Приговор Obamacare



Почему именно с отмены реформы здравоохранения начал Трамп.

 

Одним из первых указов президента США Дональда Трампа, подписанных им сразу после инаугурации, стала отмена закона о реформе здравоохранения, прозванной американцами по имени ее вдохновителя Барака Обамы Obamacare.

Новый правитель Америки хотел лишний раз насолить демократам? Не только. Он раскрыл то, что так тщательно скрывали его противники: реформа здравоохранения принесла больше вреда, чем пользы, привела к расслоению общества и росту безработицы. 

Грандиозный обман

Покупать страховку под угрозой штрафа заставляли всех, даже безработных. Цены на страховки и медуслуги постоянно росли, и многие работодатели предпочитали избавляться от лишних рабочих рук, чем покупать для них дорогущий страховой полис.

Как не хвалили Obamacare американские демократы, суть ее сводилась к тому, чтобы забрать деньги у народа и работодателей и отдать их страховым компаниям и частным медицинским корпорациям, которые бы потом выставляли государству счет за лечение граждан.

В итоге хваленая программа вызвала общий рост расходов на здравоохранение, негативные изменения на страховом рынке и нанесла удар по экономике США.

Затраты рядовых американцев на медобслуживание возросли настолько, что многие стали обращаться за медицинской помощью только в экстренных случаях.

Сегодня становится ясно, что закон Obamacare был написан лоббистами медицинского промышленного комплекса и крупными страховыми компаниями, чтобы поддержать и расширить заказы на их продукцию, оплачиваемые федеральной казной.

Основа Obamacare – биржи страховок или обменные пункты, строящие обычную финансовую пирамиду. А такие пирамиды, как мы знаем из своего опыта, весьма неустойчивы. По замыслу авторов Obamacare, в основании этой пирамиды находятся молодые и здоровые люди, как правило, редко обращающиеся к врачу, но обязанные покупать то, что предлагает им рынок страховок. Например, оплачивать расходы на «охрану материнства». Одинокому молодому человеку или пожилым супругам это покрытие вряд ли понадобится. Но отказаться от него нельзя. В результате доступная медицинская помощь для всех оказывается грандиозным обманом.

Трамп разглядел это еще во время предвыборной кампании и, придя к власти, бросил спасательный круг. Но какое отношение все это имеет к нашей действительности? 

Обама нам помог?

Так совпало, что реформы здравоохранения затевались в США и России почти одновременно. Перед запуском медицинской реформы у нас в стране по приглашению Министерства здравоохранения и социальных услуг российские эксперты побывали в Америке. После поездки они заключили, что несмотря на разные системы охраны здоровья, в двух странах существует много общих проблем, и решать их лучше было бы совместными усилиями.

Договорились, что американцы усилят у себя государственное регулирование и контроль над здравоохранением по российскому образцу. А мы расширим влияние частного сектора и экономически эффективных механизмов в здравоохранении за счет организационных и медицинских современных технологий, чтобы сделать нашу систему более эффективной.

Так мы окунулись в американскую модель здравоохранения – самую бессистемную, затратную и неэффективную в мире, и не спешим от нее отказаться, в то время как Америка во главе с Трампом из нее выходит.

Из Америки Барака Обамы к нам пришла оптимизация и создание крупных медицинских центров, объединяющих множество поликлиник и больниц. Государство за счет бюджета построило более десятка так называемых федеральных центров высоких медицинских технологий, закупило новое оборудование для «скорой помощи», установило надбавки врачам общей практики.

В Москве были оснащены современным оборудованием многие больницы и поликлиники. И, как утверждали руководители московского здравоохранения, насыщенность медицинской техникой, по крайней мере, в Москве, превзошла уровень многих западных столиц.

Все бы хорошо, да научно-техническая революция в российском здравоохранении была сразу поставлена на службу рынку. Медицинские учреждения стали не лечить, а оказывать услуги, больные стали выступать в роли покупателей и потребителей этих услуг. В результате небольшие, уютные поликлиники слились в медицинские центры или медицинские комбинаты, как их стали называть, в которых совсем потерялся человек. Появилось совершенно иное к нему отношение – не как к больному, а как к средству извлечения прибыли.

Укрупненные поликлиники оказались вдали от людей, а фельдшерско-акушерские пункты и крохотные больницы позакрывали. Если раньше больных, особенно пожилых, клали в больницу на обследование, после которого они возвращались с готовым диагнозом, и терапевту оставалось только назначить лечение, теперь все ложится на городскую поликлинику. Чтобы сдать в ней назначенные врачом анализы, требуется порой несколько месяцев. Правда, можно ускорить процесс, оплатив услуги.

По системе Семашко

Раньше советская-российская система здравоохранения, созданная Николаем Семашко, была благоприятна именно для таких категорий больных, теперь же именно от них она отвернулась.

Концентрация ресурсов в руках одного ведомства в советское время позволяла даже в условиях ограниченности средств достичь достаточно серьезных результатов – по крайней мере, в преодолении традиционных инфекционных заболеваний, в серьезном уменьшении материнской и детской смертности, в профилактике социальных болезней и санитарном просвещении населения.

Была выстроена стройная система медицинских учреждений, которая позволяла обеспечить единые принципы организации здравоохранения для всего населения. Начиналась она с фельдшерско-акушерского пункта (ФАП) в самом далеком ауле, участковой, районной, областной больницы, а завершалась специализированным институтом. Профилактикой и оздоровлением занимались санатории и дома отдыха.

Доступность здравоохранения обеспечивалась тем, что медицинское обслуживание было абсолютно бесплатным, все граждане прикреплялись к участковым поликлиникам по месту жительства и в зависимости от сложности заболевания могли направляться на лечение все выше и выше по ступеням устойчивой пирамиды здравоохранения.

Реформа, пришедшая в Россию с Запада, через колено ломала советскую систему здравоохранения, признанную в 1960-е годы ВОЗ лучшей в мире.

В шестидесятые годы, когда финансирование медицины было хорошим, смертность в СССР была ниже, чем в странах Запада, число врачей было таким, что пациент мог попасть на прием в день обращения. Потому страны Западной Европы сегодня стремятся скопировать советскую систему у себя. 

По американскому образцу

Отказавшись от нормативов Семашко, когда рабочее время врача не превышало четыре или пять часов (это время, когда он способен адекватно выполнять свои функции), загрузив поликлиники бумажной работой, мы разрушили то, чем когда-то гордились. У нас сегодня средняя нагрузка, причем и в поликлиниках, и в больницах, составляет 1,6 ставки, а по некоторым специальностям две и три ставки. В Америке врач тоже работает как у станка – с утра до вечера. Например, рабочий день нейрохирурга начинается в 6 утра (значит, на работу он приходит еще раньше) и заканчивается часто в 9 – 10 вечера. Но в США и зарплата врачей в четыре с половиной раза превышает средний трудовой доход американцев, и не идет ни в какое сравнение с нищенскими заработками наших медиков.

Теперь у нас попасть к врачу-специалисту можно, как в Америке, только после приема врача общей практики, и то по записи, через 3–4 недели.

Уже сейчас снижается срок пребывания пациента в больнице. В среднем, по задумкам чиновников, он не должен превышать восьми дней. При этом акцент смещается в сторону первичного звена – поликлиники, где и должен получать основную помощь больной

Не обошли перемены и нашу скорую помощь, которая по оценке той же Всемирной организацией здравоохранения в свое время была признана лучшей системой оказания помощи в мире. Кстати, на основе советской системы создана сегодня система скорой медицинской помощи в Великобритании.

У нас же хотят по американскому образцу сделать отделения «Скорой помощи» распределительными центрами, чтобы пациент не сидел в коридоре, как сейчас, а лежал в отдельном боксе на аппаратах искусственной вентиляции, и ему там ставили диагноз и потом отправляли в другое специализированное отделение. При этом никто не подумал, что здания наших больниц для этого не приспособлены. В них трудно найти помещение, рассчитанное на большой поток людей, а строить новые здания накладно и не на что.

Никто не просчитал, во сколько обойдется персонал, который будет ставить диагнозы и заниматься поддержкой оборудования? И чем обернется сокращение бригады скорой помощи до одного фельдшера, который одновременно еще и врач, и водитель?

Деньги для посредников

Вместо того чтобы оживить хорошо зарекомендовавшую систему, добавить в нее денег, как много лет призывает Леонид Рошаль и возглавляемая им Национальная врачебная палата, наши реформаторы принялись разрушать отечественное здравоохранение. Но отменить все и сразу по всей России не удалось. В результате наша система здравоохранения сохранила черты бюджетной системы, во многом потеряв при этом системность модели Семашко. Только ее «кошельком», особенно после введения одноканальной системы финансирования здравоохранения, стал не бюджет как таковой, а ФОМС.

Хотя граждане России приписаны к разным страховым компаниям, все они, по сути, являются передаточным звеном между ФОМС и медицинским учреждением.

Наши страховые компании не выполняют своей важнейшей функции – конкурентной, заставляющей их ради уменьшения расходов заниматься профилактикой и снижением рисков, а также уменьшать стоимость услуг.

На основе имеющейся государственной медицинской инфраструктуры создать конкуренцию оказалось невозможно. Вот почему эту инстанцию – страховые компании – все чаще предлагают устранить и сэкономить на этом до 32 млрд рублей, которые они бесполезно «съедают».

Каждый месяц ваш работодатель отчисляет в фонд ОМС страховые взносы – 5,1 процента от полной суммы любой зарплаты (на вредных и опасных производствах больше). Причем с 1 января 2015 года общий объем этих отчислений существенно вырос.

Естественное стремление коммерческих страховых компаний, сотрудничающих с ФОМС (на 2014 год это 63 страховые медицинские организации и еще 216 филиалов), – как можно больше средств выкачать с населения и выплатить минимум поликлиникам и больницам. Отсюда стремление минимизировать стоимость каждой лечебной процедуры, что, конечно же, отражается на качестве предоставляемых услуг.

А задача поликлиник и больниц – выдоить максимум из ФОМСа. Отсюда «оптимизация» времени на каждого пациента, приписки в истории болезни, увеличение рабочего времени врачей при сокращении зарплат.

При этом основной доход с выплат идет не врачам, а руководству медицинских учреждений. Неужели ради этого все и затевалось?

Как в Америке?

В начале реформ нашим гражданам, как и рядовым американцам, объясняли, что при всех переменах система здравоохранения в основе своей останется типично социальной. А значит – население будет обеспечено обязательным медицинским страхованием и всеобщим доступом к медицинским услугам. В этом случае государство может легко контролировать уровень цен и медицинских издержек

Но получилось так, что российская модель здравоохранения, хотя и обеспечивает население необходимым минимумом услуг, отнюдь не способствует повышению доходности отрасли, а, наоборот, как в Америке, провоцирует дополнительные бюджетные расходы и рост налоговой нагрузки и коррупции. США по расходам на медицину находятся на первом месте в мире. А по средней продолжительности жизни страна занимает только 50-е место в мире с показателем в 78,4 года.

Это и есть то главное противоречие, которое заставило новое руководство Соединенных Штатов остановить пресловутый закон Барака Обамы. Что же мешает и нам поступить подобным образом, и сберечь хотя бы остатки самой системы, выстроенной в свое время? Отсечь посредников от государственных денег, отменить бумажный гнет над врачом. Вернуть Минздраву право распоряжаться бюджетными деньгами на здравоохранение и т.д.

Сегодня Минздравом предпринимаются попытки кое-что отыграть назад: отпущены деньги на строительство ФАПов на селе. В некоторых регионах приостановлена оптимизация больниц, сохранены бригады скорой помощи, увеличено время на прием одного пациента.

Похоже, чиновники начинают понимать, что заменить нашу систему здравоохранения свободным рынком медицинских услуг не получится из-за бедности населения, а превратить ее в мощную машину оказания медицинских услуг с использованием новейших технологий – денег не хватит.

Это вовсе не означает, что надо позакрывать все частные клиники, которых, кстати, и так немного. Но ограничить их коммерческие аппетиты государство вполне могло бы. Иначе у нас как в США анализ крови дойдет до 1000 долларов, а лечение перелома ноги будет обходиться в 20 тысяч долларов. И даже за вызов неотложки придется платить.

Быть может, настало время авторам нашей медицинской реформы снова отправиться в США и поучиться у них, как повернуть реформу вспять, а медицину лицом к народу, а не к рынку? 

Юрий Алексеев

Источник: www.stoletie.ru






войдите VkontakteYandex
символов осталось..


Комментарии 1

  1. Игорь Б. 31 января 2017, 23:16 # 0
    Оказывается не только в России, но и в Америке начинают наводить порядок. Здоровье людей должно охраняться государством.
    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.