Леонид Калашников: «Приехали, покатались и… прокатили АвтоВАЗ»



Для чего Медведев и Дворкович были на автозаводе?

Первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, секретарь ЦК КПРФ по международным и экономическим связям Леонид Калашников о тех, кто заинтересован в ликвидации российского автопрома, чем грозит «отверточный» тип производства, о том, как Андерсен рассказывал «сказки-обманки»Путину, метаморфозах международных отношений и ЦРУшниках, работавших у Чубайса.

 

Василий Колташов: Гость «Открытой студии» — Леонид Калашников, первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, секретарь ЦК КПРФ по международным и экономическим связям.

Леонид Иванович, вы только что вернулись из Тольятти, где остро стоит вопрос о судьбе градообразующего АвтоВАЗа. Что там происходит? Ведь в правительстве говорят об очередном (каким по счету?) антикризисном плане, в который заложены средства и на развитие отечественного автопрома?

Леонид Калашников: К сожалению, с Тольяттинским автозаводом происходит ровно то же самое, что и со всем машиностроением в нашей Российской большой Федерации. В этом смысле Тольятти не исключение, а, скорее, как лакмусовая бумажка отражает все бездействие нашего правительства. Особое значение для нынешнего машиностроения и для так называемого импортозамещения имеет автомобилестроение. Это — локомотив, способный развить всю цепочку экономики страны. На ВАЗе, как было в 90-е годы, идет уничтожение российской промышленности, в том числе и руками иностранных владельцев, которые иногда напрямую, как вот у Чубайса работали ЦРУшники и скупали нашу военную промышленность, иногда через скупку, через наши предприятия, а потом их закрывали. Например, «Химию» так закрывали в Подмосковье, в Воскресенске.

Это делается для того, чтобы ликвидировать, выкинуть с рынка мирового конкурента. Сегодня это происходит в Тольятти. На ВАЗе появился иностранный владелец, почти 75% принадлежит иностранцу под названием «Renault-Nissan». Это крупная корпорация, у которой очень много заводов по всему миру, и, естественно, она проводит свою политику экономической оптимизации для себя. Оптимизация означает превратить Тольятти в отверточный, сборочный цех.

Представьте, на предприятии, где некогда работало 120 тысяч человек, производилось 700−800 тысяч автомобилей в год, сейчас едва производится 237, а число работников сократилось до 52 тысяч! Только за последний месяц было закрыто опытно-промышленное предприятие, где собираются опытные партии автомобилей, где работало 3000 человек. Это одно из последних предприятий, которое автозавод построил на государственные деньги в 90-е годы. Многие сейчас не помнят, тогда Горбачев решил сделать лучший автомобиль в мире, и правительство выделило огромные деньги и построило научно-технический центр АвтоВАЗа. В его составе было опытно-промышленное производство, так вот, оно сейчас закрыто. Закрыт Волжский машиностроительный завод, который входит в АвтоВАЗ. Это огромное производство разных высокоточных машиностроительных изделий, которые очень востребованы. Там шикарные станки, позволявшие выполнять заказы для Минобороны, МЧС. Ныне половина станков вывезена, вторая — стоит под открытым небом. Коллектив научно-технического центра почти весь сокращен.

Ни Дворкович, ни Медведев не знают, что такое Волжский автозавод. Вот приехал Медведев, покатали его на «Lada XRAY», Путин покатался на «Весте»… И что?

По такому же сценарию действовали, когда шло банкротство АвтоВАЗагрегата, производившего комплектующие изделия. Как говорится, под сурдинку иностранцы просто ликвидируют своего конкурента. Еще два года назад в Тольятти выпускалось почти 40% всей продукции дешевого легкового автомобилестроения. Теперь компания «Renault» решила там клепать и собирать свои машины. Так, как их собирают в Питере, в Калуге. Но это будет уже не отечественное автомобилестроение, а сборка. Следовательно, 80−90% денежек пойдут не нашим рабочим и инженерам, а за рубеж. Но парадокс в том, что иностранные государства, объявившие нам санкции, владеют заводами на территории России, и — пользуются помощью моего государства, моих налогоплательщиков, чтобы оплачивать своим рабочим их работу там, за бугром!

В.К.: Но недавно на АвтоВАЗ приезжали Аркадий Дворкович и Дмитрий Медведев. Неужели их поездка не привела к решению проблемы?

Л.К.: Самая простая проблема — это выделение денег из бюджета, т.е. из наших карманов, иностранцам. Но даже она не решена. 50 миллиардов выделено на все автомобилестроение, сколько-то получит Волжский автозавод. Но задача была другая. На «правительственном часе» я спрашивал у Дворковича: «Вы понимаете, что такое локализация? Что такое производить свою продукцию?». «Понимаю», - говорит он. В советское время она доходила на ВАЗе до 95%. А сейчас, якобы, 65−70%. Бу Инге Андерсен, президент ОАО «АвтоВАЗ», у него даже фамилия такая сказочная, рассказывал это перед всей страной Путину, когда в Сочи представляли ему «Весту». Но после этого, заглянув в официальные сайты АвтоВАЗа, мы увидели, что уровень локализации не 70%, а с учетом скрытой локализации едва-едва дотягивает до 45%. Что это значит? Грубо говоря, пришли из Турции и Румынии запчасти для тросика спидометра, например. И он собирается в Тольятти и становится российским, но он-то не российский! Т.е. это сборка того же самого автомобиля, только на менее низком уровне.

В.К.: А закрытие этих предприятий в рамках АвтоВАЗа понизит локализацию еще больше?

Л.К.: Конечно, понизит. Еще недавно правительство, опять же, из наших с вами средств просубсидировало создание в Тольятти так называемой свободной экономической зоны. Она уже есть, государство должно построить инфраструктуру: электричество, дороги, водоснабжение, и представить это для инвестора. А инвестор открывает там предприятия, которые должны заполнить ниши и поставлять комплектующие на Волжский автозавод. И многие так и сделали, подали заявки, построилось около 17 крупных иностранных предприятий. И в это время Андерсен берет и переводит автомобиль «Веста» (там всего сейчас два новых автомобиля — «Lada Vesta» и «Lada XRAY») в Ижевск. А ведь все — станки, и инструменты — создавалось и было поставлено для Тольятти, чтобы здесь производить. Для любого автомобилестроителя это полная катастрофа, потому что нет ни практики, ни теории. Это обошлось в 10 миллиардов рублей. Свободная экономическая зона, те же опытно-промышленные предприятия оказались не у дел.

Деньги не решат проблему: разворуют в очередной раз. Надо жестко национализировать это предприятие: это не только мое «коммунистическое предложение», а так делали капиталисты в Америке и Германии. Они оказывали помощь своему автомобилестроению, но в обмен требовали: акции — государству

Ни Дворкович, ни Медведев не знают, что такое Волжский автозавод. Вот приехал Медведев, покатали его на «Lada XRAY», Путин покатался на «Весте»… И что? Надеюсь, они знают об этих проблемах: я им писал. Я писал и министру труда Топилину, руководителю госкорпорации «Ростехнологии» Чемезову, который является владельцем более 25%. Естественно, эти записки должны доходить как-то до правительства. Так вот я бы хотел, чтобы Медведев, Дворкович, до них были Козак, Мантуров, приезжали не покататься на «XRAY», а для решения проблем. Задумывались: каковы в реальности уровень локализации, почему он такой, каковы финансовые возможности для инвестицийи т. д. А если он не понимает, не интересуется, почему за две недели до его приезда закрыли огромные предприятия, которые рушат автопромрынок страны, значит, он либо не информирован, либо некомпетентен, либо не хочет ни во что вникать.

В.К.: Сколько человек уволено с АвтоВАЗа за последние полтора года?

Л.К.: Я скажу за последние два года: примерно по их же показателям — около 20 тысяч человек. 15 — точно, там есть еще скрытые увольнения, когда человека вынуждают уйти. Сейчас Волжский автозавод переведен на четырехдневную рабочую неделю. Это значит, 2 дня работаешь, зарплата та же самая, но премий уже не будет, и человека вынуждают уходить с завода, искать новую работу. Я помню 2007 и 2011 годы, когда были выборы. «Единая Россия» тогда твердила везде: «Третье рождение Тольятти!». Потому что первое рождение было, когда построили Волжскую плотину, а второе — Волжский автомобильный завод. Мягко говоря, «единоросы» не точны в информировании россиян. Помню, в 2007 году везде висели их билборды в Тольятти, где каждому обещали пенсию в 20 тысяч рублей, а зарплату не менее 30 тысяч. Сегодня средняя зарплата на заводе в Тольятти около 23 тысяч, это при девальвации-то в два раза! А уж пенсии известны всем. Боюсь, что сейчас начнутся те же самые сказки перед новыми выборами. Вольно или невольно эти люди делают все, чтобы вызвать социальное напряжение в городе.

В.К.: Насколько серьезны протесты в Тольятти?

Л.К.: Люди задавлены, зависимы от завода. Приказом генерального директора выпущен так называемый «Кодекс чести», которым запрещено что-то либо сказать без разрешения на то руководства завода. Это является прямым нарушением многих статей Конституции, о чем я направил письма в Прокуратуру, в Следственный комитет. Профсоюз там помалкивает, поэтому мы решили создавать свое независимое городское профсоюзное объединение «Молот». К сожалению, традиционные профсоюзы, как показала практика, либо подкуплены, либо не хотят заниматься защитой прав трудящихся по каким-то другим причинам.

В.К.: Деньги из российского бюджета могут решить проблему? Получит АвтоВАЗ, допустим, или компания, которая владеет АвтоВАЗом 50 миллиардов рублей…

Л.К.: Я, конечно, понимаю, если сегодня этих денег не дать, они просто обанкротятся. Деньги надо давать, конечно. Но кардинально проблему это не решит, потому что уже несколько раз АвтоВАЗ получал деньги еще в бытность Путина президентом и премьером. Он выдал почти 2 миллиарда долларов через «Ростехнологии». И как оказалось, это ВАЗу не помогло. Правда, тогда другие собственники были на ВАЗе, и подворовывали по-другому, московские команды приезжали. Потом нашли толкового генерального директора, который вывел ВАЗ на интересную технологическую дорогу. Но почему-то тогда было принято решение продать этот пакет из госкорпорации «Renault-Nissan». Так что, деньги не решат проблему: разворуют в очередной раз. Надо жестко национализировать это предприятие: это не только мое «коммунистическое предложение», а так делали капиталисты в Америке и Германии. Они оказывали помощь своему автомобилестроению, но в обмен требовали: акции — государству. Это я и предлагаю. Давайте поможем, потому что это касается людей, которые там трудятся, чтобы перед ними не закрыли ворота — тогда неминуем социальный взрыв. Заберите у собственника акции.

В.К.: Вы говорите, надо национализировать АвтоВАЗ. Ваш дальнейший план? Ведь к продукции АвтоВАЗа много претензий.

Л.К.: Если мы будем слушать обывательские всхлипы, а иногда либералы мимикрируют под обывателей, тогда нам не надо производить ни свои самолеты, а мы, кстати, производили широкофюзеляжный самолет, мы производили и «Боинг». А теперь производит — «Боинг» и «Airbus», а Россия закрыла свои предприятия. И широкофюзеляжный самолет, чтобы было понятно для обывателя, хороший самолет. На нем до сих пор президент, премьер летают. Мы же закрыли строительство в угоду «Боингу». Так давайте от тапочек до самолета все покупать у тех, кто «лучше» это делает.

Например, тапочки в Китае лучше делают, а самолеты — «Боинг». Давайте автомобили будем закупать тоже. Но «БМВ» лучше, чем «Рено», а все равно «Рено» производит собственные автомобили, да и Япония старается свои тапочки производить, а не из Китая возить. Такой ответ обывателю. А мы хороший самолет делали. Мы титан сейчас производим, но мало кто знает, что на 70% самолет «Боинг» состоит из нашего титана! Мы свой титан из Свердловской области отправляем в Америку. Вот хорошо устроились. А мы спокойно производили двигатель, корпус у нас, кстати, был лучшим в мире. Мы пошли по этой дороге, мы решили широкофюзеляжный самолет в 90-е годы не закрывать. Мы решили купить у «Пратт энд Уитни» и у «Роллс-Ройса» двигатели, раз уж они самые лучшие и по шуму и по потреблению горючего. Они заключили соглашение и нарушили его: не поставили двигатели. Это было сделано специально, чтобы закрыть всю программу авиационного строительства. То же самое сейчас делается с автомобилями.

У нас все, даже поезд, который ходит в Питер, производится вне России. Когда обесточили Крым, пришлось кабель покупать в Китае, потому что до этого закрыли 3 российских кабельных завода

Я был недавно в Китае. При всех сложностях, которые есть в Китае, я проехал 500 километров на скоростном поезде за 3 часа. Они начинали строить с немцами этот скоростной поезд, потом все скопировали, сказали, что сами будут делать, до свидания. Создали сами скоростной поезд, скоростную дорогу. Все — от скоростного поезда до тапочек — производится в Китае. А у нас все, даже поезд, который ходит в Питер, производится вне России. Когда обесточили Крым, пришлось кабель покупать в Китае, потому что до этого закрыли 3 российских кабельных завода!

В.К.: Провозглашена политика импортозамещения и реиндустриализации, но почему-то она не реализуется.

Л.К.: Потому что вранье это все. Чтобы были хорошие результаты, для начала надо заменить это правительство. Чтобы там были, как когда-то такие, как Примаков, Масляков, Геращенко. Ведь, когда в 98-м году пришел Примаков, ситуация была еще хуже нынешней: просто катастрофичной. Нефть стоила 9 долларов, не так, как сейчас 30. В казне не было денег вообще, не было и нынешнего Стабилизационного фонда. МВФ дал 5 миллиардов, и их сразу же украли. Были огромные внешние долги. Тем не менее, при Примакове за полгода промышленность на 40% выросла, накачали деньгами.

Говорят о необходимости реиндустриализация. Медведев приехал в Тольятти, где закрывается промышленность, а он этого не видит. Что значит реиндустриализация? Да не нужно строить новый завод, запусти старый. Например, стоят закрытые «КуйбышевФосфор», «Волгоцеммаш». Запусти их заново!

Говорят о необходимости реиндустриализация. Медведев приехал в Тольятти, где закрывается промышленность, а он этого не видит. Что значит реиндустриализация? Да не нужно строить новый завод, запусти старый. Например, стоят закрытые «КуйбышевФосфор», «Волгоцеммаш». Запусти их заново!

В.К.: Денег хватит России, чтобы это запустить?

Л.К.: И денег хватит, и мозгов. Просто правительству не надо ждать, когда отменят санкции, а реально заняться развитием собственной экономики.

В.К.: Фракция КПРФ в Государственной Думе продвигала закон о промышленной политике. Он может помочь решению проблем?

Л.К.: Закон вышел по нашей инициативе, и фракции его поддержали. Это закон, который позволяет открыть приоритет для промышленности, но потом надо денег туда дать, а их не дали. Деньги же нужны были, чтобы строить новые Днепрогэсы, АвтоВАЗы, новые энергомощности… Но ныне даже просто планировать не научились и не умеют, поэтому мы предлагаем принять еще и закон о планировании. Это — прообраз Госплана. Это насущная необходимость для всей промышленности. Об этом говорят все, об этом говорил на последнем заседании своего «Меркурия-клуба» Евгений Максимович Примаков. Он посвятил половину своего выступления тому, что необходимо как можно быстрее принять такой закон и вернуться к государственному планированию. Это очень важно для государства.

Источник: svpressa.ru



войдите Vkontakte Yandex

Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.