Чем дальше – тем явственнее концепция умаления роли русского народа в жизни России демонстрирует свою губительность. Благостные речи по ТВ, согласно которым внутри страны будто бы царит идиллия и межнациональный мир, всё дальше расходятся с неприглядной реальностью.
Переломная эпоха, переживаемая обществом, всегда до предела обостряет главный, стержневой для него вопрос. От того, каков будет ответ, зависит дальнейшая организация всего строя внутренней жизни. Верным признаком того, что вопрос действительно является ключевым, является его “взрывоопасность”, что люди почти всегда угадывают инстинктивно, ощущая, что называется, кожей.
Ключевым вопросом России начала XX века закономерно являлся вопрос преодоления перезревшего феодализма, ибо срок, отпущенный историей феодальному строю, объективно истёк, но сложившаяся за века система социальных порядков слепо противилась его слому, продолжая цепляться за помещичье землевладение, сословные привилегии и политически выродившееся самодержавие-абсолютизм.
Ключевым вопросом России начала XXI века является вопрос о положении русского народа внутри РФ (то есть “русский вопрос”), ибо русский народ, составляющий подавляющее большинство населения страны и подпавший под жестокие удары внешних и внутренних врагов, до сих пор вынужден существовать в давящих социально-правовых рамках, заданных ельцинской эпохой – чёрной эпохой, насквозь пропитанной духом коллаборационизма и измены.
Хотя доктрина многонациональности, официально утвердившаяся в РФ в начале 90-х годов и не подвергнутая властью полноценной ревизии до сих пор, и отрицает понятие государствообразуюшего народа, никто уже в здравом уме не рискнёт его фактическое существование отрицать. Даже государство, продолжающее держаться за принцип многонациональности, откровенно выхолащивающий национальное начало России, вынуждено было в итоге наступить на горло собственной песне. В 2020 году в числе прочих поправок в Конституцию была внесена и такая: “государственным языком Российской Федерации на всей её территории является русский язык как язык государствообразующего народа”. Эзопов язык законотворцев, не решившихся назвать вещи своими именами прямо, но признавших-таки, что государствообразующий народ в стране всё-таки есть и говорит он именно на русском языке, лишний раз подтверждает верность избитой истины: жизнь не обманешь, и шило в мешке не утаишь.
Ход новейшей истории действительно поставил русский вопрос буквально ребром.
В результате крушения Советского Союза – государства многонационального, но всё равно собранного вокруг русского ядра – русский народ оказался не просто одним из крупнейших в мире разделённых народов. Русский народ превратился в народ, де-факто и де-юре вообще лишённый собственной государственности, поскольку и навязанная обществу в 1993 году конституция, и весь свод законов, определявших национальные отношения постсоветской эпохи, никак не учитывали его существования, низводя до положения рыхлого и безымянного субстрата на собственной же земле.
Принципиальный отказ постсоветского государства от опоры на русский народ запустил сильнейшие по степени своей разрушительности процессы внутри самой России, последствия которых даже при самом благоприятном повороте сегодняшней жизни преодолевать предстоит десятилетиями.
На основной территории страны началось неуклонное угасание русского народа, выражающееся в его физическом вымирании, в смещении этнического баланса в пользу множащихся иноземных диаспор, в размывании самых основ страны.
Ползучее выдавливание русских из большей части национальных республик привело к нарастанию отчуждённости дерусифицированных регионов, к превращению их в национальные анклавы, к созданию благоприятной почвы для будущего сепаратизма.
Этнические русские из постсоветских стран при переезде в РФ не имеют абсолютно никаких преимуществ в получении гражданства. Вынужденные покидать родные дома, чтобы избежать унизительной второсортности и бесправия, они наталкиваются на холодную отчуждённость российских чиновников, следующих духу и букве многонационального закона, не позволяющего на деле организовать для представителей русского народа упрощённую процедуру. Несмотря на то, что проблему разделённости русских государство с недавних пор на словах признаёт, ему по-прежнему неведомо понятие “репатриация”.
Чем дальше – тем явственнее концепция умаления роли русского народа в жизни России демонстрирует свою губительность. Благостные речи по ТВ, согласно которым внутри страны будто бы царит идиллия и межнациональный мир, всё дальше расходятся с неприглядной реальностью. Если внутри России и созидается некий новый мир, то явно с прицелом на то, чтобы в обозримом будущем сделаться миром без русских. Миром, возведённым на их костях.
Официальная статистика государственных служб даёт устрашающую картину. “Многонациональная” РФ вымирает, главным образом, русским народом. Если перепись 2002 года определила численность русских в стране почти в 116 миллионов человек, то проведённая восемь лет спустя перепись 2010 года засвидетельствовала их сокращение до 111 миллионов. Перепись 2021 года (при всех имеющихся по поводу её организации нареканиях) лишь подтвердила страшную тенденцию. В последний предвоенный год переписчикам удалось обнаружить на просторах РФ лишь 105,5 миллионов русских, которые составили 71% от декларируемой общей численности населения страны, но всё ещё 80% от тех, кто указал при прохождении переписи национальность.
Если эти цифры соответствуют реальности (а они, скорее всего, её отражают, несмотря на все огрехи организаторов ведения статистики), то на наших глазах разворачивается национальная катастрофа. Только в годы правления В.Путина русский народ потерял порядка 9 (девяти) миллионов человек и предпосылок к остановке этого процесса не видно.
Окрестные народы нутром чуют русскую уязвимость, и она возбуждает в них устремления к колонизации центра России. Колонизуют всегда слабейших, не имеющих возможности как следует постоять за себя. Выходцы из той же Средней Азии, что характерно, даже не пробуют вселиться в те из национальных республик, что имеют очевидно выраженную национальную власть, ибо понимают, что мгновенно встретят в них максимально консолидированный и максимально жёсткий отпор. Всевозможные “котельники” проедают исключительно русский центр, создавая все условия для будущей этнорелигиозной войны наподобие той, что давно уже буквально раздирает Францию, Великобританию, Германию и другие страны Западной Европы, позволившие некогда укорениться у себя миллионам мигрантов.
Внешний недруг, как это сплошь и рядом бывало в нашей истории, смыкается с внутренним. На протяжении десятилетий главным защитником любых врагов русского народа являлась либеральная интеллигенция, костяк которой составляли и продолжают составлять преимущественно нерусские по своему происхождению лица. Сохраняя до недавнего времени абсолютную монополию в идейной сфере, именно либеральные гуманитарии готовили проекты в области национальной политики страны. Именно ими осуществлялось идейное руководство высшим чиновничеством РФ, молчаливо согласившимся в своё время пожертвовать страной и народом ради интеграции в западный мир. И именно частично опомнившаяся часть чиновничества, видимо, начавшая осознавать несбыточность собственных западнических иллюзий, инициирует теперь сверху борьбу с либеральной “пятой колонной” и засильем криминальных диаспор, но не имеет, однако, на сегодня в своём арсенале ни цельных проектов, ни по-настоящему проработанных идей.
Русское восстание 2014 года в Крыму и на Юго-Восточной части Украины вошло с русским национал-патриотическим движением внутри РФ в своего рода резонанс. Несмотря на развязанную бандеровским режимом войну и зачастую крайне двусмысленную позицию Кремля, процесс русского воссоединения оказался запущен. А, будучи запущен, он чем дальше, тем настойчивее начал ставить перед руководством Российской Федерации судьбоносный вопрос. На какой именно основе суждено вновь отстраиваться русскому миру: на основе ли принципиально игнорирующей русский народ доктрины многонациональности (и тогда такое строительство заведомо окажется обречённым на провал) – либо на основе России, признающей и сознательно лелеющей свой русский стержень?
Русификации России подспудно и давно хочет русский народ. Часто упрекаемый за инертность и социальную пассивность, он, тем ни менее, не утратил полностью чувства национальной солидарности. Национальные притеснения и преступления чужаков – это на сегодня, пожалуй, единственное, что способно всколыхнуть, подвигнуть к проявлению гражданской активности, вывести на улицы сколько-нибудь заметную его часть. Локальные по масштабу, разрозненные, но непрекращающиеся годами выступления в разных частях страны при пристальном рассмотрении рисуют картину вязкого низового сопротивления русского народа, не желающего безропотно сходить на нет. Несмотря на долгие годы медийного шельмования и прямых гонений со стороны вельможных русофобов, сломить его до конца не удалось. Более того, власть (пусть отчасти и вынужденно) во многом пересмотрела собственный подход. Если 15–20 лет назад любая стычка на национальной почве заканчивалась для русской стороны поношениями в СМИ и репрессиями со стороны государства, то теперь органы власти, уступая давлению снизу и элементарному чувству самосохранения, всё-таки арестовывают оголтелых русоедов и отдают их под суд.
Долог путь, который русское общество прошло за тридцать с лишним постсоветских лет. Колоссальны его утраты. Но если необратимая логика развития исторического процесса привела страну к разрыву с Западом (ради вхождения в который десятилетиями насаждался антирусский космополитизм и разрыхлялось русское ядро внутри РФ), то она же требует и демонтажа тех внутренних институтов и политических практик, которое в своё время под вхождение в Запад создавались. Ельцинское идейное наследие в национальном вопросе несовместимо с задачей внутренней консолидации страны. Потенциальная консолидирующая сила в России только одна – русский народ. Но для того, чтобы по-настоящему таковой стать, русский народ должен реально почувствовать, что Россия – именно его страна, что он – её хозяин.
Трансформация космополитического и чуждого русскому народу государственного образования эпохи Ельцина в русоцентричную Россию, где русский народ имеет полноценный государствообразующий статус, а органы власти реализуют комплекс экстренных мер по защите его территории, по преодолению последствий его вымирания, национального и культурного упадка, по формированию вместо русоненавистнической “элиты” подлинного национального авангарда есть главная задача страны. Она не решаема без принципиального пересмотра самих основ государственной политики в отношении русского народа, который на деле именно что государствообразующий, а вовсе не “один из”.
В том, как именно вывести русский народ из этой незавидной категории “одного из” и перенастроить на новых принципах государственный механизм, и заключается сегодня ключевой вопрос России.
Игорь Бойков
Фото: © РИА Новости, Михаил Климентьев