Инвестиционный форум «Россия зовёт!»



 

Владимир Путин принял участие в работе VI Инвестиционного форума «Россия зовёт!», организованного «ВТБ Капитал».

 

Основные темы форума – привлечение международных инвесторов на российские рынки и увеличение инвестиций в российскую экономику в условиях сложившейся обстановки в мире и введённых в отношении России санкций.

* * *

Выдержки из стенографического отчёта опленарном заседании «Развитие России: в поисках новых возможностей»

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые дамы и господа, дорогие друзья!

Я снова рад приветствовать всех участников и гостей форума «ВТБ Капитал» «Россия зовёт!». На этой площадке традиционно собираются представители деловых кругов из разных стран мира, лидеры крупных инвестфондов, глобальных компаний. Многие из вас практически работают в России, вы хорошо понимаете возможности и долгосрочные перспективы работы в нашей стране. И, конечно, мы высоко ценим ваш настрой на содержательный откровенный диалог, на конструктивное сотрудничество – независимо от текущей политической, да и экономической конъюнктуры.

Впервые форум собрался, как вы знаете, в 2009 году – в период, когда мы ощущали последствия глобального экономического кризиса. И это не помешало нам строить совместные планы на будущее. Многие из этих планов уже успешно реализованы, стали конкретными деловыми проектами, потому что мы друг другу доверяем, работаем вместе как партнёры. Хотел бы особо отметить, что многие серьёзные инвесторы и давние экономические партнёры нашей страны по-прежнему наращивают инвестиции в самых разных секторах российской экономики.

Уважаемые дамы и господа! Мы разделяем принципы ВТО, в отличие от некоторых отцов-основателей этой организации, но стремимся и будем стремиться к тому, чтобы Россия развивалась как открытая, рыночная экономика. Такой стратегический курс остаётся неизменным.

Будем последовательно решать стоящие перед Россией задачи. Внешние ограничения вредны не только для российской, но и для всей мировой экономики, укрепляют только нашу решимость добиться результатов по приоритетным направлениям развития страны, а это рост экономики, обновление промышленности и инфраструктуры, создание современных рабочих мест и повышение качества жизни граждан Российской Федерации.

Да, условия стали сложнее, но это, как я уже заметил, стимул для нас концентрировать ресурсы и выбирать лучшие решения, достигать целей в более сжатые сроки, работать эффективнее по всем направлениям.

В основе наших действий, как и прежде, будет ответственная, сбалансированная макроэкономическая политика, бюджетная политика. События этого года ещё раз убедили нас в правильности такого выбора, который мы сделали много лет назад.

Несмотря на сложную внешнюю ситуацию, по итогам января–августа текущего года федеральный бюджет имеет профицит свыше 900 миллиардов рублей, это 2 процента ВВП. И это вдвое выше, чем за соответствующий период прошлого года. При этом мы сохраняем приверженность бюджетному правилу, то есть часть нефтегазовых доходов направляется в резервные фонды. Их общий объём увеличился и в настоящий момент превышает 9 процентов ВВП России.

Что касается инфляции, то по итогам года она составит порядка 7,5, 7,6, около 8 процентов, что действительно выше показателей прошлого года (в 2013 году это было 6,5 процента). Причина тоже понятна: в росте цен на некоторые продукты питания. Кстати сказать, и вы это тоже прекрасно понимаете, это дополнительный стимул у нас для развития сельского хозяйства.  При этом отмечу, что монетарная инфляция не превышает запланированный по итогам года показатель в 5 процентов.

Федеральный бюджет 2015 года и на период 2016–2017 годов, который Правительство направило в Думу, предполагает весьма умеренный дефицит – 0,5–0,6 процента ВВП при базовой цене нефти в 96 долларов за баррель. Это устойчивые базовые параметры, которые позволяют строго выполнять все бюджетные обязательства, включая социальные.

Особо отмечу, что, несмотря на сложности, мы не стали усиливать налоговую нагрузку на бизнес. Вы знаете, мы не скрывали этих дискуссий в руководстве страны, в Правительстве: мы не пошли по этому пути, по пути увеличения налоговой нагрузки, и не планируем вводить какие-либо валютные ограничения или ограничения по движению капитала. Надеюсь, что об этом уже сегодня говорили.

Да, сейчас мы наблюдаем сильные колебания на валютном рынке. На этот счёт звучит много разных комментариев, но подчеркну главное: фундаментальные факторы, обеспечивающие стабильность, у нас очень сильные, надёжные. Это бездефицитный фактически бюджет, значительные резервы, крепкий платёжный баланс. Так, сальдо текущих операций оказалось даже больше, чем мы ожидали.

Также отмечу, что у Банка России достаточно инструментов, чтобы обеспечить финансовую устойчивость. Добавлю, что переход Банка России к плавающему курсу не означает полного отказа от валютных интервенций. Собственно говоря, вы это, наверное, и наблюдали совсем недавно.

Кроме того, считаем необходимым оградить себя от возможных рисков в ряде наиболее чувствительных секторов. Для этого будем формировать дополнительный запас прочности, прежде всего в финансовой сфере.

Уже сейчас созданы механизмы, позволяющие совершать на территории Российской Федерации операции с использованием пластиковых карт ведущих платёжных систем даже в случае отключения от этих систем отечественных банков.

В течение 2015 года будет создана национальная система платёжных карт с независимой от международных систем инфраструктурой: единым операционным центром и собственными платёжными инструментами. Она должна обеспечить безопасность и конфиденциальность расчётов наших граждан.

Далее. Будем придерживаться и заявленного курса на расширение и диверсификацию внешнеэкономических связей. Среди приоритетов – углубление делового, торгового, инвестиционного, технологического партнёрства со странами Латинской Америки, государствами АТР, с нашими коллегами по БРИКС в том числе, разумеется – и с Китаем, и с Индией.

В ходе майского визита в Пекин, как вы знаете, подписан большой пакет российско-китайских экономических соглашений на десятки миллиардов долларов. Среди них – 30-летний контракт на поставки российского газа в Китай.

Создание инфраструктуры, необходимой для его реализации, станет одной из самых масштабных строек в мире. Дело, конечно, не только в энергетическом сотрудничестве – мы намерены работать и по другим направлениям.

Добавлю, что недавно российская компания «Газпромнефть» осуществила в Китай первую пробную поставку нефти за рубли. В дальнейшем намерены активно использовать национальные валюты при торговле энергоресурсами, при осуществлении прочих внешнеэкономических расчётов как с Китаем, так и с другими странами. Вы знаете, что созданы соответствующие механизмы и в рамках БРИКС.

Видим в использовании национальных валют серьёзный механизм снижения рисков, новые возможности для участников экономической жизни и, конечно, широкие перспективы для стимулирования региональных интеграционных процессов. Напомню, что уже с 1 января 2015 года вступает в силу договор о создании Евразийского союза: формируется 170-миллионный рынок со свободным движением товаров, услуг, капиталов. Этот проект способен принести серьёзные выгоды для отечественных компаний и иностранных инвесторов.

Напомню, уважаемые коллеги, что это Россия является членом ВТО, а Казахстан, Белоруссия – нет. Но принципы, на которых мы строим Евразийский союз, полностью соответствуют нормам и принципам ВТО. Поэтому исхожу из того, что и нашим иностранным партнёрам работать на этом объединённом рынке будет легче.

Сейчас завершается процесс присоединения к Евразийскому экономическому союзу Армении, активно ведётся диалог с Киргизией. Уверен, что в перспективе число участников этого объединения будет расти. При этом мы хотели бы, чтобы Евразийский экономический союз наладил тесные связи с другими интеграционными структурами как в и Европе, так и в Азии. Подобное взаимодействие добавило бы устойчивости всей глобальной экономике. И конечно, такой диалог особенно важен с Евросоюзом, который является нашим ведущим торговым партнёром.

Дамы и господа! Наряду с развитием внешней торговли, стимулированием экспорта, участием в интеграционных проектах мы намерены в полной мере использовать одно из конкурентных преимуществ России – ёмкий внутренний рынок. По объёму он занимает шестое место в мире. Наша задача в ближайшие годы осуществить индустриальный рывок, создать сильные национальные компании в обрабатывающих секторах, способные производить конкурентоспособную продукцию.

Отмечу, что многие российские регионы уже сейчас показывают очень хорошие результаты развития обрабатывающих отраслей. В некоторых субъектах Федерации темпы роста промышленного производства превышают 10 процентов по итогам января–августа 2014 года. Всё больше российских регионов предлагают интересные, выгодные инвестиционные проекты. Этот рост в Курской и Воронежской областях составил 11 процентов, в Тюменской и Владимирской областях, Пермском крае – 12 процентов, в Мордовии и Тульской области – 16, в Оренбургской – 16,6 процента.

Большие перспективы у отечественного сельского хозяйства и отраслей производства продуктов питания. Уверен, что Россия будет укреплять свой статус одного из мировых лидеров по экспорту зерна, тем более что в этом году прогнозируется рекордный урожай зерновых. Рассчитываем, что российские предприниматели существенно расширят агропроизводство в тех секторах, где мы ещё пока зависим от импортных поставок, а также усилят свои позиции на мировых рынках за счёт поставок сельхозпродукции с высокой добавленной стоимостью.

Отдельно хотел бы сказать о машиностроении, станко- и приборостроении. Сегодняшняя ситуация объективно формирует мощный стимул для интенсификации научно-технических исследований, причём по всем направлениям, где технологическая зависимость от зарубежных партнёров является избыточной. Речь прежде всего идёт о критически важных импортных – пока импортных – технологиях.

Проекты в промышленности и сельском хозяйстве получат доступ к кредитным ресурсам по низкой процентной ставке через инструменты проектного финансирования. Знаю, и многие в этом зале сейчас, наверное, подумают, где они, эти низкие ставки, где эти «длинные» деньги? Уверяю вас, мы постоянно над этим работаем, думаем, и инструменты предлагаются, вопрос только в их эффективном внедрении. Вот это проектное финансирование, о котором я сказал, оно может быть вполне использовано в качестве такого долгосрочного инструмента. Вопрос – в этих проектах, которые были бы интересны, перспективны и эффективны.

Кроме того, начиная уже с 2015 года будет запущен и фонд развития промышленности. В обновлении экономики и инфраструктуры мы намерены использовать как собственные финансовые ресурсы и источники, так и активизировать сотрудничество с инвестфондами, банками других стран. Доверие серьёзных финансовых структур к России не снижается, это видно по работе Российского фонда прямых инвестиций: в совместные инвестпроекты и платформы уже привлечено порядка 15 миллиардов долларов.

В проекте бюджета на предстоящие три года предусмотрены средства на докапитализацию Российского фонда прямых инвестиций. Пополнение ресурса фонда будет произведено в 2016–2017 годах. Хочу подчеркнуть, РФПИ должен быть докапитализирован до запланированного уровня, что позволит фонду серьёзно расширить линейку проектов.

Также в предстоящий период пополнятся ресурсы и Внешэкономбанка. Начиная с текущего года в его уставной капитал будет направлено не менее 30 миллиардов рублей, соответствующие средства также предусмотрены. Для сохранения масштабов участия Внешэкономбанка в национальной экономике ему будет обеспечен необходимый объём ликвидности.

Кроме того, государство готово оказывать поддержку тем секторам и компаниям, которые столкнулись с неоправданными внешними санкциями, в том числе мы подумаем, конечно, – окажем им помощь в увеличении капитала, имею в виду, прежде всего, конечно, финансовые учреждения.

Далее. Предложим системную работу по улучшению делового климата в России. Совместно с бизнес-сообществом мы уже внесли серьёзные изменения в правовую базу на федеральном и региональном уровнях, сняли многие барьеры, оптимизировали административные процедуры. Очевидный прогресс здесь подтверждают и оценки ведущих международных институтов. Но, хотел бы ещё раз сказать, главное не место в рейтингах – принципиально важно, насколько удобно работать инвестору в конкретном регионе Российской Федерации.

Рассчитываю, что в течение осенней и весенней сессии Госдума, парламент, примет весь оставшийся пакет законопроектов в рамках национальной предпринимательской инициативы по улучшению делового климата, и, пользуясь случаем, прошу депутатов оперативно и конструктивно их рассмотреть. Порядка 30 законопроектов, а общее их количество около 100, ещё находятся в работе ведомств-исполнителей. То есть работа ведётся большая, и предстоит ещё очень большая работа, но мы будем постоянно ей заниматься.

Более открытой, прозрачной становится и работа контрольно-надзорных органов. Тоже ещё много здесь проблем, но всё-таки сдвиги положительные имеются. Завершается создание единого федерального портала проверок предпринимательской деятельности. Предприниматели, всё общество получат доступ к информации о том, какой проверяющий орган и с какой целью инициировал проверку той или иной компании и, что очень важно, какие результаты получены.

Подчеркну, мы работаем с бизнесом как настоящие партнёры: ни одно решение, затрагивающее деловую среду, не принимается без участия бизнеса, ведущих предпринимательских объединений России. При этом предприниматели сами осуществляют постоянный контроль за тем, как на практике реализуются наши решения. Результаты таких проверок поступают и в Администрацию Президента, и в Правительство Российской Федерации.

На основе опросов предпринимателей составляется и национальный рейтинг инвестиционного климата в регионах России. Он помогает выявлять и распространять эффективные практики создания благоприятного делового климата, благоприятной деловой среды. Добавлю, что конкуренция региональных управленческих практик станет серьёзным стимулом для субъектов Федерации создавать лучшие условия для инвесторов. В конечном счёте это означает динамичное развитие всей территории России.

Уважаемые коллеги! Мы настойчиво движемся к тем целям, которые ставим перед собой, искренне хотим построить сильную, процветающую, свободную и открытую для мира страну. И очень рассчитываем на нашу совместную работу.

Спасибо вам большое за внимание.

<...>

А.КОСТИН: Уважаемый Владимир Владимирович! Вы в своей речи уже дали ответы на многие вопросы, которые вчера и сегодня задавались в этом зале, в частности по вопросу о бездефицитности бюджета, о неповышении налогов, о «длинных» деньгах, о том, что у российского руководства нет никаких планов по введению валютных ограничений, движений капитала. Это, действительно, вопросы, которые волновали нашу аудиторию эти два дня, но я думаю, что есть и другие, наверное, вопросы, которые интересуют. Если Вы не возражаете, мы могли бы перейти тогда к некой сессии вопросов и ответов или Вы хотите какие-то сделать комментарии сейчас?

В.ПУТИН: Нет. У вас кто с утра выступал?

А.КОСТИН: У нас выступал Улюкаев, Силуанов, Набиуллина и Греф.

В.ПУТИН: Я даже и не знаю, что после таких выступающих можно ещё добавить. Вы всех их хорошо знаете, это как раз те люди, которые и формулируют, и осуществляют экономическую политику в России, причём много лет.

А.КОСТИН: Но они всё спорят, а точку всё равно Вы ставите, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Ну, да. Мне нужно только улыбнуться, наверное, в некоторых местах, показывая, что не так страшен чёрт, как его малюют, прости Господи, и насупить брови, показывая, что не позволим.  Давайте попробуем в таком режиме поработать. (Смех.)

А.КОСТИН: Вопросы есть после этого или нет? (Смех.)

В.ПУТИН: Во-первых, я бы, знаете что, вначале хотел бы поблагодарить наших коллег – разумеется, и российских, мы с российскими постоянно в контакте, и иностранных, в данном случае которые приехали, участвуют в нашей совместной работе, тех, кто выступал сегодня здесь. Хотел бы выразить надежду на то, что все их планы будут реализованы – реализованы самым лучшим, самым эффективным образом.

И сейчас у всех на устах – полагаю, нам не стоит на этом зацикливаться, но в самом начале только скажу: всякие ограничения, о которых я вскользь упомянул в своём выступлении, так называемые санкции – дурь, конечно, полная со стороны тех правительств, которые ограничивают свой бизнес, мешают ему работать, понижают их конкурентоспособность, освобождают ниши на таком перспективном рынке, как российский, для их конкурентов. Мы к этому относимся спокойно. Жалко только, что нарушаются фундаментальные принципы ВТО, мировой экономики, рыночной экономики, конкуренции, подрывается доверие к международным финансовым институтам, доверие к резервным валютам – к доллару и евро. Это наносит долгосрочный такой, невидимый на первый взгляд, ущерб для всей мировой экономики.

Мне бы очень хотелось надеяться на то, что мы этот период непонимания всё-таки преодолеем и выйдем на устойчивый тренд развития мировой экономики. Россия готова будет, разумеется, вносить свой вклад в эту общую работу.

Если есть какие-то вопросы, пожалуйста.

ВОПРОС (как переведено): Меня зовут Кристофер, я член совета директоров инвестиционной компании Швеции. Позвольте мне задать первый вопрос.

Компания делит портфель инвестиций в российскую электроэнергетику – почти миллиард долларов по первоначальной рыночной капитализации. У меня вопрос о том, как лучше реализовать инвестиционный рывок и внедрение инновационных технологий, например зимние шины «Пирелли», которые всё более необходимы из-за известных изменений внешних геополитических условий; об этой необходимости как раз сказал и Владимир Владимирович в своём выступлении. Пожалуй, цели, поставленные в известных президентских программных указах в мае 2012 года, а именно повышение соотношения инвестиций к ВВП до 27 процентов ВВП, теперь, в сегодняшних условиях, выглядят даже слишком скромно.

Вот вопрос. Этот инвестиционный рывок – он будет опираться прежде всего на государственные компании или же, возможно, ради производительности, эффективности было бы лучше делать акцент на частный сектор, на инвестиционную активность частного сектора? И назову один конкретный пример из возможных тысяч: через воплощение официального плана Правительства по приватизации региональных электросетевых компаний МРСК.

В.ПУТИН: Вопрос очень конкретный, профессиональный и очень кстати, потому я не хочу сказать что-то нового, а я хочу подтвердить нашу принципиальную позицию, которая заключается в том, что мы всегда делали и намерены в будущем делать акцент на привлечение частных инвестиций. Но для этого нужно создавать определённые условия. Без известных вложений со стороны государства здесь тоже не обойтись, в том числе имею в виду и развитие инфраструктуры.

Для всех понятно, что без развития инфраструктуры вложения в отдельные секторы экономики очень затруднительны, частные инвестиции очень затруднительны или почти невозможны, потому что делают эти инвестиции очень накладными и малоэффективными. Поэтому здесь роль государства будет заключаться в инвестициях в инфраструктуру.

Ваша сфера деятельности, конечно, очень прибыльная, и мы помним свои обязательства перед нашими инвесторами – это не только ваша компания, но и другие скандинавские компании, из Центральной Европы, из Западной Европы, которые вложились в электроэнергетику, – мы помним свои обязательства, связанные с либерализацией рынка электроэнергии.

Вы наверняка участник всех наших дискуссий, знаете, что мы вынуждены действовать аккуратно, имея в виду ещё события 2008–2009 годов. Аккуратно в том смысле, чтобы не нанести какого-то серьёзного ущерба потребителям. Но в этом направлении мы будем двигаться, в том числе это касается и приватизации тех сетей, о которых Вы упомянули.

А.КОСТИН: Владимир Владимирович, если я не ошибаюсь, по-моему, Кристофер был британским дипломатом в посольстве в Москве, правильно? А потом бросил это дело. Так полюбил Россию, что остался здесь.

В.ПУТИН: Шпионажем заниматься всю жизнь невозможно. Видите, я тоже поменял место работы, и правильно (Смех.)

Вы знаете, мне Киссинджер как-то сказал, я его очень уважаю, он очень интересный человек, очень умный, мы когда с ним познакомились, это было в Петербурге где-то в начале 1990-х годов, я его встречал в аэропорту, он меня начал спрашивать, где я работал, – я начал перечислять, но, не говоря ему, естественно, то конкретное учреждение, где работал, а он всё время меня спрашивает: «А до этого?» В конце концов он меня достал, я говорю: «Я в советской разведке работал». Он на меня посмотрел: «Все приличные люди начинали в разведке. Я тоже».

А.КОСТИН: Спасибо.

Номер два, пожалуйста.

ВОПРОС (как переведено)Вопрос заключается в следующем: за последние три года рост шёл более медленными темпами, чем планировалось на период 2012–2018 года. Как Вы думаете, те цели – достижимы ли они? Если нет, то какие прогнозы по росту Вы используете сейчас, принимая стратегические решения?

В.ПУТИН: Вы знаете, цели у нас, конечно, меняться не будут. Разумеется, жизнь всегда вносит какие-то коррективы, и сейчас возникает вопрос. Вот мы говорили об определённых целях и, когда формулировали эти цели в середине 2012 года, говорили тогда, и это было правильно, что эти цели могут быть достигнуты при определённых темпах роста российской экономики. Сейчас мы видим, что эти темпы не соответствуют тем показателям, на которые мы рассчитывали. Значит ли это, что мы должны отменять эти стратегические цели? Нет, конечно.

Во-первых, давайте вспомним, 15 лет назад мы говорили о необходимости удвоения ВВП за десять лет. И тогда это казалось совершенно невероятным. Больше того, многие просто смеялись над нами, говорили, что это завиральные идеи, а мы это сделали. Сейчас, конечно, другой тренд, и не только в нашей – и в мировой экономике.

Здесь выступавшие, как модератор наш сейчас сказал, наши министры, Председатель Центрального банка – они вам рассказывали наверняка про цикличность экономики, про структурные ограничения, правильно? Ну вот, я слушаю это каждую неделю. Но на самом деле ведь на 100 процентов никто не может ничего сказать.

Не знаю, упоминали или нет вопрос: какая будет цена на нефть? Мы бюджет рассчитываем из 96 долларов. А что с ней будет дальше, а каковы риски в мировой энергетике, связанные с политическими рисками и с тем, что происходит, скажем, на Ближнем Востоке, никто этого не может предсказать. Поэтому мы всё-таки исходим из того, что цели мы оставляем в неизменном виде, но должны будем искать такие инструменты, которые позволили бы нам их достигнуть либо хотя бы приблизиться к этим целям другими инструментами.

Это какие? Они хорошо известны: это улучшение делового климата, создание условий, как коллега говорил, для привлечения частных инвестиций (и отечественных, и иностранных), это разбюрокрачивание экономики, целый набор. Вот господин Шохин знает, он нам постоянно ставит эти задачи, но хуже или лучше, когда-то не очень хорошо, а иногда и действительно достаточно удовлетворительно, мы эти задачи решаем и будем двигаться по этому направлению дальше.

Я просто не сомневаюсь, что основные показатели мы будем достигать, в том числе будем двигаться по пути дальнейшей приватизации и государственных активов. Смотрите, на 2015, 2016, 2017 годы там целый большой перечень. Кстати говоря, конечно, мы должны будем смотреть на конъюнктуру в отдельных секторах, когда будем принимать окончательные решения, но мы всё-таки будем это делать.

Вы упомянули указы 2012 года, где поставлены определённые цели, и тут же сказали: ситуация изменилась. Да, изменилась. Если обратите внимание, в этих моих статьях предвыборных, а затем в указах мы говорили о том, я говорил о том, что мы будем заниматься приватизацией, но как бы за скобки я вынес энергетические компании наши. А сейчас ситуация меняется, и я не уверен, что мы должны вот так сохранять эту позицию. И, более того, мы сейчас рассматриваем возможности выхода на рынок с крупными пакетами наших крупнейших энергетических компаний, которые находятся под контролем государства. Мы найдём эти решения и, уверен, будем двигаться достаточно энергично вперёд.

А.КОСТИН: Спасибо.

Четвёртый сектор, пожалуйста.

ВОПРОС (как переведено): Благодарю. Мой вопрос связан с Вашим взглядом, господин Президент, на Центральный банк. Сейчас мы находимся в тяжёлой ситуации: рост мал, а инфляция довольно велика. Когда Вы смотрите на комментарии Центробанка, они признают важность снижения инфляции. И, действительно, будущие цели по снижению инфляции – это исторический минимум. Сейчас, в этот период, должно ли быть снижение инфляции главной целью Центрального банка?

В.ПУТИН: Главной целью любого центрального банка – и российского – является поддержание устойчивости национальной валюты. Решение этой задачи без снижения инфляции невозможно.

Кроме всего прочего, и я говорил это в своём выступлении, мы в предыдущее десятилетие придерживались очень строгих макроэкономических принципов. Конечно, всегда исходили из реалий – и сегодня будем исходить из реалий, но мы будем стремиться к тому, чтобы эти принципы не нарушать. Не знаю, говорили вам коллеги или нет, но я даже, кстати, упомянул сегодня в своём выступлении о том, что мы, допустим, сохраним так называемое бюджетное правило: мы при всём желании наших коллег по отраслям не увеличиваем безрассудно государственные расходы.

Что касается небольшого всплеска инфляции, я думаю, что подавляющее большинство в этом зале понимают это, он связан прежде всего с продуктовой корзиной и с нашими действиями по ограничению импорта продовольственных товаров из ряда наших стран-партнёров как ответной мерой на их санкции в отношении российской экономики. Здесь минус есть? Ну, конечно, есть. Но я точно убеждён, точно уверен, абсолютно, что это временный характер носит.

Безусловно, это будет замечательным стимулом, и не только политическим, это экономический стимул для вложения в сельхозсектор. Сейчас наш китайский коллега, друг выступал, он же, по-моему, тоже упомянул как одно из направлений вложения в сельское хозяйство России. Почему? Норма прибыли солидная. И это, безусловно, будет стимулом для развития сельского хозяйства в России.

Мы и так уже продвинулись очень существенно за последние несколько лет. В прошлом году рост сельхозсектора Российской Федерации составил 6,2 процента. Мы существенным образом сократили свою зависимость от импорта мяса птицы, свинины. Ещё большая зависимость – 26,5 процента, по-моему, по говядине сохраняется, но это перспектива роста для сельхозсектора. Так что я здесь трагедии никакой не вижу.

Конечно, мы должны смотреть внимательно, антимонопольные службы должны смотреть внимательно за необъективными тенденциями, связанными со спекуляциями на рынке, это само собой. Но это временное явление, я уверен. А политика Центрального банка, если закончить ответ на Ваш вопрос, всё-таки она является сбалансированной, и, знаете, Центральный банк не замыкается в рамках каких-то догм: вот потребовалась интервенция – они это сделали. Она последовательная и достаточно гибка.

А.КОСТИН: Спасибо. Даже банкиры не жалуются на Центральный банк у нас.

В.ПУТИН: Жалуются, все жалуются. На Центральный банк, так же как на Минфин, все жалуются. Ставки, говорят, держит высокие, ещё что-то – постоянно жалуются, как же.

А.КОСТИН: Первый сектор, пожалуйста.

ВОПРОС: (Как переведено.) Добрый день! Меня зовут Майкл, я из США.

Господин Путин! Вы упомянули санкции несколько ранее. Воздействие этих санкций на стоимость капитала в России – оно возросло. Это означает, что теперь глобальному капиталу труднее сотрудничать. Думаете ли Вы, что Правительство должно помочь найти решение этого вопроса? Одно из решений – это углубить внутренний рынок, создать рынок облигаций, который является более ликвидным, более глубоким. Каковы Ваши мысли по этой проблеме?

В.ПУТИН: Сразу видно, что Вы американец. По пути такого смягчения бюджетной политики ваше правительство идёт – и, наверное, правильно делает, но именно потому, что США, как известно, производят самый главный свой продукт: доллары производят. Но мы доллары не производим, и поэтому мы должны действовать очень аккуратно.

Что касается рынка ценных бумаг, Минфин и так их выпускает, эти ценные бумаги, но мы должны внимательно следить за их объёмом на внутреннем рынке, потому что финансовый сектор с удовольствием будет скупать эти бумаги Правительства Российской Федерации. Но это значит, что мы уберём часть ликвидности с рынка и поставим в достаточно сложное положение реальный сектор российской экономики.

Мы это имеем в виду, понимаем, и мы, конечно, будем эти инструменты использовать и внутренний долг будем немножко увеличивать потому, что он у нас на рекордно низком уровне находится, на очень низком во всяком случае, но будем действовать очень аккуратно. Всё-таки рост мы должны обеспечить не за счёт накачки ликвидностью или там какими-то финансовыми инструментами, а за счёт структурных преобразований в экономике Российской Федерации.

А.КОСТИН: Спасибо.

Пожалуйста, пятый сектор.

ВОПРОС: Добрый день. Меня зовут Седрик Этлишер, я француз, избранный представитель французов, проживающих в России, а также член совета директоров маленького банка.

Я хотел просто отметить, что все эти два дня мы говорили про макроэкономику. Мы как маленькие игроки в России, мы работаем по микроэкономике. И в этой сфере на сегодня мы занимаемся всем, что касается улучшения жизни или просто экономии денег в маленькой деревне или в маленьком городе в разных регионах России. И тут мы видим мало поддержки, или мало понимания, или мало желания.

Вот сейчас мы работаем, например, над проектом, который будет помогать городу уменьшить затраты на электричество для свой лампочки. И такой маленький банк сейчас поможет потому, что другие банки отказывались работать под такой проект, который не такой гламурный, как электро-, энерготопливо или газ, но такой, который может давать улучшение жизни в этом городе, потому что налоговая нагрузка будет намного меньше.

Следующий этап – сельскохозяйственный. И тут очень интересно работать с маленькими производителями. И с 8 августа, когда начинали уже ответ из России, в течение десяти лет, как я живу в России, я много помогал импортировать из Франции, привозить свой товар и экспортёрам искать свой товар, а в долг – надо искать дружеский товар, мы его нашли, но надо ещё усилить все местные власти помогать своим маленьким производителям.

Последний маленький анекдот. Я был на Алтае, они все жалеют, что у них нет денег на удобрения. Я сказал: давайте поможем им, всё будет продаваться как био- или экологически чистый товар.

Вопрос: помощь сети микроэкономики, которая в принципе сегодня создаёт очень много рабочих мест, и пополнить в принципе все эти полки в магазинах. Но эта помощь нужна, потому что мы её не совсем чувствуем.

В.ПУТИН: Я не очень, честно говоря, понимаю, в чём там проблема. Вы подойдите ещё по поводу… Там наверняка всё это с финансированием связано. Вот у ВТБ денег немерено, они Вам помогут. (Смех.) Они не знают, куда вставлять, где хорошие проекты. Только все плачут, что не хватает, а на самом деле где хорошие проекты, все ищут хорошие проекты.

Что касается маленьких проектов, малого и среднего бизнеса, то, безусловно, здесь мы в большом долгу перед этим сектором российской экономики. У нас необходимые инструменты созданы, но, к сожалению, они не имеют полноценного государственного финансирования. И вот эти все фонды, которые предусмотрены для поддержки малого бизнеса, мы, конечно, должны будем увеличивать, так же как и будем совершенствовать механизмы их поддержки и различного льготирования. Это касается не только федерального уровня. На этом направлении, конечно, более активно должны работать и региональные российские власти, и муниципальные. И здесь Вы, безусловно, правы, здесь наверняка много проблем.

Есть регионы, которые у нас являются продвинутыми в этом отношении, и я некоторые из них упоминал, но есть, к сожалению, такие, в которых ещё нужно много чего сделать. Именно поэтому, и я тоже об этом сегодня сказал, мы вместе с бизнесом выстраиваем систему оценки эффективности работы региональных и муниципальных команд. Таким образом будем стараться влиять на то, какие условия они создают для развития малого и среднего бизнеса.

И конечно, что касается небольшого бизнеса (этого мы ещё не сделали как следует, это нужно сделать), разворачивать надо систему микрофинансирования – то, что уже во многих странах мира сделано, то, что придумал в своё время, по-моему, как раз один из наших индийских коллег, и то, что развивается по многим направлениям, за что Нобелевские премии получали. К сожалению, здесь мы ещё явно недорабатывали, а это очень большой резерв развития нашей экономики в целом.

Что касается Вашего конкретного проекта, действительно, я уже без всяких шуток попрошу нашего модератора, чтобы с Вами пообщался.

А.КОСТИН: Обещаю, что на биоудобрения в Алтайской области деньги дадим точно.

В.ПУТИН: Нет, это действительно важное, интересное направление и перспективное.

А.КОСТИН: Хорошо.

Второй сектор.

ВОПРОС (как переведено): Штаб-квартира Германии. Спасибо, что позволили задать вопрос. В этом году Россия делала большие усилия по усилению экономического взаимодействия с Азией и Латинской Америкой. Является ли это долгосрочной стратегической целью по развитию связей с этими регионами, а не с Европой и США, или это только временный феномен, связанный с нынешней ситуацией?

В.ПУТИН: Вы же представляете глобальную компанию, и мы все знаем, здесь сидящие, как энергично развивается Азия сегодня. Коллеги выступали здесь из Индии, пока я ещё не пришёл, из Китая. Но я уверен, что, когда представитель китайского инвестфонда говорил о возможностях китайских инвестфондов, это всех впечатлило, всех.

Но как начинаешь только слушать про эти цифры, а они же реальные цифры, это же не придуманные, то это, конечно, заставляет задуматься на тему о том, как ответить на вопрос, который был задан нашим китайским коллегой: как использовать рост Китая в экономике каждой из наших стран, имею в виду всех здесь присутствующих? Поэтому и Россия также думает об этом – и думает не вчера, не в связи с какими-то там санкциями или ограничениями политического характера: мы давно об этом говорим.

А мы для чего создавали Шанхайскую организацию сотрудничества? А мы для чего создавали БРИКС, БРИКС с чего начался? Это в 2005 году, когда у нас «восьмёрка» проходила в Петербурге, мы договорились с нашими китайскими и индийскими друзьями встретиться втроём. Вот мы когда встретились, с этого начался БРИКС, а на последней встрече – там уже и ЮАР, и Бразилия, и договорились о чём: о создании пула валютных резервов совместно, о создании совместного банка.

Понимаете, мы думаем о расчётах в национальных валютах, создаём большие проекты по сотрудничеству. Это наш осознанный выбор, который был сделан не вчера, не позавчера, не год назад – уже давно, много лет, имею в виду тренды развития мировой экономики.

Но с учётом этих санкций, о которых мы говорим, это нас подталкивает, конечно, ускорить эту работу, что мы и делаем, но ничего здесь такого необычного нет. И мы не собираемся, кстати говоря, сворачивать наши отношения с традиционными партнёрами, с Европой допустим, всё-таки у нас самый большой торговый оборот с Евросоюзом, со странами Евросоюза: 430 миллиардов. Это реалии сегодняшнего дня. Но мы должны смотреть в будущее.

А.КОСТИН: Спасибо.

Четвёртый сектор, пожалуйста.

ВОПРОС (как переведено): Спасибо большое за то, что Вы уделили время разговору с нами. Но я хотел бы поговорить по Украине. Если Вы смотрите на результаты ситуации в Украине, какое развитие ситуации будет наиболее соответствовать национальным интересам России, – и возможно ли вообще такое развитие ситуации? И что Россия хочет достигнуть?

В.ПУТИН: Национальным интересам России будет способствовать выход Украины из политического и экономического кризиса (а страна действительно оказалась в состоянии и политического, и экономического кризиса сегодня, глубокого), восстановление экономики, политической сферы, социальной. Мы заинтересованы в том, чтобы у нас был надёжный, предсказуемый партнёр и сосед.

Украина не чужая для нас страна. Я много раз об этом говорил и хочу ещё раз подчеркнуть: несмотря на всю трагедию, которую мы сейчас наблюдаем, особенно на юго-востоке, украинский народ всегда был и останется самым близким для нас братским народом. Нас связывает общность этническая, духовная, религиозная, историческая. И надеюсь, что, опираясь именно на эти фундаментальные основы нашего взаимодействия, мы будем развивать наши отношения в будущем и будем делать всё для того, чтобы это произошло – и произошло как можно быстрее.

Надеюсь, что и выборы в парламент Украины пройдут достойно, наконец наступит долгожданная политическая стабилизация. Но и не могу не сказать о том, что мы исходим из того, что все люди, которые проживают в любом уголке Украины, будут пользоваться полными правами, предусмотренными в нормах международного права и в украинских законах, никто не будет дискриминироваться ни по языковому принципу, ни по этническому принципу, ни по религиозному. Но только так и можно сохранить территориальную целостность страны, только так можно вернуться к её единству и обеспечить развитие экономики и социальной сферы. Мы очень на это надеемся и будем всячески этому способствовать. 
Вот там коллега руку поднимает, дайте микрофон, пожалуйста.

ВОПРОС: Мой вопрос касается так называемого дела «Башнефти»: в основе этого дела фактически лежит утверждение о том, что имущество было приватизировано незаконно и необходимо его изъять и вернуть государству. Вы в своих выступлениях неоднократно говорили о том, что приватизация проводилась достаточно нечестно, с большими проблемами, также шла речь, что олигархи – это не подарок. Безусловно, и в том, и в другом трудно с Вами не согласиться. Тем не менее, как Вы считаете, в интересах развития экономики целесообразно ли ворошить довольно-таки отдалённое прошлое? Там – если можно так выразиться, эти эпизоды: один из них произошёл больше десяти лет назад, другой больше 20 лет назад. И стоит ли ставить под сомнение права собственности? Тем более что с таким инструментарием можно изъять активы у любого собственника, не обязательно у того, кто приватизировал, но и у последующего.

Другими словами, мой вопрос такой. Вы сегодня говорили о Ваших предвыборных заявлениях и статьях, и я хотел спросить у Вас, потеряла ли актуальность фраза, которая содержалась в одной из Ваших предвыборных статей в 2012 году, где Вы написали, что в обществе много говорят о том, что приватизация была нечестной, Вы с этим согласны. И далее Вы пишете: «Однако отъём собственности сейчас, как предлагают некоторые, привёл бы просто к остановке экономики, параличу предприятий и всплеску безработицы».

В.ПУТИН: Я думаю, что непраздный вопрос, и хочу ещё раз подчеркнуть то, о чём говорил: никакого массового пересмотра итогов приватизации не будет. Но в то же время один случай от другого всегда системно и качественно могут отличаться. И поэтому если у правоохранительных органов возникли какие-то вопросы в этой связи либо в связи с движением активов, то мы не имеем права отказать правоохранительным органам в том, чтобы этот конкретный случай был расследован и было принято какое-то решение.

Надеюсь, что все решения будут лежать не в уголовной, а в гражданско-правовой, в арбитражной плоскости. Но я не собираюсь туда вмешиваться и не собираюсь давать никаких директивных указаний. Повторяю, это совсем не значит, что государство нацелено на то, чтобы в массовом порядке начать пересмотр итогов приватизации. Такого не будет точно.

Пожалуйста.

ВОПРОС: Здравствуйте! Меня и моих коллег интересует вопрос, на какой стадии имплементации являются две государственные программы, претворение в жизнь которых может существенно улучшить инвестиционную привлекательность российских компаний. Первая программа разрабатывается Министерством экономики, это меры по совершенствованию корпоративного управления. Вторая программа разрабатывается Аналитическим центром при Правительстве – повышение производительности труда. Про эти программы почему-то довольно мало пишут, мало говорят, там есть задержки. Насколько Вы считаете их стратегически важными и на какой стадии развития они находятся?

В.ПУТИН: Здесь же Улюкаев был, и Вы бы его спросили. Я тоже хочу его спросить, на какой стадии находятся разработки программ. А почему я хочу его спросить? Потому что считаю, что это важно. Наверняка они будут разработаны. Главное, чтобы они были эффективными, дееспособными и внедряемыми в практику. Но я уже упоминал о том, что мы ищем и будем генерировать новые инструменты улучшения инвестклимата, разбюрокрачивания экономики, создания условий для стартапов, целую систему, набор, который уже имеет место быть, вы наверняка знаете: состояние технологических платформ, поощрение регионов, которые помогают началу бизнеса, в том числе отнесение на федеральные затраты той части, которая связана с развитием инфраструктуры, субсидирование ставок по некоторым проектам.

Не знаю, говорили здесь коллеги про проектное финансирование, но я упоминал вскользь; что это означает, два слова скажу об этом: это означает, что проект тот или иной (кстати говоря, я прошу вас это иметь в виду и начать пользоваться этими возможностями) должен пройти апробацию в том же Министерстве экономики, в других ведомствах Правительства. Правительство должно гарантировать, что это эффективный, высококонкурентный проект и можно поручить фондирование соответствующему ВТБ или другому финансовому учреждению под ключевую ставку Центрального банка плюс один процент.

Это очень хороший инструмент, но ещё бизнес-сообщество плохо информировано о том, что это такое, как им воспользоваться, что для этого нужно сделать. Я считаю, что это может быть одним из существенных инструментов развития на сегодняшний день. И по тем программам, которые Вы упомянули, мы тоже будем работать.

А.КОСТИН: Последний вопрос давайте.

ВОПРОС: Господин Президент, Вы уже кратко упоминали тему, на которую я хочу задать вопрос, однако хочу углубиться в подробности. План приватизации, продажи всех госактивов (за исключением инфраструктурных монополий, а также военно-технического комплекса) – это по-прежнему часть Вашей стратегии или планы эти каким-то образом изменились?

В.ПУТИН: Да, немножко поменялись, я уже об этом сказал. И изменения в том заключаются, что мы не исключаем возможность продажи определённых активов наших крупных энергетических компаний, в которых у государства сегодня контрольный пакет. Правда, мы не собираемся из этих контрольных пакетов окончательно пока выходить, но рассматриваем возможность реализации некоторых из этих пакетов.

Я не знаю, может быть, пока об этом даже рано говорить, я просто не уловил, Правительство об этом уже говорило или нет, – если этого пока не было, то это в ближайшее время станет известно: мы рассматриваем такие возможности, и, скорее всего, они будут реализовываться, может быть, даже уже в этом году.

Кстати говоря, что касается оборонных активов, то же самое. Мы сейчас внимательно смотрим на то, как и какие. Конечно, не все, но некоторые предприятия могли бы быть – скажем, акционированная часть из их собственности может быть реализована на рынке. Это создаёт более благоприятные условия для развития – имея в виду, что государство вкладывает в оборонно-промышленный комплекс значительные ресурсы на ближайшее время – три триллиона рублей, и эти все средства предусмотрены в бюджетах этого, последующих годов.

Мы ничего там не сократили в этом отношении. Более того, мы немножко растягиваем госпрограмму вооружений потому, что промышленность не готова, – не потому, что денег не хватает: промышленность пока не готова. Будем больше вкладывать в инфраструктуру, больше будем вкладывать в развитие оборонно-промышленного комплекса, но там очень многое уже двойного назначения.

И наша «оборонка» уже на сегодняшний день из всего объёма выпускаемой продукции 25 процентов выпускает продукции гражданского назначения. И поэтому для того, чтобы сделать эти предприятия более гибкими, более эффективными, более конкурентоспособными, мы не исключаем, что некоторые из них могут быть, повторяю, акционированы и выведены на биржу, на рынок.

Большое вам спасибо за интерес, за очень интересную сегодняшнюю встречу, беседу. И позвольте мне искренне пожелать всем успеха!

А.КОСТИН: Спасибо, Владимир Владимирович! Спасибо, все участники!

Источник: http://kremlin.ru/news/46713#sel=100:1,104:37

 

 

 

 



войдите Vkontakte Yandex

Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.