Какой цвет у расизма?


Сегодня в США и Европе проблема пандемии явно отошла на второй, а то и на более дальний план. На первый вышел бунт чернокожего населения в США, который породил движение «Жизнь черных тоже имеет значение» (Black Lives Matter, сокр. BLM). Его многочисленные протесты уже несколько месяцев сотрясают устои «благословенной Америки». Граждане США впервые столкнулись со столь жестокой агрессией «бедных угнетённых», которые громят магазины, поджигают машины, избивают людей за белый цвет кожи и просто за то, что попали под руку. А в ответ белые становятся перед ними на колени, целуют им ботинки и горько рыдают якобы в пароксизме раскаяния за вину своих и чужих предков-работорговцев и национальную политику США.

Этот фарс в Америке многие политики и СМИ преподносят как «борьбу с расизмом». И почему-то никого не смущает то обстоятельство, что при этом одна раса опять унижает другую. Практически, таким образом, признается, что великий эксперимент по созданию одной страны для людей разных рас закончился провалом. В США попытка предоставить всем равные права трансформировалась в систему «обратной дискриминации» большинства меньшинством, где делами уже заправляют разного нетрадиционной ориентации «активисты». Теперь к ним добавляются ещё и темнокожие расисты, притом что соотношение белых и негров в США составляет примерно 72,4% к 12,6% (по данным на 2010 г.). Трудно сказать, как будут развиваться события, но похоже, что сейчас США находятся на пороге гражданской войны, но уже расовой. Америка впервые в истории своей независимости оказалась у столь опасной черты, которая проходит не по линии «Чёрного пояса», как прогнозировалось американскими же аналитиками ещё несколько десятилетий тому назад, а через каждый американский дом, улицу, город.

Вместе с тем появление BLM не могло стать для американских властей неожиданностью.

Ещё в 2016 г. ко­а­ли­ция негри­тян­ских ор­га­ни­за­ций «Дви­же­ние за жизни негров» (Movement for Black Lives) вы­дви­ну­ла аме­ри­кан­ско­му режиму ряд тре­бо­ва­ний, в числе которых было и «воз­ме­ще­ние ущерба за про­шлое и на­сто­я­щее».

Но если тогда требованиями черных дело и закончилось, то на днях произошло событие с далеко идущими последствиями. Активисты BLM потребовали от составителей словаря Merriam–Webster изменить формулировку термина «расизм». Надо сказать, что «Мерриам-Уэбстер» — это старейший словарь американского варианта английского языка, первое издание которого вышло ещё в 1806 г. Он, без преувеличения, является одной из скреп разноплемённого американского общества. В нем расизм определяется так: «Вера в то, что раса — это главный определяющий фактор человеческих черт и способностей и в то, что расовые различия порождают превосходство той или иной расы». Теперь формулировка — хотя нет, пожалуй, это уже формула, — звучит так: «Расизм – системное проявление ненависти, а не просто предубеждение». Как видим, принципиально изменились концептуальные подходы к определению расизма, так как «системное» означает последовательное и внутренне непротиворечивое проявление ненависти по расовому признаку. И если сегодня чернокожий заявляет, что только жизни черных имеют значение, то не следует ли понимать это так, что жизни остальных ничего не значат?

Вполне возможно. По мнению объективных экспертов, в США стадия осознания чернокожими себя как жертвы белых уже пройдена, стадия консенсуса насчёт требования долга с угнетателей — тоже, сейчас идёт аккумуляция настроений в духе: «Они нам за все ответят!». (Не с подобных ли «формул» начинался нацизм в Германии?) Этот, так сказать, расизм наоборот имеет вполне достойное обоснование и называется «негритюд». Как и прочие псевдофилософские расистские доктрины, эта — об исключительном превосходстве чёрной расы. А почему бы и нет, если Запад веками утверждал идею о превосходстве белых над всеми остальными народами?

При этом расизм одинаково отвратителен у людей с любым цветом кожи. Его не может оправдать ни роль бывшей жертвы, ни нынешнее угнетённое положение, и никакие прочие «смягчающие обстоятельства». Тем не менее идеи негритюда влились в сознание чернокожих масс и привели к убеждённости в «чувстве вины» белых. Естественно, волнения и массовые беспорядки в США не только перекинулись на многие другие страны, но и спровоцировали во всем мире вспышку неоднозначного внимания к расовому вопросу. Эта больная как для колониального Запада (прежде всего), так и для бывших его колоний проблема активно используется различными силами для достижения своих политических и даже коммерческих целей.

Давно следовало бы признать, причём на уровне ООН, что в современном мире белое население тоже испытывает социально-политические притеснения со стороны темнокожих, а то и вообще вытесняется из той страны, которую создавали их предки.

Так происходит, например, в Зимбабве, других странах тропической Африки, на Гаити. Но многие эксперты склонны сравнивать события в США с событиями в ЮАР, предрекая Америке южноафриканское будущее.

Именно в Южной Африке идеологию негритюда под названием «убунту» многие политики считают необходимой для Великого африканского возрождения, однозначной трактовки которому нет. На языке зулусов убунту обозначает разные смыслы: то «человечность по отношению к другим», то «веру во вселенские узы общности, связывающие все человечество». Но, переходя от теории к практике, южноафриканские борцы за свободу широко практиковали и практикуют, в том числе, и «казнь ожерельем». Пойманному ими белому на шею надевают автомобильную покрышку и поджигают. И когда подобные факты становятся известны широкой общественности, то почему-то вспоминается, как в 1976 г. мир, а особенно СССР, возмутился жестоким подавлением беспорядков в южноафриканском г. Соуэто. По официальным данным, там были убиты 23 чернокожих (по неофициальным, сотни). В советских школах мы дружно осуждали апартеид в ЮАР и призывали освободить заключённого в тюрьму белыми расистами Нельсона Манделу. В то же время африканские студенты, подражая американскому движению «Сила черных», сформировали собственное движение — «Самосознание черных». Несколько ранее АНК образовал боевое крыло «Копье нации», которое в течение 30 лет (1961 — 1991 гг.) вело вооружённую борьбу с режимом апартеида.

Политика апартеида разделила ЮАР (до 1961 г. Южно-Африканского Союза) на этнически неравноправные группы. Она осуществлялась правительством Национальной партии, находившейся у власти с 1948 г. по 1994 г. Её конечной целью ставилось создание «Южной Африки для белых», чернокожих предполагалось вовсе лишить южноафриканского гражданства.

Господствующее положение в государственном управлении и армии в то время занимали африканеры, потомки колонистов из Нидерландов, Франции, Германии и некоторых других стран континентальной Европы. Темнокожие южноафриканцы подвергались жёсткой дискриминации и эксплуатации. Существовало раздельное обучение для белых и небелых, раздельные церкви, работы, запрет на межрасовые браки, проживание африканцев в отдельных выделенных районах-территориях — бантустанах, в общем на одной территории существовало два разных государства, два параллельных мира, но где к тому времени уже три столетия довлел мир белых людей. Очень похоже на США, не правда ли?

История нынешней ЮАР началась 6 апреля 1652 г., когда Ян ван Рибек от имени Голландской Ост-Индской компании основал поселение у мыса Бурь (также мыс Доброй Надежды), — теперь это Капстад или Кейптаун. После голландцев здесь высадились бежавшие от учинённой католиками резни французские гугеноты, потом немецкие, португальские, итальянские переселенцы (сегодня они все — африканеры). До недавнего времени в современной ЮАР насчитывалось почти 4 млн потомков тех колонистов. По вероисповеданию они преимущественно протестанты, говорящие на африкаанс (смесь южного диалекта нидерландского, немецкого и французского языков). Буры (от boeren голландск. крестьяне) считаются субэтнической группой в составе африканеров, ведут консервативный уклад жизни, сложившийся ещё при первых переселенцах.

Вначале бурские поселения формировались на востоке Капской колонии, но потом агрессия англичан (в 1795 г.) вынудила вольных фермеров отправиться в «Великий трек» — вглубь материка. На освоенных территориях они создали Оранжевую республику, Трансвааль и колонию в Натале — три анклава «новой государственности». Счастье свободной жизни было недолгим: в 1867 г. на границе Оранжевой республики и захваченной англичанами Капской колонии было обнаружено крупнейшее в мире месторождение алмазов, найдено золото. Спор из-за богатств привёл к конфликтам, а потом и к войне с Британской империей, которая все своё могущество строила на ограблении угнетённых ею народов. Первую англо-бурскую войну (1880–1881 гг.) выиграли буры, но через пять лет (когда были открыты золотоносные месторождения ещё и в Трансваале) произошла вторая война, в которой англичане, выставив 500-тысячное войско против 45 тыс. бурских воинов, с редкой даже для той поры жестокостью добились победы — Оранжевую республику и «бурскую вольницу» утопили в крови.

К слову, после Второй англо-бурской войны (1899–1902 гг.), в которой на стороне буров против британцев воевали более 200 русских добровольцев, известный певец колониализма англичанин Редьярд Киплинг сказал: «Проблема русских в том, что они белые».

Сами русские, заметим, никогда даже не упоминают о цвете своей кожи. Этой проблемы в нашем национальном сознании не было и в те далёкие времена, и сейчас. В ЮАР русских, как и сто с лишним лет тому назад, называют «неместные», но — не белые. В США о наших журналистах черные протестанты говорят: «Вы не белые, вы — русские»! — и позволяют снимать свои акции.

…Тогда для подавления недовольных британцы создали ряд концлагерей, в том числе для детей. Немцы отнюдь не родоначальники этой системы уничтожения людей. Они просто скопировали идею у англичан. Но если смотреть исторической правде в глаза, то и буры не были «паиньками». Они сгоняли с обжитых мест чёрное население, судьба которого их мало интересовала. Как потом и их судьба англичан.

Подобно тому, как покоряли «дикий Запад» американские переселенцы. Впрочем, сегодня заниматься вопросами исторической справедливости — только бередить давние раны да провоцировать новые межнациональные конфликты. Думаю, в нынешних взрывоопасных условиях, в которых находится мир, надо воспринимать прошлое таким, каким оно было. Конечно, историю можно переписать, но переделать не получится.

… После четырехлётних переговоров буров с англичанами в 1910 г. был образован Южно-Африканский Союз, включавший в себя четыре британских колонии: Капскую колонию, колонию Наталь, Колонию Оранжевой реки и Колонию Трансвааль. ЮАС стал доминионом Британской империи и пребывал в этом статусе до 1961 г., когда вышел из Содружества наций и стал независимым государством (Южно-Африканская Республика). Причиной выхода послужило непринятие политики апартеида в других странах Содружества. (ЮАР восстановила своё членство в Содружестве в 1994 г.)

Естественно, небелое население, особенно африканцы, не могли быть довольны таким положением дел, являясь к тому же большинством населения, и всячески боролись против белого владычества. Кроме белых и африканцев существовали и так называемые «цветные» — потомки межрасовых браков, некоторые из них уже совершенно не были похожи на африканцев. Для «цветных» существовал «карандашный тест», заключавшийся в том, что карандаш вставляли в волосы, и если он не падал (африканский кудрявый волос, доставшийся от предков, удерживал карандаш), то человек не считался белым и занимал своё место в расовой иерархии страны. Гнёт жестокого правительства республики познали на себе все. Даже белое население выступало против диктатуры и тирании, установившейся в стране на долгие годы.

Демократические реформы, итогом которых стали первые в истории ЮАР свободные выборы, были начаты после прихода к власти в 1989 г. последнего белого президента этой страны Фредерика Виллема де Клерка. Победу по итогам голосования, состоявшегося в апреле 1994 г., одержал Африканский национальный конгресс (АНК), а его лидер Нельсон Мандела, который провёл 27 лет в тюремном заключении, стал первым всенародно избранным главой государства.

АНК утверждал в программных документах равенство всех граждан ЮАР, в том числе и по расовому признаку. Говорилось даже о создании «радужной нации», но реальность показала, что национальный дискурс в ЮАР неотделим от расового самосознания. Началась дискриминация белого населения, а то и просто уничтожение. Очень многие белые были вынуждены, спасая свою жизнь, уехать из страны, по некоторым данным, до одного миллиона человек, преимущественно в Австралию.

А кем заменить профессионалов, кем заменить врачей, преподавателей? Уровень жизни в стране сильно упал. Причём чёрное население потеряло даже больше, чем белое. «Новые известия» писали: «Крупные компании вынуждены приглашать специалистов из-за рубежа. Вся инфраструктура и цивилизация в этой стране была построена белыми людьми… Всё это за последние годы приходит в упадок. Фермеры не могут жить в дальних районах, не подвергая себя и свою семью смертельной опасности. С 1994 года в ЮАР от рук чернокожих погибли около 4000 белых фермеров».

Притом что в настоящее время апартеид официально приравнивается ООН к преступлениям против человечества, и сейчас это слово находится в Южно-Африканской республике под запретом, многие белые жалуются, что человеческая жизнь среди чёрного населения ценится очень мало. Даже жизнь своих соплеменников, не говоря о жизни белых. Отмечается неоправданная жестокость при нападениях и обыденность такого преступления, как изнасилование.

Всплеск насилия против белого населения в ЮАР случился в 2018 г., когда президент страны Сирил Рамафоса подписал программу об изъятии земель у белых фермеров без какой-либо компенсации. Сейчас власти пытаются как-то нормализовать ситуацию, но это им плохо удаётся. Уровень жизни продолжает падать. В стране 40% безработных.

Однако, по мнению научного сотрудника института Африки РАН Александры Архангельской, «страна развивается, справляется с огромными сложностями. Там демографический бум: за 10 лет — почти 10 миллионов прирост населения. Проблем очень много, критики очень много, но Африканский национальный конгресс у власти достаточно стабильно».

Надо также сказать, что в рамках сотрудничества государств БРИКС, куда ЮАР вступила в 2011 г., был задан новый импульс для укрепления партнёрских отношений между ЮАР и РФ, где основой являются постоянные контакты на протяжении более 100 лет. Ещё в 1898 г. были установлены дипломатические отношения между Российской империей и Республикой Трансвааль, а южноафриканской стороной назначен официальный представитель в ранге чрезвычайного посланника и полномочного министра при дворе российского императора. А во время Второй мировой войны СССР и Южно-Африканский Союз в борьбе с гитлеровской Германией находились на одной стороне. Война вызвала широкий отклик среди южноафриканцев. Добровольные организации за 1942 —1944 гг. собрали для советских граждан 700 тыс. фунтов стерлингов. Помимо денежных взносов оттуда отправляли в СССР продукты, медикаменты, вакцины, тёплую одежду, витамины, кровь для переливания и многое другое. Мы с благодарностью вспоминаем об этом. И хотя в 1942 г. Южно-Африканский Союз открыл советское генконсульство в столице государства Претории и торгово-экономическое представительство в г. Йоханнесбурге, с приходом к власти Национальной партии в 1948 г. работа диппредставительств постепенно сокращалась. В 1956 г. дипломатические отношения сошли на нет на фоне нарастания противоречий между США и СССР во время холодной войны. Официальные контакты между нашими странами прервались почти на 35 лет. Впервые в 2006 г. президент России Владимир Путин посетил ЮАР. Этот визит сыграл плодотворную роль в выстраивании диалога между нашими государствами. Примером ускорения отношений служит возвращение в Йоханнесбург российского торгового представительства, которое работает над расширением двусторонних экономических связей.

Новую волну агрессии в отношении белого населения спровоцировала в ЮАР акция Black Lives Matter в США. Но если в США протестующие разрушают памятники подозреваемым в расизме историческим деятелям, в Европе требуют возврата культурных ценностей, вывезенных из Африки, то в ЮАР вспомнили неофициальный гимн местного чернокожего населения — «Убей бура».

Лидер леворадикальной партии «Борцы за экономическую свободу» (EFF) Джулиус Малема отмечал, например: «Мы не ненавидим белых людей, мы просто любим чёрных людей». При этом уточнял, что его не заботят чувства белых. «Все белые люди, которые голосуют за ДA (партия «Демократический альянс»)... все вы можете отправляться в ад, нас это не волнует».

Опыт ЮАР наглядно демонстрирует, что эксперимент, начавшийся около 40 лет тому назад, провалился, и привёл к замене одной этнонационалистической диктатуры другой. Не о похожей ли судьбе для США с их «плавильным котлом» говорят сегодня в экспертных сообществах западных стран? Если да, то Америку ждёт апартеид «наоборот». 

Валерий Панов

Источник: www.stoletie.ru