«Научный базар»: как российская рыбохозяйственная наука торгует морскими животными



Защитники животных уже много лет пытаются привлечь внимание к проблеме плохого содержания животных, но власти реагируют на эти обращения редко и неохотно.

За последние три месяца в средствах массовой информации появилось несколько десятков публикаций о гибели моржей на Чукотке и причастности к этому инциденту сотрудников Тихоокеанского научно-исследовательского рыбохозяйственного центра.  В настоящее время, как следует из заявлений информационных агентств и правоохранительных органов, идет расследование этого происшествия. 

Так, в сентябре 2015 на сайте Главной военной прокуратуры появилось сообщение о возбуждении военными прокурорами уголовного дела в отношении сотрудников ФГБНУ «Тихоокеанский научно-исследовательский рыбохозяйственный центр» (ТИНРО-центр) дело по факту незаконной добычи водных биологических ресурсов по ч. 3 ст. 256 УК РФ: «Военными прокурорами в ходе проверки исполнения законодательства о противодействии коррупции в сфере охраны морских биологических ресурсов установлено, что сотрудники Тихоокеанского рыбохозяйственного центра незаконно выловили у берегов Чукотки занесенных в Красную книгу 11 особей детенышей тихоокеанских моржей, убив, при этом, 11 самок. В последующем десятимесячные моржи были проданы за границу. Преступными действиями злоумышленников государству причинен ущерб в размере свыше 22 млн рублей».

Справедливости ради надо отметить, что тихоокеанский морж не занесен в Красную книгу – в этом представители ГВП ошиблись. В Красную книгу занесен атлантический морж, а тихоокеанский морж краснокнижным животным не является. Однако утверждать, как это делают представители ТИНРО-центра, что это «обычный промысловый объект» тоже не вполне корректно. Промысел тихоокеанского моржа действительно разрешен, но только для общин коренных малых народов Севера, для которых он является традиционным видом промысла. И общины КМНС ежегодно получают квоты на добычу моржа, но при этом им запрещена добыча самок с детенышами. Кроме общин северных народов, живых моржей также вылавливают различные организации, в том числе ТИНРО, по квотам, установленным Росрыболовством для осуществления рыболовства в учебных и культурно-просветительских целях (от одного до сорока особей в год).

Впрочем, представители ФГБНУ «ТИНРО-ЦЕНТР», которым долгие годы руководит почтенный Лев Бочаров, известный тем, что едва не стал космонавтом, категорически отрицают свою причастность к данному преступлению, заявляя, что сотрудники ТИНРО в сентябре 2014 года осуществляли научные исследования, но никаких действий по вылову-добыче моржей или иных морских животных не проводили и, соответственно, не приобретали и не могли продать никаких морских животных. В этой связи стоит обратить внимание на приведенные агентством Интерфакс слова пресс-секретаря Северо-Восточного территориального Управления Росрыболовства Любови Федоровой, которая сообщила, что в ходе выяснения обстоятельств происшествия «было установлено, что представители ФГУП «ТИНРО-Центр» заключили договор с коренными жителями села Уэлькаль на отлов 11 детенышей моржа. И представители КМНС добыли моржат, хотя разрешительных документов на это не имели».

То есть, обвинять сотрудников ТИНРО в браконьерстве с юридической точки зрения вроде бы нельзя – они своими руками не убивали животных. Однако довольно странным выглядит тот факт, что ученые, заключая договор с представителями КМНС, не удосужились проверить, имеют ли те разрешение на добычу моржей. А может, ученые потому и не проверяли наличие разрешения, что знали о его отсутствии? По сути, представители ТИНРО просто-напросто спровоцировали жителей Чукотки на нелегальный отлов животных. Обвинить же ученых в покупке незаконно добытых моржат не получается лишь потому, что животные к ним не попали из-за вмешательства пограничников. 

Кстати, представители ТИНРО заявляют, что к ним у правоохранителей нет претензий, утверждая, со ссылкой на письменный ответ военной прокуратуры Тихоокеанского флота от 12.11.2015 г., «что согласно постановлению о возбуждении уголовного дело № 126259 данное дело было возбуждено не в отношении конкретных лиц, а по факту выявленных признаков преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 256 УК РФ». То есть, речь идет о незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов с причинением крупного ущерба. Однако РИА Примамедиа, цитируя полученный агентством ответ руководителя военного следственного отдела военного следственного управления СК России по Тихоокеанскому флоту, сообщает, что «уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч.3 ст.256 УК РФ, совершенных сотрудниками Тихоокеанского рыбохозяйственного центра, в соответствии с п.3 ч.3 ст.151 УПК РФ расследуются дознавателями пограничных органов Федеральной службы безопасности». В этом случае, как видно из статьи УК РФ, речь идет о незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов, совершенной лицом с использованием своего служебного положения либо группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.

Собственно, это происшествие вызвало столь широкий резонанс как раз по той причине, что в него вовлечены ученые – люди, которые должны заниматься изучением морских животных, оказались на самом деле обычными торговцами «живым товаром».  Моральная сторона этого вопроса, безусловно, довольно важна, действия представителей рыбохозяйственной науки, активно ударившихся в бизнес и дискредитирующих звание ученых, должны получить соответствующую оценку как правоохранительных органов, так и широкой общественности.  Однако хотелось бы отметить, что данное происшествие важно еще и тем, что оно позволило обнажить и вынести на обсуждение довольно серьезную проблему, касающуюся торговли морскими животными.  

В статье «Плач косатки», опубликованной в августе этого года на сайте «Комсомольской правды», дана довольно емкая и точная характеристика этого явления: «Спрос, прибыль, рейдерские войны, «распил» дельфинариев, судебные тяжбы, гибель животных – таков сегодня наш российский бизнес на морских млекопитающих, сверхдоходный, но – увы! - бессмысленный и беспощадный».

Защитники животных уже много лет пытаются привлечь внимание к проблеме плохого содержания животных в зоопарках и дельфинариях, приводящего к гибели «братьев наших меньших», но власти реагируют на эти обращения редко и неохотно.  Может, реакция будет более активной, если взглянуть на проблему с другой стороны и под другим углом – например, с точки зрения обеспечения интересов экономической безопасности России и противодействия коррупции?

Как известно, Росрыболовство ежегодно выделяет нескольким коммерческим фирмам и рыбохозяйственным учреждениям, в том числе ТИНРО-центру, квоты на вылов морских животных «для учебных и культурно-просветительских целей».  В действительности же, большинство добытых животных после некоторого периода адаптации продаются в зарубежные дельфинарии (преимущественно в Китай), что является коммерческим использованием и не соответствует заявленным целям отлова. Это позволяет фирмам, получающим квоты на так называемый живоотлов, заниматься очень прибыльным бизнесом на очень льготных условиях.    Это, впрочем, совсем не означает, что чей-то личный чиновничий бюджет не пополняется «пожертвованиями от благодарных товарищей».  Государство же в лице Росрыболовства выступает здесь в роли бескорыстного благодетеля, поскольку государственный бюджет от этой торговли почти ничего не получает.

Впрочем, если копнуть глубже, получается, что государство, не получая доходов от продажи этого «живого товара», затрачивает при этом колоссальные бюджетные средства (формирующиеся, между прочим, и за счет налоговых отчислений рядовых российских граждан) на работы по отлову морских животных в культурно-просветительских целях, чтобы российские граждане могли «зрелищно развлекаться и культурно просвещаться».  Ведь ТИНРО-Центр, являющийся одним из активных участников живоотлова и торговли животными, является Федеральным государственным бюджетным научным учреждением, то есть госпредприятием с формирующимся за счёт государства (то есть, и за счет отчислений рядовых налогоплательщиков) и утверждаемым Росрыболовством бюджетом, за счёт которого и происходит отлов валютоёмких моржей, белух и т. д. 

Однако животные, выловленные ТИНРО-центром за государственный счет, потом продаются за границу (напрямую или через родственные коммерческие фирмы), где участвуют зрелищно-развлекательных и культурно-просветительских мероприятиях уже не для россиян, а для граждан иностранных государств.

Дмитрий Глазов, ведущий инженер и заместитель руководителя программы «Белуха – белый кит» Института проблем эволюции и экологии им. А.Н. Северцова РАН, член правления Совета по морским млекопитающим, отмечает по этому поводу: «Все вопросы о выделении квот решаются по телефонному звонку, а не по законам и нормам. Ситуация на грани фола. К примеру, тот же ТИНРО-центр, как структура Роскомрыболовства, обосновывает квоты, сам создает предприятия по отлову и передержке, их курирует, отлавливает под видом научных исследований морских животных и сам же потом продает их в Китай. Эти комбинации были ли невозможны без поддержки властей».

Учитывая, что основным поставщиком морских животных является Дальний Восток, хотелось бы спросить уважаемого Василия Соколова, заместителя руководителя Росрыболовства, курирующего как раз Дальний Восток, насколько соотносится выдача разрешений на вылов морских млекопитающих в учебных и культурно-просветительских целях с тем, что этих животных отправляют на экспорт за границу?  Если разрешения позволяли добывать (вылавливать) морских животных только для целей использования их в учебном процессе, а так же в культурно-просветительских и зрелищно-развлекательных мероприятиях, то на каком основании они экспортируются?

И еще очень хотелось бы, чтобы высокий рыбный чиновник, умудрившийся пересидеть в номенклатурном кресле ушедших со скандалами своего непосредственного начальника (бывшего руководителя Росрыболовства Крайнего) и своего непосредственного подчиненного (бывшего начальника приморского Управления Росрыболовства Иванкова), рассказал, взимается ли госпошлина за их выдачу и в каком размере, уплачивается ли какой-то взнос за добытых особей (например, как за пользование водными биоресурсами), платится ли налог с продаж и как осуществляется (если осуществляется вообще) контроль за поступлением валютных средств по экспортным контрактам? 

Складывается впечатление, что морских млекопитающих (принадлежащих, как биоресурс, народу Российской Федерации) наши государственные структуры просто дарят частным лицам, которые зарабатывают на их продаже за границу. Хотелось бы, чтобы правоохранительные органы, ведущие расследование дела, не ограничились лишь одним случаем с убийством на Чукотке моржей и продажей их детенышей, а разобрались с тем, насколько вообще законна существующая в нашей стране практика отлова и продажи морских животных.

Стоит обратить внимание на цифры, изложенные в петиции «Запретить добычу и содержание в неволе дельфинов, косаток, китов и других морских млекопитающих», направленной Президенту РФ Путину В.В., Генеральному прокурору РФ Чайке Ю.Н., Председателю СК РФ Бастрыкину А.И. В ней, в частности, указывается, что в ходе проведенного группой юристов общественного расследования, касающегося добычи косаток на территории РФ с 2012 по 2015 гг., из Федеральной таможенной службы был получен ответ: «экспортировано с территории Российской Федерации с 2013-2014 – 7 косаток (и 47 белух)». В свою очередь, Федеральное Агентство по рыболовству на тот же запрос сообщило: «выданы два экспортных разрешения СИТЕС на 2013 – 2 особи косатки». Возникает резонный вопрос, на каком основании были экспортированы морские животные?

19 августа 2015 на сайте АО ИД «Комсомольская правда» вышла уже упомянутая выше статься «Плач косатки», автор статьи спецкор Наталья Островская. В статье сообщаются любопытные факты, в связи с которыми возникают следующие вопросы:

- Морских животных из России отправляют в Китай, Корею, Японию, Таиланд. Авторы вышеуказанной петиции на свой запрос получили официальный ответ, что выдавались  только два экспортных разрешения СИТЕС на 2013 г. на вывоз белух и 2 косаток с территории Российской Федерации на территорию Китая. Выдавались ли ещё экспортные разрешение на вывоз китообразных на территорию Японии, Кореи, Таиланда?

- На момент выхода статьи в «Комсомольской правде» (август 2015 года) в используемой ТИНРО-центром базе ООО «Приморский дельфинарий» в бухте Средняя Приморского края находились 3 косатки. Получено ли ФГБНУ ТИНРО-Центр разрешение на вылов (добычу) косаток у Федерального Агентства по рыболовству на 2015 год, давалась ли квота, в какой период разрешён вылов? Кому принадлежат косатки в бухте Средняя, имеются ли разрешения от Росрыболовста и Росприроднадзора? В соответствии с п. 14 Постановления Правительства 25.02.2000 № 166 каким правоохранительным подразделением контролировался вылов (добыча) косаток (изъятие из среды)?

Хотелось бы, чтобы правоохранительные органы смогли, в конце концов, выяснить, сколько морских млекопитающих вообще и кем было выловлено за последние годы, в том числе за государственный счёт сотрудниками ФГУП «ТИНРО-Центр», сколько их было экспортировано с территории Российской Федерации, сколько находится на территории России и совпадает ли это количество с предоставленными квотами на вылов и выданными разрешениями на экспорт?

И еще хотелось бы расставить, в конце концов, все точки над «и» в вопросе о том, чем должна заниматься рыбохозяйственная наука – научными исследованиями или бизнесом? Судя по провальным прогнозам лососевой путины на Сахалине в этом году, дальневосточная рыбная наука, на содержание которой выделяются бюджетные средства (то есть, деньги налогоплательщиков – нас с вами), все меньше внимания уделяет научным исследованиям и все больше – бизнесу.  Может, пора выгнать торгашей из храма науки или для этого надо ждать второго пришествия?

Александр Тимофеев 

Источник: www.iarex.ru



войдите Vkontakte Yandex

Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.