Поймём насекомых - улучшим свою жизнь



О коллективном разуме общественных насекомых в интервью echo.az рассказывает энтомолог Кенюль Талибова.

Недавно наша газета беседовала с Кенюль Джейхун кызы Талибовой, энтомологом, кандидатом биологических наук. Кенюль ханум очень интересно рассказала об энтомологии, о насекомых, об иррациональном страхе перед ними - инсектофобии.

Разговор с Кенюль Талибовой вызвал большой интерес - нечасто встретишь людей, особенно женщин, которые с такой любовью относятся к насекомым, что сделали их изучение своей профессией.

Кандидатская диссертация Кенюль ханум была посвящена очень интересной теме - поведению и коммуникации пчел, а также коллективному разуму общественных насекомых.

Нашу сегодняшнюю беседу мы решили посвятить этому вопросу, тем более что в своем прошлом интервью Кенюль ханум нам это пообещала.

- Если речь идет о коллективном разуме, можно ли назвать насекомых разумными?

- Понятие "коллективный разум" применительно к общественным насекомым не тождественно понятию "разумные насекомые". (Общественные насекомые - группа насекомых, отличающаяся общественным образом жизни: муравьи, осы, пчелы, термиты, шмели и некоторые другие. - прим.ред.)

Что такое вообще понятие "разумный"? Так характеризуется человек: "человек разумный". Т.е. это существо, способное мыслить и принимать решения. Что такое разумность насекомых? Это как раз коллективный разум.

Применительно к человеку это понятие означает совместный мозговой штурм для решения какой-то проблемы, для совместного поиска какой-то идеи. У насекомых, а также у некоторых животных, птиц и рыб "коллективный разум" - это повторение всеми членами стада, стаи, косяка, роя одного и того же действия.

Например, пчелы строят соты, муравьи - муравейник, стая птиц вдруг, одновременно, в одну секунду меняет направление полета, а косяк рыбы - направление движения в воде. Или, если речь идет о ремонте, например, муравейника при разрушении, все муравьи вдруг начинают активно латать дырку.

- Но всегда ли проявляется "коллективный разум"?

- Нет, не всегда. И вот тут начинается самое интересное! Многие ученые-энтомологи посвящали свои исследования: они изучали, при каком количестве особей происходят совместные слаженные действия.

Если взять не улей, не сообщество муравейника, а несколько пчел или несколько муравьев, т.е. искусственно сократить количество особей и посмотреть, будут ли они так же слаженно выполнять привычные действия, то выясняется, что нет, слаженных действий уже не происходит, либо скорость поиска верного действия уменьшается в несколько раз.

Так, например, любой отдельно взятый муравей - существо до крайности примитивное. Если он поранит или утратит лапку, то так и будет ходить по кругу до полного истощения своих сил: он не способен скорректировать свои движения так, чтобы скомпенсировать возникшую в них асимметрию.

- И каково же количество особей в сообществе, когда количество переходит в качество?

- Для каждого вида социальных насекомых (а также животных, птиц и рыб) это количество разное. Биологи из американского Принстонского университета доказали: чем больше группа, тем слаженнее она работает.

А.В.Трехлебов, исследователь, автор нескольких книг по ведическому наследию славяно-ариев сделал очень интересный доклад, который не относится непосредственно к энтомологии, но один из разделов доклада четко перекликается с темой коллективного разума насекомых.

"Один муравей не знает, как строить муравейник, - пишет Трехлебов. - Десять, двадцать, тридцать муравьев также не знают, как делать это. Каждый из них будет заниматься чем угодно, но только не строительством муравейника. Они будут бегать, суетиться, но не строить.

И только когда наберется определенное количество муравьев, тогда в один миг каждый из них получит информацию, как правильно строить муравейник.

Ученые разделяли строящийся муравейник (и не только муравейник - термитник тоже. - К.Т.) свинцовым листом пополам, исключая возможность общения муравьев, находящихся с разных сторон этой преграды.

Но эти трудолюбивые насекомые продолжали с разных сторон строить муравейник, являющийся очень сложным сооружением и имеющим множество ходов сообщения и вентиляционных ходов.

Эти ходы точно стыковались друг с другом с разных сторон листа. Этот опыт говорит о том, что каждый муравей получает откуда-то информацию, как строить муравейник.

То же происходит и с прилетными птицами: одна птица не знает, куда ей лететь, и две, и три тоже не знают. Но когда набирается определенное количество птиц, то одна из них получает откуда-то информацию о всем пути перелета и становится вожаком этой стаи.

Раньше ученые думали, что вожаком стаи становится опытный самец, который уже не раз летал по этому пути и запомнил его. Но оказалось, что вожаком стаи может стать и молодой самец, у которого еще нет никакого опыта, но, однако, он прекрасно знает путь и ведет по нему стаю. То же самое происходит и со стаей саранчи.

Одна саранча не знает, куда ей лететь, когда вокруг не остается корма. Не знают этого ни десять, ни двадцать насекомых. Но когда набирается определенное количество особей, то вся стая разом поднимается и летит через пустыню, прямиком в ближайший оазис".

На эту же тему пишет Луи Тома, исследователь из Франции, многие годы занимающийся изучением термитов и некоторых других насекомых: "Поведение животных различается в зависимости от того, находятся они в стае или нет. Возьмите несколько термитов - ничего не изменить.

Увеличьте их число до некой "критической массы" и вы увидите перемены в поведении. Словно получив приказ свыше, термиты создают рабочие бригады. Они начинают складывать совместными усилиями, возводить колонны, таскать тяжести и строить непостижимые для одиночек конструкции. В результате они возведут постройку, напоминающую собор".

То же самое мы можем наблюдать и других животных - высших. Например, пасется стадо джейранов. К нему подкрадывается хищник. Один джейран заметил его, и тут же все стадо замирает, настораживается, потом резко, в секунду, срывается с места и бежит в одну сторону.

Некоторые ученые утверждают, что заметивший хищника джейран подает звуковой сигнал. Но таких сигналов не подается! Да даже если бы и подался такой сигнал, он бы означал "опасность!", но как тогда объяснить выбор одного и того же направления для бегства?!

Так что отсюда можно сделать один единственный вывод: закон перехода количества в качество в живой природе срабатывает постоянно. Иными словами, во всех действиях живых существ четко прослеживается действие закона критической массы.

Условно говоря, сознание каждой особи сливается в некий единый общий разум и рой, стадо, стая начинают действовать как единый организм. В этом случае опыт сообщества, приобретенная информация, наследственные знания каждой особи становятся общим знанием.

Ученые знают много случаев, когда стая перелетных птиц как бы опаздывает с вылетом - из-за "неполного" состава. Т.е. пока количество птиц в стае не станет тем единственно необходимым для совместного полета, для образования коллективного разума, стая не полетит. Если же количество особей в стае, рое и т.п. опускается ниже критической массы, сообщество в большинстве своем гибнет.

Однако есть противоположные примеры - когда количество особей превышает это неуловимую отметку критической массы. Так, известны случаи, когда животные словно по команде перестают размножаться. Об этом писал изучавший многих лет жизнь слонов доктор Лоус из университета Кембриджа.

Когда поголовье слонов достигает критической массы, то словно бы меняются законы природы: либо у самцов период зрелости наступает в более позднем возрасте, либо у самок пропадает способность к воспроизводству потомства.

Ту же картину можно наблюдать в популяции крыс и кроликов: если особей в сообществе становится больше "критической массы", то животные начинали беспричинно слабеть, умирать, самки переставали рожать.

- Можно ли сделать вывод, что этот закон критической массы, закон перехода количества в качество является для общественных животных жизненно необходимым для сохранения популяции?

- Да, причем не только для общественных, но и для всех остальных. Но я в своей диссертации так далеко не забиралась, я исследовала только общественных насекомых.

- Так что же это такое - коллективный разум? Что управляет роем, муравейником, стаей птиц или стадом тех же джейранов?

- Несмотря на огромное количество исследований на эту тему, ученые так и не могут внятно ответить на этот вопрос. Одни говорят, что все дело в инстинктах. Инстинктами, на мой взгляд, вообще очень удобно все объяснять. Как и обычаями и традициями у людей! (Смеется) Не знаешь, почему люди делают то или иное, говори смело - обычай такой!

Так и тут - инстинкты. Инстинкт, как я это понимаю, - это заложенное в генах единственно правильное поведение в конкретной типовой ситуации. Подкрался в пустыне лев - нужно спасаться. Достиг половой зрелости - нужно спариваться.

Родился детеныш - его нужно кормить и приучать к взрослой жизни, натаскивать на дичь - если речь идет о хищниках, или учить спасаться - если речь не о хищниках. Заболел - нужно искать целебную травку, которой лечились все предки. И так далее в других типовых ситуациях.

Но каким образом инстинкт может подсказать единое для всего сообщества направление, в котором нужно спасаться от того же льва?! Как инстинкт может подсказать направленность ходов в муравейнике, если вторая половина муравейника скрыта за свинцовой стенкой? Если б все на свете муравейники строились по единому "архитектурному" образцу и были полностью идентичны, я бы согласилась - да, это инстинкт. Но все муравейники разные!!!

Но хорошо, допустим, все дело в инстинктах. Инстинкт должен быть заложен в КАЖДОЙ особи. Однако, как я уже сказала выше, возьмите одного или даже десять муравьев: они не будут знать, что делать. Где же их инстинкты?!

Другой пример, разбивающий, на мой взгляд, версию инстинктов. Самый сильный инстинкт у любого живого существа - инстинкт самосохранения. Но вот что происходит с мышами-полевками и леммингами. Им свойственна миграция.

Если на пути они наталкиваются на какое-то препятствие, например, яму или ров, они не ищут обходной путь.

Они падают в него, погибают, заполняют своими мертвыми телами, создавая своеобразный мост для идущих за ними. Сильнейший инстинкт самосохранения уступает место... чему? Какой-то общей цели всего сообщества. Почему?

Другие ученые утверждают, что все дело в генетической памяти. Это она, мол, помогает общественным насекомым и остальным животным находить единое общее верное решение. На мой взгляд, это такая же "отмазка", как и инстинкты.

Во-первых, так никто до конца не объяснил, что такое генетическая память. Все разговоры на эту тему - это популизм в биологии, это спекуляция на интересе человека к загадке мироздания. Но допустим, все дело в генетической памяти.

Это она подсказывает саранче, где в пустыне оазис, птицам - направление юга, муравьям - "архитектуру" "типового" муравейника, а пчелам - размер и форму сотов. Но как можно объяснить такой опыт?

В воде был построен лабиринт, в лабиринт пущена рыба. Ей нужно было выбраться из лабиринта. Рыбы поодиночке бестолково плавали, ища выход или даже вообще не ища.

Стоило в лабиринт запустить стаю рыб, как выход из лабиринта был найден, "разум" каждой рыбы сложился в единый коллективный разум, который и нашел выход. При чем тут гены???

Третьи ученые пытаются объяснить все органами чувств, системой коммуникации, при которой насекомые передают друг другу информацию. Так, например, муравьи, прокладывая дорожку от муравейника, выделяют феромоны, которые чувствуют другие особи и идут по уже проложенному муравьями-разведчиками маршруту. Но феромоны не объясняют слаженных действий при строительстве, например.

- А еще какие-то версии есть - более экзотические?

- Исследователь и писатель Николай Левашов объясняет все теорией особого пси-поля. Именно благодаря этому пси-полю - по Левашову - происходит социальная организация сообщества насекомых.

Для наглядного объяснения, что такое пси-поле, Левашов приводит в пример магнит, когда под воздействием магнитного поля вокруг магнита выстраиваются железные опилки.

Левашов утверждает, что пытаться объяснить или создать модель сообщества общественных насекомых без учета пси-поля - это то же самое, что объяснять поведение железных опилок без учета магнитного поля, предполагая, что опилки перемещаются под воздействием неких программ, заложенных в память каждой отдельной частички железа.

- На мой взгляд, очень стройная версия! Не идет ни в какое сравнение с попытками объяснить все инстинктом или загадочной памятью генов.

- Не спорю. Однако среди официальной науки версия не находит приверженцев, потому что природу этих полей и принципы их функционирования не удается на сегодняшний день объяснить в категориях традиционных физики и химии. Хотя Левашов апеллирует к официальной науке, например, вот в таком объяснении все той же критической массы:

"Живые формы от простейших до высших имеют нервные системы, основой которых является нервная клетка - нейрон. Нервные системы отличаются количеством нейронов, степенью взаимодействия нейронов между собой и сложностью структуры, которую создают нейроны в каждом организме. Чем более сложную нервную систему имеет данный организм, тем более сложная у него система поведения, условных и безусловных рефлексов...

Для проявления сложных поведенческих реакций живое существо должно иметь большое количество взаимодействующих между собой нейронов, а при меньших количествах нейронов у организмов проявляется простая поведенческая реакция".

Более того, Левашов вовсе не отрицает роли передачи информации между отдельными особями с помощью обычных органов чувств и другой системы коммуникаций. У моих любимых пчел, например, это их знаменитый язык танца, которым они делятся самой разнообразной информацией.

Но при этом нервная система одной пчелы не может выполнять сложные поведенческие реакции, которые наблюдаются в сообществе. "Природа нашла очень оригинальный способ решения этой проблемы, - пишет Левашов. - Каждая отдельная особь (термит, муравей, пчела и т.п.) имеет свою нервную систему - пси-систему, которая создает вокруг особи защитную оболочку, сохраняющую ее индивидуальность при примитивности ее поведенческих реакций.

При повышении концентрации термитов на единице площади генерируемые всеми термитами пси-поля начинают разрушать индивидуальные защитные оболочки.

И когда концентрация численности становится критической для этого вида, происходит распад индивидуальных защитных оболочек и возникает одна общая для всех защитная оболочка колонии. Каждая особь при этом приобретает открытую пси-систему и становится частицей единой нервной системы всего общества".

- Может быть, коллективный разум объясняется какой-то недоказанной наукой системой коммуникации? Например, телепатией?

- Версию о телепатии в тридцатых годах прошлого века выдвинул британский орнитолог Эдмунд Селоус, который наблюдал за жизнью птиц и описал множество случаев, когда они вели себя словно высокоорганизованные существа, обладающие развитым интеллектом.

Вот, например, что он писал о поведении грачей: "Стая сидела на поле. Вдруг они поднялись в воздух, словно всполох черного пламени - мгновенно, единообразно.

Они действовали, словно команда фигуристов или пловцов, исполняющих синхронные фигуры, которые годами тренируются вместе и потому отточили каждое движение. Казалось, птицы обладают коллективным разумом, иначе как они могли вспорхнуть в один миг?".

Селоус считал, что у птиц существует механизм передачи мысли, настолько быстрый, что кажется практически мгновенным.

Версия о телепатии среди животных была в те годы очень популярной, но ученый мир ее не принял.

Вместо этого в пятидесятых профессор Морис Рабье, французский орнитолог, предположил, что вожак стаи птиц управляет ими при помощи ультразвука, передавая различные команды. Но наличие ультразвука доказано не было.

Другие ученые не придерживались таких экзотических версий. Так, в пятидесятых годах французский зоолог Пьер-Поль Грассе утверждал, что термиты строят свои жилища без центральной координации, руководствуясь лишь тремя последовательными шагами.

Суть поведения термитов он передает как "Кооперацию без общения". К этому выводу его привели долгие наблюдения за строительством термитника на начальных стадиях.

Грассе заметил, что насекомые строго соблюдают определенную последовательность действий. "Шаг 1. Найди немного земли или глины и с помощью слюны сделай катышек. Шаг 2. Ползай вокруг в поисках других катышков. Шаг 3. Завидев кучку катышков, тащи свой катышек на верх этой кучи. Шаг 4. Повторение шага 1".

К этой работе может присоединиться любое число термитов. Кучка катышков растет все больше. Чем она выше, тем заметнее, и насекомым легче ее найти. Усилия термитов концентрируются на строительстве нескольких таких куч.

Когда кучи достигают определенной высоты, поведение термитов неожиданно меняется - они начинают строить между кучами арки. Когда термитник закончен, он представляет собой сложную многоэтажную конструкцию типа парижского метро - с камерами, тоннелями на разных уровнях, при этом с потрясающей системой вентиляции.

Но ПОЧЕМУ эта конструкция получается такой совершенной, Грассе не объяснил. Почему вдруг перестают строиться кучи и начинают строиться арки - не объяснил тоже.

Тем более если исходить из утверждения, что мозг термита не содержит достаточного количества нейронов, чтобы воспринять полностью построенный термитник: насекомые строят сооружение, которое даже не в состоянии полностью себе представить.

Возможно, термиты - это некая самоорганизующаяся система, и термитник - результат соблюдения простых правил строительства, заложенных генетически. То есть мы опять пришли к генетической памяти.

- Может быть, все дело в так называемом коллективном бессознательном - по принципу теории Юнга относительно людей. Ведь известно, что толпа совершает иной раз то, что каждый в одиночку никогда бы не совершил!

- Похожую теорию выдвинул в семидесятых годах американец Рональд Джефферсон. Он не имел отношения к биологии, он был психологом. Он считал, что раз люди произошли от животных, то многие схемы поведения животных свойственны и людям.

Как видите, это "теория наоборот" - она объясняет поведение людей, если отталкиваться от поведения животных, не объясняя при этом, почему животные "в коллективе" действуют слаженно.

Была еще одна любопытная теория, которую выдвинул в 1937 году южноафриканский биолог Евгений Маре, опубликовав книгу "Душа белого муравья". Он провел аналогию между колонией термитов и человеческим телом.

Рабочие особи термитов - по Маре - эквивалентны эритроцитам, разносящим питательные вещества, а термиты-солдаты - лейкоцитам, которые поглощают микроорганизмы и тем самым защищают организм человека.

- А мозг у термитов тогда кто? Матка?

- У муравьев и термитов она называется еще царицей. Маре именно ее считал мозгом муравейника или термитника: "Царица представляет собой психологический центр колонии, она - мозг организма, который мы называем термитником.

Из этого бесформенного, неподвижного существа, заключенного в узкой ячейке, излучается энергия, которая управляет каждой особью коллектива насекомых, то есть каждой клеткой этого единого организма". Но что это за энергия? Ответ на этот вопрос Маре не дал.

- А какой ответ даете лично вы? Что такое коллективный разум животных?

- Я придерживаюсь версии, что каждую особь общественных насекомых следует рассматривать как отдельные клетки некоего огромного мозга. Пока все необходимые клеточки не соберутся, мозг не заработает.

По крайней мере, эта версия объясняет, при чем тут закон критической массы, когда количество переходит в качество. Каждая отдельно взятая клеточка полностью беспомощна, и только все вместе они создают некий продукт: мысли, программу действий, варианты решений и т.п.

Иными словами, сообщество общественных насекомых представляет собой один единый организм как бы распыленный в пространстве, разъятый на отдельные элементы. То есть это организм с единым разумом, но со множеством тел.

В принципе, если развить эту теорию дальше, то все мы - все люди - тоже своего рода клеточки в едином мозге планеты. Мы каким-то образом строим нашу жизнь по каким-то заданным законам.

Они, безусловно, сложнее, чем законы улья или муравейника, но - в отличие от них - гораздо чаще дают сбои: муравьи и пчелы не уничтожают себе подобных. Муравьи могут воевать с муравьями другого вида, но со своим - никогда. Пчелы - так же.

Возможно, все это лишний раз доказывает существование Всевышнего. Сложно себе представить, чтобы все на планете организовалось само таким сложным и чудесным образом.

В заключение я хочу сказать, что моя версия научных доказательств не имеет. У нас пока нет необходимых приборов, способных это доказать. Да, по сути, у нас нет и достаточного уровня знаний, чтобы понять, с какой стороны следует взяться за изучение проблемы. Но то, что проблема крайне важна, это бесспорно.

Если мы ответим на вопрос, каким образом не только животные, но и примитивные - с нашей точки зрения - насекомые находят совместные варианты решений проблем, может быть, нам удастся как-то лучше организовать и свою жизнь?

О.Буланова

Источник: www.echo.az



войдите Vkontakte Yandex

Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.