплексы, знаки, плиты находились на территории Польши правомерно, с соблюдением всех норм местного законодательства, в отличие от польской самодеятельности под Иркутском.

Похоже, паны также забыли, что на территории России находится немало захоронений поляков, которые время от времени посещают как официальные делегации польских властей, так и обычные граждане Польши, родственники захороненных на российской земле. И это не только общеизвестные мемориальные комплексы «Катынь» и «Медное», политическая целесообразность которых на территории России вызывает в нашем обществе глубокие сомнения. Есть еще большое количество польских могил, разбросанных в ряде регионов России. Это, например, польское кладбище в пос. Россохи Шенкурского р-на Архангельской области, где в 2009 г. местными властями при софинансировании Генконсульства Республики Польша в Санкт-Петербурге был установлен памятник.

Получил статус памятного польский участок на кладбище в с. Солонешное Алтайского края. Здесь размещался один из пунктов вербовки в армию ген. Андерса, который по распоряжению из Лондона, куда убежало польское правительство, увел в Иран оснащенные и экипированные СССР войска во время судьбоносных боев на Волге. В Иране поляки и простояли всю войну, в боевых действиях участия не принимали. Советским правительством были сформированы две армии Войска Польского, которые вместе с Красной армией освобождали Европу от фашизма.

Также при активном содействии ликвидированного в конце 2021 г. общества «Мемориал»•, на территории преимущественно Архангельской обл., а также Алтайского края и Республики Коми были установлены более двух десятков памятников, надгробий (плиты) «жертвам политических репрессий». А на кладбище гор. Боровичи Новгородской обл. установлен памятник «Памяти поляков, воинов Армии Крайова» (2002 г.), которая вела вооруженную борьбу против Красной армии, Воска Польского и Армии Людовой. Фактически  это памятник врагам России. Но когда два российских издания провели интерактивный опрос о том, нужны ли нам такие «памятки», то большинство ответило согласием. И как вам такое? Особенно в сравнении с тем, что вытворяют в отношении советских памятников и памятных захоронений в Польше власти этой страны.

В 2016 г. в Польше начал действовать закон «О запрете пропаганды коммунизма или другого тоталитарного строя в названиях зданий и объектов», касавшийся преимущественно названий улиц, площадей и зданий. Но в 2017 г. группа сенаторов сумела добиться принятия поправки и подвести под действие закона также и памятники, «символизирующие и пропагандирующие коммунизм», не затрагивая при этом стоящие на солдатских могилах. Закон о декоммунизации с очень близким содержанием годом раньше приняли на Украине, в Грузии (т.н. Хартия вольности), это произошло еще в 2011-м; кроме того, нужно вспомянуть и успешные попытки проведения подобных законов в 2000 г. в Венгрии и в 2012 г. в Молдавии.

Наконец, была принята Резолюция Европарламента, законодательного и представительного органа Европейского союза, «О важности европейской памяти для будущего Европы» (19.09.2019), которая прямо предписывает всем странам ЕС взять на вооружение опыт Польши и очистить территории своих государств от памятников советским воинам. Естественно, во имя «благородной» борьбы с тоталитаризмом.

Более того, эта резолюция заложила концептуальный фундамент для борьбы с советской символикой периода Второй мировой войны. В документе утверждалось, что СССР наравне с Германией несет ответственность за развязывание войны. Говорится также о необходимости дать юридическую оценку преступлениям сталинизма. По этой причине под угрозой сноса находятся не только мемориалы советским воинам, но и памятники деятелям Польской народной республики, а также борцам с фашизмом, сражавшимся на стороне левых сил, — Армии Людовой и Крестьянским батальонам (повстанческим формированиям польских селян).

При этом часть государств сохраняет советское наследие невредимым. Вместе с тем уничтожение памятников советским воинам-освободителям, акты вандализма в отношении памятников и воинских захоронений стали уже обыденным занятием для стран Восточной Европы. Президент Российской секции Международного общества прав человека Владимир Новицкий рассказывал, что РФ не ввела принцип экстерриториальности для совершения подобных действий в отношении памятников исторического наследия, которые находятся в другом государстве. «Поэтому сам факт возбуждения дела не означает привлечения этих лиц к реальной ответственности. Но если они окажутся на территории РФ, тогда да», — подчеркнул адвокат.

Процесс избавления от памятников советским воинам шел постепенно и мало кого интересовал в нашей стране еще лет десять тому назад. Но этой весной в Европе, преимущественно в «младой» ее части, разразилась эпидемия нападений и актов вандализма в отношении памятников советским воинам, мест их захоронений, мемориалов, посвященных памяти их подвигов, и т.д. По мнению директора Центра прикладной социологии и политологии Геннадия Подлесного, то, что сейчас происходит в этих странах, нельзя назвать вандализмом. «Это не вандализм, это национальная политика — та, которую проводит правительство. Это же не хулиганы демонтировали памятник в прямом эфире. Государственная программа. Так они борются с историей. <…> На самом деле это все попытка переписать ее в новом свете», — подчеркнул Подлесный.

Ожидать того, что народы бывших соцстран (ныне входящих в ЕС и НАТО) будут полностью разделять наше видение событий Второй мировой войны, не приходится. Да и вряд ли где в Европе, кроме Сербии, такое будет. Тем не менее обязательства поддерживать воинские захоронения в надлежащем виде у этих государств есть. И если они их нарушают, Россия должна отвечать на подобное предельно жестким образом. Разумеется, разделяя разные случаи и разнообразя свое поведение в зависимости от каждой конкретной страны.

Борцы с фашизмом в Европе тоже были. И Россия обязана свято чтить их память. Скажем, память солдат Чехословацкого корпуса, память солдат Войска Польского и Армии Людовой, память летчиков эскадрильи «Нормандия-Неман», память безымянных антифашистов, отдавших свои жизни в борьбе с коричневой чумой. Не так давно Министерство обороны России опубликовало протокол допроса пленного оберштурмфюрера СС Мартина Фойербаха (австрийца): «В июне 1942 года, точной даты не помню, солдатами нашей роты в Вене был задержан ряд антифашистски настроенных лиц, которых согнали в здание арсенала близ Восточного вокзала. Всего предстояло казнить человек 100 — 150. Насколько я помню, в этот раз я повесил и обезглавил 19 человек, отрубил конечности троим и пригвоздил к крестам двоих». Об этих австрийских героях-антифашистах мы должны помнить. Но их кровь и их подвиг не являются индульгенцией для подавляющего большинства австрийцев и других европейцев, сражавшихся под знаменами Третьего рейха.

Или такой пример: в ходе Сталинградской битвы Красная армия разгромила две румынские, одну итальянскую и одну венгерскую армии, не считая немецких войск. Очевидно, что в Италии, Венгрии и Румынии великая победа под Сталинградом была воспринята как катастрофа, а не как залог их освобождения от фашизма.

С высоты наших дней видно, что политика СССР в отношении стран, воевавших на стороне гитлеровской коалиции, была слишком идеологизирована. Вся предыдущая история свидетельствовала о том, что народы бывших соцстран (ныне входящих в ЕС и НАТО) не будут разделять не только наши оценки событий Второй мировой войны, но и послевоенное мироустройство. Рассчитывать на полное взаимопонимание с ними было как минимум недальновидно, не говоря уже о военно-политических и экономических союзах исключительно на добровольных началах. На что тогда надеялись в Москве, сегодня понять сложно. А надо бы, чтобы не повторять ошибок наших предшественников, внимать их предостережениям.

В прессе, например, давно обсуждается один эпизод из Второй мировой, нигде не зафиксированный документально, но якобы имевший место. Будто бы маршал Жуков сразу после взятия Берлина сказал маршалу Рокоссовскому: «Мы их освободили, и они нам этого никогда не простят». По поводу этой фразы историки до сих пор не могут придти к единому мнению: говорил ее Жуков или не говорил. Думается, сегодня это уже не имеет значения. В любом случае жизнь подтверждает, что это своего рода пророчество. Так, может, стоит прекратить прятать голову в песок и, наконец, признать, что атака на памятники советским воинам — это сознательная и последовательная политика государств Евросоюза, а не провокации отдельных «деструктивных сил».

Военачальник, историк и политик генерал армии Махмут Гареев имел все основания утверждать: «В годы войны против нас воевала вся Европа. Триста пятьдесят миллионов человек, вне зависимости от того, сражались они с оружием в руках или стояли у станка, производя оружие для вермахта, делали одно дело. … За Гитлера против СССР сражалось два миллиона европейских добровольцев». Соответственно, памятники советским воинам воспринимались, воспринимаются и будут восприниматься Европой как символы своего поражения, а не как символы освобождения от фашизма, за который они сражались. Был силен Советский Союз — и побежденные европейцы несли к подножию монументов советским воинам цветы. А не стало СССР, и началось осквернение памятников и их уничтожение.

Если этот вывод верен и неуемное стремление государств Евросоюза избавиться от символов своего поражения расценивать как месть, то придется также признать, что спасти оставшиеся памятники советским воинам может только демонстрация реальной российской силы. А это — полный разгром противника в СВО и безоговорочная капитуляция Киева.

Конечно, европейцы пока не могут открыто говорить, что никакое освобождение от фашизма им было не нужно. Америка не позволит. Вот и приходится изощряться в демагогии — не так освободили, не тем набором свобод одарили нас русские варвары за то, что мы их землю кровью залили и, вообще, не освободили, а оккупировали. Последний тезис – «об оккупации» - особенно популярен в бывших странах социализма. Однако Россию как правопреемницу СССР все равно побаиваются. Помнится, в бундестаге лидер оппозиции Сара Вагенкнехт бросила Меркель такую фразу: «Вы забыли, кем был сожжен Берлин!». И фрау канцлерин остановилась в своих рассуждениях о необходимости дальнейших антироссийских санкций. Меркель уже в отставке, но этой случай в Германии не забыт. Недавно о нем вспомнили в контексте политики уничтожения советских памятников на территории Берлина. Остановились даже радикалы, разогретые желанием разнести вдребезги стоящий на постаменте наш Т-34.

Конечно же, в Европе есть и страны, где к памятникам советским воинам относятся иначе. В первую очередь это республики бывшей Югославии. Еще один пример – Венгрия. Акты вандализма в этой стране случаются, но редко, и полиция их успешно расследует. При этом оснований для исторических претензий у венгров хватает: они не забыли события 1956-го, помнят и подавление русскими войсками восстания 1848-1849 гг. И это не говоря о том, что Венгрия была единственной страной, оставшейся во время Второй мировой союзником Германии до самого конца.

Но война с памятниками советским воинам в Восточной Европе идет давно, и началась она гораздо раньше, чем многие полагают. Первопроходцами в деле переноса памятников советским воинам стали румынские власти еще при диктаторе Николае Чаушеску. Десоветизация, начавшаяся в Восточной Европе в 1989 г., означала не только политическую и социальную либерализацию, но также переименование улиц и городов, избавление от памятников. Демонтированы были не только многочисленные статуи и бюсты местных коммунистических лидеров, но и памятники советским воинам, боровшимся с фашизмом. Даже в Болгарии, где, как считают сами болгары, традиционно сильны русофильские настроения, вандализм в отношении памятников советским воинам с конца 1980-х стал обычным делом. Наиболее притягателен в этом смысле памятник воину-освободителю в Пловдиве, известный как «Алеша». В 1989 г. его спасли горожане, дежурившие у монумента днем и ночью. Местные власти издавали постановления о сносе монумента, пока Верховный суд в 1996-м не объявил его неприкосновенным. Однако от осквернений решения судов уберечь не могут.

И здесь важный момент — это украинские беженцы, которых за их поведение в европейских странах впору уже называть «бешенцами». В половине, а то и больше случаев на памятниках рисовали украинские флаги или просто ставили кляксы его цветов. Да и эмблемы «Азова»* говорят, что это делали не коренные жители этих стран.

Еще факт из этого ряда — осквернение памятника Суворову в Альпах. 18-го мая, в День памяти российского генералиссимуса исторический крест, посвящённый переходу русского полководца через Сен-Готард, который был высечен в скале более 120 лет назад, размалевали синими и желтыми пятнами и даже корявым изображением флага Украины. Понятно, что сделали это не швейцарцы, которые к памяти Суворова относятся весьма трепетно. Как видим, сегодня нам досталась не только слава победителя фашизма  СССР, но и вся та ненависть к нему, которую накопил Запад за послевоенные годы, поскольку в его представлении Советский Союз  это Россия, а Россия, соответственно,  Советский Союз. Отсюда и лютое противодействие СВО, эффектным идеологическим инструментом против которой стала борьба с нашей героической памятью.

Реакция на российские претензии по случаю очередного сноса памятника (памятников) по решению властей всегда стандартна: не вмешивайтесь в наши внутренние дела. Сегодня, судя по тому, как развиваются события, эти дела, похоже, действительно пока еще «не наши». Никакого ответа, адекватного наглым деяниям бывших сателлитов гитлеровской Германии, Россия себе не позволяет. Даже типичный инструмент современного наказания в виде санкций  тоже «не наш». На сегодня наше всё – это нота протеста, спич на ведомственной странице в интернете. Многих, может быть, даже большинство, давно волнует вопрос: отчего такая мягкотелость? Какая-то беззубость, бесхребетность? Сегодня в Восточной Европе демонтируют не столько памятники, сколько этими актами типично западного вандализма показывают презрение к нам, чувство превосходства над нами и уверенность в своей безнаказанности.

Но, главное, в Европе, таким образом, пытаются демонтировать наше чувство собственного достоинства как великого народа, гордости за Победу над фашизмом, за страну. Если отвечать на эти провокации исключительно нотами протеста и обещаниями типа «как дадим», то война будет продолжаться до последнего памятника. Вроде как до последнего украинца.

Вполне очевидно, что Западу в очередной раз не удалось сломить Россию извне, а внутри страна стала лишь сплоченнее. По большому историческому счету Специальная военная операция, стала вехой на пути к новому миропорядку, новой расстановке сил на международной арене. Расклад будет во многом зависеть от хода военных действий, изменений в структуре мировой экономики и параметров политического урегулирования конфликта. Таким образом, России опять отведена роль одного из основных творцов мировой истории. И хотя контуры нашей победы еще только вырисовываются, но по своему военно-политическому значению Специальная военная операция уже может быть сопоставима с Великой Отечественной войной. Соответственно, у нас сейчас есть аналог ГКО (Государственного комитета обороны во время Великой Отечественной войны), а именно — Координационный совет (при правительстве) по всему, что касается СВО. Может быть, в рамках его деятельности стоит выработать какой-либо механизм противодействия разрушению наших памятников? Каждый факт уничтожения символов нашей Победы должен немедленно получать не только соответствующую оценку, но и грозный ответ. А еще лучше — действовать на упреждение.

Валерий Мацевич

Источник: www.stoletie.ru