Как Россия отвечала на внешнеполитические вызовы 2018 года


Завершается 2018 год – замечательный хотя бы тем, что все войны и конфликты на Земле оказались ограниченными, локальными и, к счастью, не переросли в нечто большее. Что касается политической палитры, то она была весьма пестра событиями.

Гендиректор Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов считает, что некоторые внешнеполитические задачи нашей дипломатии остались не выполнены. Но не всё, к сожалению, зависело от России.

«Мы все надеялись, что этот год принесет позитивный перелом в российско-американских отношениях, возлагались надежды на встречу Путина и Трампа, – сказал эксперт газете ВЗГЛЯД. – Надеялись, что в Штатах каким-нибудь образом ситуация успокоится. Но ничего этого не произошло. Встреча в Хельсинки состоялась, но она не дала позитивных результатов. Санкции усиливаются, более того, США практически уже решили выйти из Договора по РСМД».

Глава Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов полагает, что в этом году произошла окончательная деградация наших отношений с разными частями Запада. Произошло «прекращение какой-то бы то ни было содержательной коммуникации с США» за одним исключением – Ближний Восток, Сирия.

«В остальном повестка дня исчезла и формы связи с США превратились в какой-то фарс», – считает Лукьянов, добавив, что отношения с Евросоюзом зашли в тупик по иным причинам, чем с американцами, но результат тот же. «Европа полностью погрузилась в свои внутренние проблемы, и активность на российском направлении для нее – максимум – это способ внутренней консолидации, но не более того. Никаких сил и энергии на Россию у нее нет», – уверен политолог.

Вызовом для Москвы становится тот факт, что «российская сторона ещё не вполне поняла, что на этом направлении вообще ничего не будет происходить и даже не надо обращать на это внимание, тратить время и усилия».

Истории успеха Москвы

Зато Россия добилась больших достижений в восточном направлении. «Сейчас выходим на 100 млрд долларов торговли с Китаем – это очень даже неплохо, и у нас открываются новые перспективы. В этом году официально была расширена ШОС, туда вошли Индия и Пакистан. Это создает и определенные сложности, но и много новых возможностей тоже. Идут подвижки в отношениях с Японией», – сказал Кортунов.

А вот миротворческая миссия на Корейском полуострове откровенно не удалась, признают эксперты. Год назад, когда Пхеньян сильно публично поругался с Пекином, возник шанс на усиление роли Москвы.
«Был момент, когда у России оказались самые лучшие отношения с КНДР из всех великих держав, которые так или иначе были задействованы в конфликте, – говорит Кортунов. – Но в марте – апреле отношения между Пхеньяном и Пекином стали выправляться. И стало очевидно, что именно Пекину принадлежит самая важная роль в этом переговорном процессе».

Впрочем, летом Трамп решил выйти на двусторонний формат – напрямую общаться с Пхеньяном через голову китайцев.

«Пока что позиция Трампа заключается в том, что он сам может договориться с северокорейским лидером Кимом. Единственное, в чём он нуждается, – это чтобы все остальные (Китай, Россия, Южная Корея) дружно навалились бы на Пхеньян в случае, если КНДР попытается саботировать достигнутые с американцами договоренности», – говорит Кортунов.

Но это не означает, что Россия не может сыграть никакой роли. У нас есть свои позиции и свои контакты. В итоге мы всё равно вернемся к многостороннему формату.

К главным внешнеполитическим загадкам года стоит отнести ситуацию, возникшую вокруг ИГИЛ. Год назад казалось, что эту группировку уже почти добили. Однако затем натиск на неё ослаб. Камнем преткновения остается вопрос курдского анклава в Африне, вопрос наступления войск Асада на север Сирии.

«Фронтальное наступление, подобное штурму Алеппо, привело бы к значительным жертвам среди гражданского населения, – говорит он. – Я считаю, что скорее хорошо, чем плохо, что от этого наступления отказались. Это позволит вести более точечную стратегию, минимизировать жертвы, избежать провокаций с использованием химического оружия».

А главное – в этом случае удастся избежать разрыва между Россией и Турцией, почти неизбежного в случае, если силы Асада будут добивать ИГИЛ. Ведь эта группировка, говорит Кортунов, «это вещь текучая, как ртуть, мы можем очистить какой-то один участок, ИГИЛ может воспроизвестись в другом месте». Поэтому одной чисто военной победы здесь недостаточно.

«Необходима политическая, социальная победа, а это означает, что нужно думать о постконфликтной реконструкции Сирии»,– говорит Кортунов. Но в любом случае успех в борьбе с ИГИЛ, достигнутый совместными усилиями разных стран, от России до США, безусловен.

«Сирия – наш успех, возведенный в степень умелой изощренности: политической, дипломатической, которую Россия проявляет и которая превосходит ожидания, – сказал Лукьянов газете ВЗГЛЯД. – Никто не предполагал, что начатая три года назад сирийская операция приведет к столь весомым результатам, после которых Россия рассматривается сейчас как самое влиятельное государство на всём Ближнем Востоке.

Трудности с соседями по СНГ

Говоря об итогах дипломатических усилий России на постсоветском пространстве, эксперты упоминают в первую очередь Украину, Белоруссию и Армению.

«Основные вызовы у нас по-прежнему шли с юго-западного направления, то есть с Украины. По итогам года можно сказать, что отношения даже ухудшились. Но хорошо, что не произошло крайних действий – то есть прямого боестолкновения. Этого удалось не допустить», – сказал газете ВЗГЛЯД замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин.

В отношениях с Минском ситуация выходит на момент истины. Сколько бы Лукашенко ни говорил о братстве и союзничестве, для этого нужно выполнить те условия интеграции, которые прописаны в договоре о Союзном государстве, считают эксперты.

По словам Жарихина, Лукашенко не желает выполнять взятые на себя политические обязательства, но при этом требует от России выполнения всех экономических обязательств.

«Парадокс: главный союзник России не признаёт территориальную целостность России, не признаёт Крым российским. Но при этом он хочет, чтобы Россия считала Белоруссию в экономическом плане своей частью. Так не бывает», – резюмировал эксперт.

Отношения с Арменией ещё тоже не устаканились. «В Ереване сменилась власть. Но Армения находится в более сложной геополитической ситуации, которая ограничивает телодвижения Еревана на внешнеполитической арене. Армения просто не может себе позволить ссориться с таким союзником, как Россия. Это будет безумием. Но у Армении иногда случаются не столько недружественные, сколько неуклюжие жесты, вызванные недостаточностью опыта у команды Пашиняна», – продолжил собеседник.

«Думаю, в следующем году в целом всё будет нормально. На каком-то уровне будет достигнут компромисс с Белоруссией, армянские власти тоже успокоятся. Но общая ситуация в мире не способствует углублению интеграционных инициатив на постсоветском пространстве», – посетовал Жарихин.

Алексей Нечаев, Анна Кукушкина, Андрей Резчиков

Источник: vz.ru





Комментарии