США теряют Ближний Восток: кто взойдёт на вакантный престол?



Сегодня Ближний Восток, где тесно переплетены глобальные и региональные интересы, находится в таком состоянии, что определить истинную прелюдию того или иного действия игрока любого уровня бывает очень сложно, поскольку многое упирается в гипотетичность. Потому, что почти каждый день вводятся новые факторы, вроде бы обусловленные конкретной ситуацией, но в своей совокупности они только укрепляют так называемый сценарный подход в определении представления о вероятном развитии политических событий, если считать, что одно как бы вытекает из другого. Так турецкая Star Gazete, сообщая о событиях в Йемене, объясняет действия Саудовской Аравии опасениями, что «Иран захватит эту страну», а появление дополнительных американских ВМС в этом регионе объясняет стремлением США, с одной стороны, «не потерять саудитов и страны Персидского залива», с другой — «не допустить пресечения процесса интегрирования Ирана в международную систему с перспективой достижения при своём посредничестве согласия между Тегераном и Эр-Риядом». По мнению газеты, «перед нами разворачивается игра, суть которой в том, чтобы не допустить вооруженной схватки на йеменском плацдарме конфликтующих сторон».
В свою очередь, израильское издание Arutz Sheva, комментируя решение Москвы поставлять в Иран ракеты С-300, (со ссылкой на бывшего посла Израиля в России и на Украине, а ныне главу российского отдела в Институте национальной безопасности Цви Магена), связывает это решение «не столько с двусторонними отношениями Москвы и Иерусалима, сколько со стремлением Кремля стать влиятельным фактором во всём ближневосточном регионе». Согласно Магену, «по этой причине Россия сближается с Ираном — и одновременно налаживает тесные отношения с Египтом, Иорданией и Саудовской Аравией». При этом, по мнению дипломата, «Россия старается использовать палестинский фактор для усиления своего влияния в регионе и закрепления статуса посредника и арбитра, рискуя только некоторым ухудшением отношений с Израилем, не доводя дело до серьезного конфликта с руководством этой страны». В то же время издание American Conservative обращает внимание на то, что «война в Йемене ослабила давление на „Исламское государство Ирака и Леванта" (ИГИЛ)», так как «саудовская пропаганда изображает Ближний Восток как регион великого противостояния мусульман, где шиитский полумесяц во главе с Ираном стремится поглотить суннитские государства», что запутывает ситуацию относительно определения «кто на Ближнем Востоке является для Запада настоящим врагом», и кто демонстрирует желание "отчаянно с кем-то бороться: Саудовская Аравия, арабы Персидского залива или союзник НАТО Турция, и почему когда речь заходит о борьбе с ИГИЛ наши суннитские друзья умышленно медлят, а иногда даже сотрудничают с ними, а шиитский полумесяц, который якобы стремится создать новую Персидскую империю и которого мы на первый взгляд должны опасаться, активно борется с нашими врагами? "
Французский историк, бывший высокопоставленный сотрудник министерства обороны Пьер Конеза усматривает в таком ходе событий дефекты в планировании внешней политики США на Ближнем Востоке, один из которых заключается в «неожиданном появлении в этом регионе фактора России» наряду с деградаций культивируемого долгое время Израилем мифа об «иранской угрозе», пробужденные и не реализованные геополитические амбиции таких региональных держав, как Турция и Саудовская Аравия, которые не имели под собой достаточных ресурсов. Второй дефект: США, инициируя в регионе под предлогом демократизации феномен «арабской весны», по факту стали выступать в роли «единственного мирового жандарма», хотя, как считает Конеза, «у них не оказалось для этого также не было достаточных средств», а сейчас они действуют «в режиме экстренных мер, допуская серьезные ошибки в политическом анализе ситуации при отсутствии продуманной стратегии». Кстати, об этом говорил еще в августе прошлого года в эксклюзивном интервью ИТАР-ТАСС министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, отвечая на вопрос о том, насколько близки, по его мнению, перспективы урегулирования конфликта в Сирии.
Вот почему мало кто сегодня решится прогнозировать сценарий выхода Ближнего Востока из геополитического кризиса и его последствий для всего региона. В свое время США стремились изолировать Ближний Восток от Советского Союза и пытались превратить его в зону своего единоличного контроля. Теперь же, как подчеркивает турецкая газета Taraf, уже почти никто не спорит о том, что «арабская весна» ослабила влияние США и оставила «геополитическую пустоту в регионе», а Россия и Иран стали возвращаться в региональную систему через дипломатию. Как будут американцы воспринимать Москву и Тегеран в роли возможного геополитического противовеса на Ближнем Востоке? От ответа на этот вопрос зависит будущее устройство этого региона.
События в регионе приобретают всё более ожесточенный характер. Террористические группировки продолжают «таранить» государственные структуры и захватывать города. Накануне боевики «Аль-Каиды» и «Джебхат ан-Нусры» впервые за четыре года гражданской войны в Сирии захватили город Джизр аль-Шугур (Jisr al-Shughour) на северо-западе страны, сообщает агентство Reuters. По данным сирийских государственных СМИ, армия переведена в окрестности города, «чтобы избежать жертв среди мирного населения». Отмечается, что правительственные войска сражаются с «большим количеством террористов, проникающих в Сирию через турецкую границу». Джизр аль-Шугур носит стратегический характер, так как находится между прибрежным городом Латакия (которая считается крепостью президента Башара Асада) и Алеппо. Армия Асада удерживала контроль над городом с июня 2011 г., подавив вооруженное восстание боевиков, расстрелявших более 120 сотрудников сирийских спецслужб. Напомним, что месяцем ранее террористы захватили город Идлиб на границе с Турцией. Отличилось и «Исламское государство», солдаты которого 25 апреля совершили теракт на границе Ирака и Иордании: три автомобиля, начинённые взрывчаткой, взорвались на пограничном переходе между Ираком и Иорданией, убив четырех солдат. В Иордании отреагировали на теракт усилением мер безопасности на границе возле района Туреибил (Tureibil), а Минобороны Ирака сообщило о начале всестороннего расследования инцидента. Напомним, что в апреле правительство в Багдаде начало новое наступление на позиции ИГ, чтобы восстановить контроль над провинцией Анбар, где сосредоточены культовые для мусульман-суннитов реликвии. Однако боевики «Исламского государства» нанесли ответный удар, напав на город Рамади, нефтеперерабатывающий завод в Бейджи, а также плотику в аль-Тиртхаре (Thirthar).
Америка концентрирует свои силы на азиатском театре, где Китай уже заявил о своих правах на лидерство. Саудовская Аравия находится в замешательстве: Эр-Рияд получил «в наследство» затяжной конфликт в Йемене, который может сыграть злую шутку с Восточной провинцией королевства, населённой шиитами и исмаилитами. Иран по-прежнему занят своей ядерной программой и в ближайшие месяцы будет стараться завести нефтяные мощности и найти консенсус с ОПЕК. Остаётся лишь Россия, которая всеми силами пытается предотвратить эскалацию гражданского конфликта на Украине, а также уравновесь силы между коалицией арабских государств и Ираном. Ближний Восток ожидает сложная многоходовая игра, где проиграет тот, кто не сумеет просчитать долгосрочную перспективу. Власть над регионом вакантна, претендентов на «корону» достаточно.

Источник: x-true.info



войдите Vkontakte Yandex

Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.