Обычно говорят, что РФ уже не сможет создать производство своих микросхем и процессоров. А кто не глаголет сего публично, именно так про себя зачастую думает. Дескать, отстали навсегда и вечно теперь станем зависеть от ввоза микроэлектроники (или, по С. Лему, интеллектроники). Но в русской традиции принято сражаться даже в безнадёжном положении, побеждая наперекор всем обстоятельствам.
С точки зрения либералов-рыночников — это смерть
Напоминать о том, как уничтожили электронпром СССР после 1991 года, вряд ли стоит. На отечественной интеллектронике де-факто поставили крест. Всё свелось к банальному: дешевле купить импортные чипы, обменяв их на вывезенное сырье, прежде всего — углеводороды. Теперь это загнало РФ в опаснейшую ловушку. Едва в 2022‑м свалился железный занавес санкций, выяснилось, что нам продавать те же процессоры не хотят. А это опасно и для «оборонки». Ведь, несмотря на объявленное с 2007 года её невиданное возрождение, на деле чипы для неё закупались на Западе и на Тайване. У ныне враждебных стран. Холодным душем стал доклад Royal United Services Institute (RUSI, Королевского института объединённых служб, читай — разведки). В августе 2022‑го они представили развёрнутый анализ чипов и электронных устройств, обнаруженных в обломках и сбитых образцах нашего вооружения на Украине. Он шокирует: интеллектроника голландского, японского, тайваньского и даже американского производства обнаружилась и в крылатых ракетах «Калибр», Х-101 и Х-555, и в баллистических «Искандерах», и в наших беспилотниках «Орлан», и в истребителях. Моментально нащупав нашу ахиллесову пяту, Запад принялся перерезать окольные пути поставки микросхем в РФ.
Интеллектроника нынче незаменима и для победы в войне (оружие теперь — «умное»), и для общего развития страны. Чипы требуются везде, в любой сложной технике. Теперь и агромашины оснащены чипами: иначе трактор не сможет «общаться» с навесными орудиями, иначе он и комбайны не в силах работать в схеме высокоточного земледелия, будучи интегрированными в компьютерные системы общего управления. Доильные роботы в коровниках — тоже чипы. А иначе у нас просто рабочих рук не хватит, лишь роботика позволяет обойтись десятком людей на фермах, где в СССР работала сотня душ.
С точки зрения классической рыночно-капиталистической теории русским по сей части — крышка. Чтобы производить свои процессоры, нужны огромные вложения. Своё электронное машиностроение убито в 90‑е, а чтобы закупить оборудование глобального монополиста по части электронмаша, голландской компании ASML, нужны затраты на уровне 17–25 млрд долларов на одну фабрику. Даже если РФ и удастся каким‑то образом приобрести оное оборудование (а оно уже — под суровым запретом для нас), то отрасль падёт жертвой узости внутреннего рынка. У нас‑то он — не более полутора сотен миллионов душ, если считать с Белой Русью. А у южнокорейских, американских, тайваньских производителей чипов рынок — весь мир. То есть затраты на строительство завода у нас будут одинаковыми с «Самсунгом», а вот сбыт — в сотни раз меньше, отчего не получится экономии на масштабах производства, — и потому наши чипы окажутся «золотыми» по себестоимости, дороже импортных раз в десять минимум. Китай здесь в гораздо лучшем положении: его внутренний рынок — почти полтора миллиарда душ и статус «мастерской планеты», он может позволить себе «суверенные процессоры», даже если их нигде больше покупать не станут. И Соединённые Штаты с их 300‑миллионным населением тоже у нас выигрывают.
Давайте для сравнения: южнокорейская компания Samsung в 2021‑м запланировала строительство в США (Остин, Техас) сверхсовременной фабрики по производству микросхем с нормой в три нанометра. С применением фотолитографии на глубоком ультрафиолете. Стоимость — 17 миллиардов долларов. Благо правительство Соединённых Штатов проводит политику привлечения на свою территорию высокотехнологичных индустрий ради противостояния растущей силе Китая. Заработать завод должен в 2025‑м. Но это ещё не всё!
Как сообщило 24.03.2024 г. ТАСС, $ 8,5 млрд поступят в виде прямого финансирования, ещё $ 11 млрд — в рамках кредитной линии на развитие производства полупроводников и других высокотехнологичных комплектующих.
Средства направляются на сооружение и расширение предприятий Intel в штатах Аризона, Нью-Мексико, Огайо и Орегон. Реализация проектов позволит создать около 30 тыс. рабочих мест и поддержит ещё десятки тысяч на смежных предприятиях. Предполагается, что общий объём инвестиций в сфере микроэлектроники превысит $ 240 млрд. Это приблизит реализацию планов США производить 20% новейших чипов в мире к 2030 году.
Поскольку наша власть иной логики, кроме либерально-глобалистской (ультракапиталистической), не признаёт, она и не пыталась возрождать русскую микроэлектронику полного цикла. Все свелось к разработке отечественных процессоров («Эльбрус», «Байкал») и к размещению заказов на их выпуск на Тайване (на фирме TSMC). Но как только грянула война на Украине, тайваньцы мигом прекратили сотрудничество. С огромным удовольствием: ведь перед СВО, на встрече с Си Цзинпином на Пекинской олимпиаде, президент РФ признал остров частью КНР. В общем, капкан для нас по части интеллектроники захлопнулся.
Но совсем ли?
Факелы надежды нашей — и упущенный шанс
Существует ли выход из западни в принципе? Да! Думал об этом ещё до начала украинской кампании.
Итак, у нас есть козыри. Прежде всего, это чудом сохранившиеся русские конструкторские школы в интеллектронике. Лишившись своей производственной базы, мы сохранили команды разработчиков, создающих те же процессоры со своей, не заимствованной у Запада архитектурой. Это создатели и «Байкалов», и процессоров «Эльбрус» (линия начата ещё в СССР), и команда Бориса Зырянова (Екатеринбург) с его синпьютерными процессорами типа «Мультиклет». Мои надежды связаны по большей части именно с двумя последними конструкторскими школами. То есть если мы решим проблему их собственного производства, то можем не только внутренний рынок обеспечить, но и выйти вовне. С альтернативой процессорам Intel и AMD.
Второе: у нас в стране разрабатывается альтернативный голландскому технологический процесс производства чипов. Безмасочный. Без крайне дорогих фотошаблонов для печати микросхем. Если удастся его развить и довести до стадии готового оборудования, то это станет прорывом глобального значения. Но о том — позже.
Возмутительно то, как власть упустила великолепнейший шанс накануне и 2014‑го, и 2022 годов. Элементарнейшая логика говорила: если у тебя имеются три конструкторских школы интеллектроники, построй им один крупный завод для того, чтобы они могли производить свои «камни» хоть в Зеленограде, хоть в Екатеринбурге. Закупи голландское оборудование, пока можно. Тем паче что разговоры о неизбежной Большой войне (и подготовке к ней) звучали в кулуарах высшей власти с 2012–2013 гг. Мне сиё доподлинно известно. Но сего не сделали!
РФ, где проблемы с отечественной электроникой на моей памяти обсуждались на заседаниях правительства с 1994‑го, к 2014 году выбросила на организацию сочинской Олимпиады полтора триллиона рублей. В пересчёте по тогдашнему курсу — 50 миллиардов долларов. При том что Игры эти оказались бессмысленными: они не улучшили образ страны в глазах Запада. Нас всё равно объявили частью «оси зла», ввели против РФ санкции, отобрали изрядную долю золотых медалей под предлогом использования допинга (13 из 33 медалей в 2018‑м). Плюс к сему содержание дорогущих спортивных объектов повисло гирями на шее нашей экономики. Уж лучше бы на мобилизационной основе построили передовую фабрику по выпуску отечественных процессоров типа «Байкал» или «Эльбрус»! Да ещё на субсидирование производства (по причине малых размеров внутреннего рынка) хватило бы.
А если посчитать со всеми прочими «имиджевыми мегапроектами», включая сюда универсиаду в Казани, слёт АТЭС во Владивостоке, чемпионат мира по футболу 2018 года? Вечную перекладку плитки и бордюров в Москве и все её архидорогие зрелища для плебса? Все эти небоскрёбы «Газпрома» и его прочие непрофильные траты? (Не учитывая в данном случае все отпилы и откаты в стране, в пасти коих исчезали и исчезают триллионы рублей, смотри на дело Тимура Иванова.) Если считать всё, выйдет все сто с половиной миллиардов долларов в эквиваленте. Я уже не говорю о трёх сотнях миллиардов долларов из тех валютных резервов ЦБ, что были совершенно сверхнормативными и в итоге попали в лапы США и ЕС, врагов наших.
Опять сравним: в августе 2022 года президент США Джо Байден подписал законопроект о предоставлении субсидий в 52,7 млрд долларов для производства полупроводников и исследования в этой отрасли. Это при том, что экономика Америки (если убрать все приписки) в 10 раз больше российской. Вместо того чтобы профинансировать создание в РФ полноценных фабрик для производства своих процессоров, наша власть предпочла затраты на спортивные затеи. Но разве футбольные стадионы теперь дадут нам чипы для оружия, авиации, станков, автомобилей, агромашин, приборов, медтехники, систем связи? Кстати, Китай свои процессоры «Лунсинь» с 2022 года запретил поставлять в РФ…
«Драконово ядро» Китая
А вот китайцы времени зря не теряли. С 2000 года они разрабатывают свои процессоры типа Loongson — «Лунсинь», «Драконово ядро». Работы начались в системе Академии наук КНР, в Институте компьютерных технологий. При участии большого бизнеса — Jiangsu Zhongyi Group. Делалось сиё ради того, чтоб создать альтернативу изделиям от Intel и AMD, главный конструктор — профессор Ху Вэйу (Weiwu Hu) из Института компьютерных технологий. Естественно, при щедрых субсидиях государства. (Если китайцы вовсю задействовали свою Академию наук для завоевания техносуверенитета, то в РФ «реформа» РАН с 2013 года фактически её превратила в клуб престарелых учёных.)
Китайцы упорно шли к своей цели. Применяли «цап-царап», «творческое» копирование. Теперь у них есть полностью свой процессор. И что мы увидели уже в 2021‑м? «Кроме инвестирования средств в инфраструктуру китайское государство немало тратит и на покупку «мозгов» — на поиск и привлечение талантливых специалистов. Скажем, за квалифицированными инженерами охотятся две китайские компании: Quanxin Integrated Circuit Manufacturing (QXIC) и Wuhan Hongxin Semiconductor Manufacturing Co (HSMC). Им уже удалось переманить больше сотни сотрудников из тайваньской TSMC, предложив тем зарплату в два раза выше.
А РФ покупала зарубежных футболистов и тратила тьму денег на «эффективных манагеров».
Что нам теперь делать? Ведь время для беспрепятственной закупки оборудования для печати микросхем у нидерландской ASML оказалось упущенным.
Высоты «Эльбруса»
А теперь — подробнее о наших самых больших надеждах. О процессорах линии «Эльбрус», история создания и развития коих происходит из СССР. Обладающие своей архитектурой, они первоначально разрабатывались в 1973–1978 гг. в Институте точной механики и вычислительной техники (ИТМиВТ). Руководителем работ выступал Всеволод Бурцев (1927–2005). Одним из его заместителей стал продолжатель дела уже в РФ Борис Бабаян.
Были созданы отечественные суперкомпьютеры («Эльбрус-2» в 1985‑м), которые до недавнего времени стояли в системе противоракетной обороны Москвы, пережив Советский Союз на четверть века. К концу 80‑х вышли на рубеж создания ещё более совершенных «Эльбрусов-3», но страна развалилась, и в 1992 году серийное производство их прервалось. Тем не менее конструкторская школа смогла уцелеть и превратиться в компанию МЦСТ. Ядро её составили разработчики того самого «Эльбруса-3».
К 2014 году МЦСТ создала свои процессоры с архитектурой, резко отличной от архитектуры «камней» мировых монополистов, «Интела» и AMD. Исключались всякие внешние «закладки» и каналы утечек. Спустя два года, в 2015‑м, был представлен по‑настоящему революционный «Эльбрус 8С», выполненный на сей раз по 28‑нанометровому технологическому процессу, а также обладающий восемью вычислительными ядрами, работающими на частоте 1,3 Ггц. Благодаря оригинальной архитектуре процессор обрёл вычислительную мощность 250 Ги
гафлопс. Но работа продолжалась и дальше («Эльбрус 16‑С» будет построен по 16 нм техпроцессу). Наши процессоры нашли применение в военной сфере, госбезопасности и управлении государством. Однако серии оных были очень малы — и заказывать их приходилось на Тайване.
В чём уникальность «Эльбрусов»? Дадим слово директору по развитию МЦСТ Константину Трушкину (апрель 2023 г.). Рассказывая о характерных чертах процессоров «Эльбрус» и суперкомпьютера конца 1980‑х, он заметил:
«…В неё (машину. — Ред.) была внедрена … технология безопасных вычислений, тогда это просто называлось “тэговая защита”, но суть её такая: машина сама контролировала, насколько вы соблюдаете логические правила программирования. Когда вы программируете, вы всегда как‑то распределяете память для программы в общем адресном пространстве приложения, и очень частая ошибка, когда вы, распределив память, например, выделив 10 байт под слово какое‑то, вы в это место впишете в каком‑то месте программы больше, не 10 байт, а, скажем, 20 символов. Что при этом происходит? Вы разрушаете объекты, которые расположены рядом с этим местом в памяти компьютера. И обычный компьютер, как и сегодня Х86, ARM, они этого не замечают, то есть процессор это просто пропускает, он не знает про логику программы, и это приводит к тому, что либо сразу, либо потом возникает отложенная ошибка, то есть программа в какой‑то момент падает или ведёт себя неправильно просто потому, что её внутренняя структура нарушена. И вот МВК “Эльбрус-2” и “Эльбрус-1” имели технологию, которая это ловила на аппаратном уровне, то есть скорость отладки, по свидетельству главного конструктора системы противоракетной обороны Москвы Бурцева, возросла в 25 раз по сравнению с аналогами. И можете себе представить, насколько это было важно для того, чтобы в принципе всю эту систему сдать в боевую эксплуатацию, это же тоже, может быть, миллион строк кода во всей этой системе…»
Итак, эти процессоры обладают отличной защитой от программиста-дурака. К сожалению, производство «Эльбрусов» на тайваньских мощностях прервалось в 2022‑м, и, например, серверы системы электронных платежей «Газпромбанка» пришлось делать на оставшихся запасах. Увы, с помощью TSMC удалось сделать всего около 10 тысяч микросхем. Ничтожно мало по сравнению с миллиардами микросхем, ежегодно выпускающимися крупными иностранными корпорациями. Сегодня ведутся переговоры о переносе производства «Эльбрусов» в КНР. Но, считаю, их нужно производить у себя. Тем более что эффективность наших разработчиков потрясает: получая финансирование, уступающее финансированию НИОКР в корпорации «Самсунг» в тысячи раз, они смогли добиться впечатляющих результатов.
«Мультиклет» команды Зырянова-Стрельцова
Второй национальной надеждой считаю команду Бориса Зырянова и Николая Стрельцова (Екатеринбург), с 2001 года разрабатывающую процессор «Мультиклет» в одноимённом акционерном обществе. Это — «камень», не относящийся к классической архитектуре фон Неймана. Первоначально она называлась синпьютерной. Свой первый четырёхклеточный процессор «Мультиклет R1» с динамической реконфигурацией клеток компания показала еще в 2014‑м. К сожалению, опять‑таки произведённый по заказу за рубежом.
Многоклеточный процессор надёжен, очень энергоэкономичен, устойчив к хакерскому взлому. Он может легко распараллеливать вычисления. Каждая клетка в его архитектуре — независимое арифметико-логическое устройство, объединённое коммутационной средой. Если одна клетка выходит из строя, то процессор сохранит свою функциональность, хотя и станет медленнее работать. Для любого другого процессора выход из строя становится фатальным. Многоклеточность резко увеличивает производительность микросхемы по сравнению с фоннеймановской схемой.
Б. Зырянов много лет кряду выступал за строительство завода по производству микросхем-мультиклетов в Свердловской области. В апреле 2024‑го компания запросила у правительства РФ 20 миллиардов рублей на строительство предприятия.
— Это будет очень мощный процессор, он сможет удовлетворять потребности практически всех промышленных предприятий. И по мощности, и по энергопотреблению, — заявил тогда Борис Анатольевич. По его словам, серый импорт «камней» в РФ через пару лет будет перекрыт, а потому нужно к сему моменту обладать своим производством. Для этого государству придётся пойти на значительные дотации производителю, дабы избежать чрезмерной дороговизны изделий.
— Сейчас у страны не должно быть вопросов по стоимости. Если хотите дешевле — это у американцев. У нас в стране таких производств ещё нет. Или своё, или дешевле, — считает он. — Мы в полной готовности начать серийное производство, проблема — заказчик. У государства есть явно выраженная потребность в развитии собственной микроэлектроники, но существующие производственные мощности перегружены. Поэтому сейчас будут строиться новые производства, и Свердловская область — лучшее место для них. Здесь есть и кадровый, и научный, и промышленный потенциал. Поэтому мы заручились поддержкой на уровне свердловского правительства, направлено обращение в Минпромторг РФ, чтобы они посодействовали в этом вопросе. Частными силами производство микропроцессоров не создать, речь идёт о порядке 20 млрд рублей. И конечно нужен гарантированный сбыт продукции…
По понятным причинам умолчим о том, как «Мультиклет» предлагает обойти эмбарго на поставку оборудования для серийного производства. К сожалению, на момент написания статьи решения правительства по инициативе екатеринбуржцев не принято. И пока как «Мультиклет», так и МЦСТ остаются этакими «головами профессора Доуэля», лишёнными индустриального «тела», боюсь, производство микросхем для пещерной постсоветской бюрократии — область туманная и непонятная. Нефть и газ им куда как ближе и доступнее. Как и псевдоимперские проекты типа футбольного ЧМ-2018. (Помните ли вы, что в тот год медиа сокрушались по поводу того, что у нас — подумать только! — не хватает «академий футбола». А о нашей опасной отсталости в ключевой технологии производства чипов никто и не вспоминал.) Однако решение принимать придётся. Потому что и КНР своими процессорами выручать нас не собирается.
Каким же образом нужно действовать?
Остаётся решить тяжёлую проблему: невозможность пользоваться оборудованием из Нидерландов (ASML) для оснащения своего электронпрома. Выход в развитии совершенно нового электронного машиностроения. На безмасочных технологиях.
«Безмасочный» прорыв
В стране 13 лет идут работы по созданию своей технологии производства чипов, без использования дорогих шаблонов-масок. Этого действительно нет ещё нигде на свете.
Итак, наши подсчитали, что стоимость всего одного голландского фотолитографа (а их на фабрике — десятки) — более трёхсот миллионов долларов. Для них требуется делать маски под ультрафиолетовую печать того или иного процессора. Маски изнашиваются, их менять нужно, а стоят они по 3,7–4,7 млн «гринбаков» каждая.
В Московском институте электронной техники (МИЭТ) создали концепцию рентген-литографа, где маски-шаблоны как отдельная деталь не требуются. Рисунок микросхемы, будучи цифровым, проецируется на крохотный экран микрооптической системы (МОЭМС). Так можно производить вполне современные чипы с разрешением в 10 нанометров. Работы в МИЭТе идут с 2010‑го.
Государство раскошелилось на «фантастические» 670 миллионов рублей (примерно в половину личного особняка замминистра обороны Т. Иванова в Москве) на то, чтобы институт создал технологию и первый образец безмасочного литографа. Но даже на эти жалкие (с точки зрения всего одного «Самсунга») гроши нашим энтузиастам удалось создать кооперацию из зеленоградской компании «ЭСТО», ТНК «Зеленоград», НИЦ «Курчатовский институт», филиала Института прикладной физики РАН в Нижнем Новгороде, Института спектроскопии РАН в Троицке и Института ядерной физики (Новосибирск).
Безмасочные литографы, будучи в несколько раз дешевле голландских ультрафиолетовых (с длиной волны 193 нм, глубокий UV, стоили в 2021 г. по 10–13 млрд рублей штука), по скорости работы в разы превзойдут голландские.
Единственное наше спасение — довести эту работу до конца сейчас. Иначе мы рухнем без своей микроэлектроники! Но как осуществить возможный проект «Русская интеллектроника»?
В условиях «военного социализма»
Ещё до февраля 2022‑го автор сих строк считал: микроэлектронику в РФ нужно выпускать не на капиталистическо-рыночной основе, а фактически на военно-социалистической. Тем более что и капиталистические страны с такой практикой знакомы. Разве, осуществляя атомный Манхэттенский проект с 1941‑го, власти США думали о прибыли и окупаемости? Нет, просто надо было иметь ядерное оружие и всё для его производства. На вполне плановой основе. Точно так же немцы в те же годы строили и запускали заводы по производству синтетического бензина из угля, которые с чисто рыночной точки зрения были убыточными. Просто топливо для армии нужно было иметь! На тех же принципах «военного социализма» янки и британцы ради победы над Германией и Японией делали электронику (ещё ламповую) и радары.
Принципиальное решение таково: в РФ строится своя промышленная база для выпуска своих чипов, тех же процессоров «Эльбрус», «Байкал» и «Мультиклет». Да, с огромными затратами. Но государство платит дотации на каждую партию микросхем, купленную русскими потребителями (промышленностью). Чтобы они по цене для потребителя были на уровне недоступных импортных. То есть работа идёт (с капиталистической точки зрения) в убыток (для самой фабрики чипов). Но с социалистической точки зрения такие субсидии за счёт того, что развиваются другие отрасли индустрии, страна получает громадные прибыли и развивается, обретая множество рабочих мест. Поступления в бюджет от развития приборо-, станко-, авиа-, авто-, судо-, агромашиностроения. От производства бытовой и медицинской техники, систем связи. Получая экономию на импорте и возможность предложить странам-союзникам новые высокотехнологичные товары. Частная инициатива в такой многоукладной экономике отлично совмещается с плановым социалистическим началом. При этом государство строго следит за качеством выпускаемой интеллектроники и за расходованием доходов, получаемых производителем, пресекая раздувание их себестоимости.
Государство же берёт на себя дело максимального развития машиностроения и хай-тека в РФ, дабы создать наибольший спрос на отечественные микросхемы. (Для чего на полную мощь развивается кооперация с индустрией Белоруссии.) И оно же всеми способами поддерживает экспорт машиностроительной и наукоёмкой продукции в страны Глобального Юга и в бывшие республики СССР. Считаю это единственно возможным выходом из смертельно опасной ловушки. Ибо и после победы на Украине санкции ждут нас на десятилетия вперёд!
Стратегия сжатия и разжатия пружины
Убеждён, что русские в своей микроэлектронике в силах применить стратегию «распрямления сжатой пружины». Итак, мы не можем рассчитывать на то, что кто‑то извне профинансирует производство новаторских процессоров в РФ. Те же китайцы изначально станут выкручивать нам руки, чтобы полностью заполучить технологию и серийное производство в свои руки. Но если по‑социалистически, мобилизационно развернуть производство своих «камней» в стране (стадия «сжатия пружины»), то все увидят их преимущества и достоинства. Это сродни оружейному экспорту: если в твоих собственных Вооружённых силах есть успешные образцы, то их начнут заказывать и другие страны. А если нет — не будет и покупок. Вспомним, какой бешеный успех на внешних рынках имели образцы техники, которые сами страны-родительницы вовсю использовали: транспортные самолёты DC-3 и грузовики «Студебекер» (США), самолёты «Мираж» (Франция), тракторы «Беларусь» (СССР). И помяните печальный опыт РФ 90‑х, когда советские ещё конструкторы пытались предложить странам Запада и Востока прорывные проекты, которые у нас дома оставались в чертежах из‑за дикой нехватки средств. Ах, у вас самих этого нет? И вы хотите, чтобы мы раскошелились, а вы всё сами сделаете? Нет уж! От нас отворачивалась тогда даже Индия. Создатель челнока «Буран» Глеб Лозино-Лозинский, пробуя заинтересовать Евросоюз проектом воздушного запуска (не нужны космодромы!) перспективного космического корабля «Гермес», бился как об стену. Помните, как бесславно погиб в 1995‑м проект совместного с Америкой производства лайнера Ил-96-300? У РФ не было денег на кредитование его производства, а янки, промурыжив Москву обещаниями с 1990 года, прямо отказались финансировать конкурента американского авиастроения. Ныне покойный главный конструктор Ила Генрих Новожилов писал в мемуарах, о чём ему говорил первый главный консультант Ил96–300 Эл Швиммер, почитавшийся отцом авиапромышленности Израиля: «Если мы хотим продавать свой самолёт на международном рынке, то, прежде всего, необходимо начать его эксплуатацию у себя дома».
Если же наши процессоры, произведённые по мобсхеме, найдут спрос за рубежом, сжатая пружина развернётся, открыв нам огромные внешние рынки. Нам и с Китаем станет легче вести переговоры о совместном электронном производстве, так сказать, — с позиции силы. Да и аналогичные негоциации с такими возможными партнёрами по индустриальной кооперации, как Малайзия, Индонезия, ОАЭ, а то и Индия, Иран. Готовые и действующие «камни» — аргумент более чем весомый.
Осуществление условного проекта «Русская интеллектроника», думаю, надо вести по образцу так и не достроенного до гибели СССР УЦМ — Ульяновского центра микроэлектроники. Когда проектировалось скрещение не только научно-конструкторских структур с производством, но и с вузами, со строительством благоустроенного «города будущего». На базе таких очагов новой Русской цивилизации можно и нужно создавать поисковые и опытные структуры, способные обнаружить и развить те смелые новации и тех гениев микроэлектроники, что пока выпали из поля зрения государства. И они же могут привлечь к делу тех иностранных конструкторов и учёных, что не смогли осуществить свои проекты у себя дома. Вне всякого сомнения, к кооперации привлекаются электронные предприятия Белой Руси. Ну а все нынешние структуры, что должны были имитировать научно-технические прорывы (Агентство стратегических инициатив, Научнотехническая инициатива, Сколково, «Роснано»), — идут далеко и навсегда. Ибо научно-техническим развитием Руси должны управлять учёные, конструкторы и инженеры, а не «менеджерат» с сомнительными качествами. Новая «опричнина» НТР, подлинные властители высшей техники.
Тем самым мы решаем и важную цивилизационную задачу: создаём настоящие кузницы подлинной творческой элиты общества. Яро враждебной сырьевикам, коррупционерам, ростовщикамбанкирам и косным бюрократам. Создавая племя сверхновых русских, повелителей науки и техники, предотвращая превращение нашей молодёжи в сонмище «цифровых слабоумных». Таковое возможно лишь в ходе реального общего дела: создания технологического суверенитета Отечества, а не в рамках неких политшкол или валдайских лагерей. (Они пусты без наукоёмкой индустриализации.) И если Пётр Великий, строя флот России, заодно дал начало новому для Руси городу — Петербургу, то и мы вокруг центров создания нашей микроэлектроники возведём футурополисы — усадебные города-сады с домами на одну семью. Альтернативу бесплодным железобетонным «человейникам» и мощные центры притяжения всяческих прорывных инноваций.
Вообразите себе, как возникают (на средства и ресурсы не только бюджета и частных инвесторов, но и на то, что отобрано у сановного ворья вроде роскошествующего паразита Т. Иванова или «полковников-захарченок») будущеграды. В центре — административные, деловые здания, вузы и НИИ. А вокруг них, кольцами, кои перемежаются зелеными лесами, — посёлки коттеджного типа и зоны чистых производств. Энергоснабжение — от мини-атомных станций или от природных выходов водорода на поверхность. При этом помимо электронной индустрии здесь возникают предприятия, где применяются микросхемы — хоть по выпуску беспилотников, хоть медицинской техники, хоть лёгкой авиации. Тут же — биотех, производство целебной пищи, «умные» агробиокомлексы, фармацевтика. Процветающая сфера торговли и услуг, школы будущего и центры всестороннего развития личностей. И — никакого засилия мигрантов, самоуправление, чистота, достаток. И много детей. И трассы аэроэстакадных экранопланов, связующие такие города-сады. Неким прообразом коих может служить биотехнонаукоград Кольцово под Новосибирском.
Мы и так потеряли как минимум полтора десятка лет в возрождении русской электронной отрасли. У нас нет машины времени, дабы вернуться в 2000-й год и предотвратить чудовищно бессмысленные и расточительные затраты, направив ресурсы туда, куда нужно и важно. Тем важнее не терять временя и не ошибаться ныне, в ходе тяжёлой войны и санкционной осады. Ибо без своих микросхем победить так же невозможно, как, скажем, одолеть вермахт, не обладая авиацией или своим двигателестроением. Без интеллектроники мы обречены на роль нищего сырьевого прислужника при богатом промышленном Китае, даже если Киев капитулирует. Потому власти необходимо действовать. Часы истории беспощадно тикают…
Автор: Максим Калашников
