Люди в городах — новая нефть: для добычи и на продажу


Участники пресс-конференции о гибели сёл в России, прошедшей 31 марта в онлайн-режиме, пытались ответить на вопрос о том, возможно ли их возрождение. Говорили о сельском хозяйстве, развитии социальной инфраструктуры, помощи государства, росте цен на ГСМ и прочих важных вещах. Тем не менее главных ответов не прозвучало.

Возрождение деревни невозможно без понимания, зачем и кому оно нужно. Покупая квартиру в городе, новый житель видит перспективы. Он получает набор коммунальных благ, социальную, торговую и спортивную инфраструктуру, выбор рабочих мест или возможности для бизнеса.

Покупая дом в деревне, новый житель получает примерно те же метры (деревенские дома редко впечатляют площадью) и участок 10−15 соток. При этом инфраструктура почти отсутствует, а рабочих мест — единицы. Как вместе с домом купить землю для крестьянского труда — подсобного или фермерского хозяйства? Это уже совсем другой вопрос, сложный и непрозрачный. Может оказаться, что возле деревни, куда покупатель захочет переехать, вообще не будет свободной сельхозземли.

Деревня на берегу реки
 

В России большинство пригодных для выращивания культур участков находится в управлении агрохолдингов. Которые являются ещё и основными получателями дотаций от государства на развитие сельского хозяйства. Для отрасли это, возможно, неплохо, но где место в этой схеме для простого человека? Батрака на чужой земле? Даже по программе о дальневосточном гектаре на территориях, ждущих людей и нуждающихся в развитии, предлагаются незначительные участки, не позволяющие заниматься земледелием.

Село гибнет, потому что государству выгодно держать население в городах, а «аграрный вопрос» решать небольшими силами сотрудников крупных холдингов. Остальные на селе — «условно лишние люди», как когда-то говорил московский мэр Сергей Собянин. И пусть такие высказывания больше не звучат — правит именно такая логика. Впрочем, США когда-то пошли другим путём, через частную собственность и романтику мелкого сбыта. Но эволюционно также пришли к укрупнению. У них деревень в нашем понимании вообще нет — лишь малые города на сотню-другую жителей и коммуны.

Пора отказаться от заблуждений — государству невыгодна миграция людей из городов в сёла, оно не планирует давать землю и массово создавать рабочие места. Вклад в развитие сельских территорий государство вносит иначе — отвращая от городской жизни через свою градостроительную политику, сферу ЖКХ, постиндустриальную экономику и набор практик, получивший обобщающее прозвище «цифровой концлагерь». Районы-человейники на окраине мегаполисов и извечный коммунальный коллапс провинции заставляют снова ценить привилегии, которыми мы пожертвовали ради материальных благ — экологию, качество питания, простор, простоту жизни, спокойствие, самостоятельность, возможности для общения с семьёй.

Плотная застройка 
Дарья Антонова © ИА REGNUM
 

Главное, что требуется для возрождения деревни, — понимание нами, городскими жителями, ценностей, которые оно даёт. И принятие собственной активной роли. А справиться с сельскими проблемами позволяют кооперация и технологические новшества. Основной экономической предпосылкой для принятия решения о переезде может быть удалённая работа, поскольку городская зарплата в сельской местности резко увеличивает качество жизни.

Деревне в России необязательно оставаться аграрной. Новыми центрами сельской жизни могут быть «деревенские» офисы компаний (да-да, как в Кремниевой долине), коммуны фрилансеров или цеховиков (например, мастеров живописи), а также объединения по интересам. 

Евгений Цоц

Источник: regnum.ru