Физика как инструмент зомбирования людей. Часть 1



В современном обществе, в эпоху бурного развития информационных технологий, множество людей разочаровалось почти во всём, на чём выстраивается мировоззрение – в идеологиях, религиях, «модерновом искусстве», поп-культуре… и лишь наука осталась для них свята и непогрешима. Потому что лишь наука, мол, честно занимается поиском истины!

Потому что всё, что она говорит, основано, мол, на экспериментальных фактах!

Ну, вот – мы убрали маскировочные сети с физики: полюбуйтесь, чего стоят эти «основания». В современной официальной физике, по большому счёту, живого места нет. Слишком далеко она зашла в «честном поиске истины». Смешно за деньги искать истину, ибо её будут находить там, где больше платят. И тогда не будет лучшего способа быть обманутым, чем полагать: «Ну, учёные-то нас обманывать не должны!»

Знаете, есть психологический феномен. Человек может поверить во что угодно, за исключением одной вещи, которую он принципиально не может принять на веру, без столкновения с ней на личном опыте. Это то, что люди, оказывается, могут лгать, т.е. говорить заведомую неправду. Нормального человека это открытие потрясает. А потом привыкают, и ничего. Многие и сами включаются в процесс… Так вот: физики – тоже люди. И столкновение с ними на личном опыте показывает: физики, оказывается, тоже могут лгать. Кому-то в это не верится? Ну, что же, вера – дело добровольное. Во что угодно!

Вон, не счесть добровольцев, которые поверили в то, что американские астронавты побывали на поверхности Луны. Хотя вопиющие несуразности «лунной программы США» бросались в глаза не только спецам по ракетной технике, по системам жизнеобеспечения в космосе, по космической связи, по баллистике, но и астрономам, физикам, психологам, спортсменам, кинооператорам, фотографам, светотехникам… да и просто здравомыслящим людям. Про фейерверки этих несуразностей пишут книги и создают сайты в Интернете.

От себя можем добавить: аномальные условия для распространения света в окололунном пространстве порождают известный ещё Галилею, но до сих пор не объяснённый официальной наукой феномен обратного рассеяния света Луной. Под каким бы углом ни падал свет на любой участочек лунной поверхности, почти весь отражённый свет идёт обратно, т.е. туда, откуда он пришёл, из-за чего в полнолуние яркость Луны для нас аномально велика. Из-за этого обратного рассеяния для наблюдателя, находящегося на освещённой поверхности Луны, всегда царят сумерки, и с противосолнечных сторон предметов и неровностей рельефа находятся резкие и совершенно чёрные тени.

На телекадрах, переданных «Луноходом-1», во всей красе проявляют себя эти особенности лунного освещения, которые практически невозможно подделать в земных условиях. Зная про эти лунные сумерки и совершенно чёрные тени, даже ребёнок сможет убедиться в том, что кино- и фотокадры с американцами на Луне – это стопроцентная фальсификация.

И тут мы подходим к интересному вопросу. Ребёнок-то сможет убедиться, а учёные – нет. Желающие, проведите эксперимент, поспрашивайте физиков: «Что означает то, что картинки с американцами на Луне демонстрируют явные признаки НЕ-лунного освещения?» Вы получите потрясающие результаты. 95% из опрошенных начнут волноваться и втолковывать вам, что «это – недоразумение», что «на самом деле противоречия быть не должно», потому что американцы на Луне были: «Были, и всё!» Вы будете с изумлением слушать речи ваших кумиров, пытающихся отрицать вещи, совершенно очевидные для ребёнка, и начнёте сомневаться в здравии их рассудка. Но это потому, что вы не знаете: такое их поведение диктуется вовсе не рассудком.

Лебон пишет: «…мысль людей преобразуется не влиянием разума. Идеи начинают оказывать своё действие только тогда, когда они, после медленной переработки, …проникли в тёмную область бессознательного, где вырабатываются… мотивы наших поступков. После этого сила идей очень значительна, потому что разум перестаёт иметь власть над ними. Убеждённый человек, над которым господствует какая-либо идея, религиозная или другая, неприступен для рассуждений, как бы основательны они ни были… Старая идея даже тогда, когда она не более чем слово, мираж, обладает магической властью. Так держится это наследие отживших идей, мнений, условностей, хотя они не выдержали бы малейшего прикосновения критики… Критический дух составляет высшее, очень редкое качество, а подражательный ум представляет весьма распространённую способность: громадное большинство людей принимает без критики все установившиеся идеи, какие ему доставляет общественное мнение и передаёт воспитание».

Эти слова вполне применимы и к идеям, господствующим в науке, и, в частности, в физике. Идея, закрепившаяся в подсознании физиков, приобретает статус высшей научной истины, неприступной для разумных логических контрдоводов. «Не могли же столько физиков ошибаться!» – вот аргументация тех, кто и не делали ничего такого, где можно было ошибиться, поскольку попросту усвоили своим «подражательным умом» то, что им вдолбили. Не разум, а подсознание господствует над ними даже в вопросе о том, «были ли американцы на Луне». Что же говорить про научные догматы о том, что «свет – это летящие фотоны», что «все тела притягиваются друг к другу», что «разноимённые заряды притягиваются, а одноимённые отталкиваются»! Какой разумной реакции можно ждать на попытки пересмотра этих догматов, даже если новая концепция честнее отражает экспериментальные реалии!

Про нечто вроде «инерции мышления» говорит и Томас Кун. Научная революция, мол, происходит не каждый день. Ей непременно предшествует кризис в науке, т.е. проблема, неразрешимая в рамках принятой парадигмы. Например, новый факт, не укладывающийся в неё. Но, вот тебе раз! – «пока учёный не научится видеть природу в ином свете, новый факт не может считаться вообще фактом вполне научным». Т.е., чихали учёные на новый факт, пока не появится его приемлемое объяснение. Какой же это «кризис»? Всё идёт, как надо! Вот ежели объяснение нового факта будет принято, тогда задним числом выяснится, что был, оказывается, кризис… но он уже успешно преодолён, так что не стыдно и признаться. А если объяснение нового факта не будет принято, то факт так и останется «ненаучным».

История физики устлана такими фактами, о которых историки физики предпочитают не вспоминать. Причём иные из них настолько ненаучны, что историков в кошмар вгоняют. Взять хотя бы устройства Николы Теслы, которые наглядно показывали, что тогдашние высоконаучные представления об электричестве были попросту смехотворны. Тесла собирался обеспечить дешёвой электроэнергией потребителей на всём земном шаре, обойдясь без проводов. Желающие имели возможность убедиться в том, что загадочным для науки образом всё это реально работало, потому оборудование Теслы и уничтожили. Иначе вышла бы «ненаучная революция», неугодная «сильным мира сего». 

Но про это Томас Кун не говорит – кишка тонка. Его послушать – так непонятно, как революции в науке вообще возможны: «учёным не удаётся отбросить парадигмы, когда они сталкиваются с аномалиями или контрпримерами. Они не смогли бы поступить таким образом и тем не менее остаться учёными». Вот это да! А почему «не удаётся»? А почему «не смогли бы»? В ответ мы получаем какой-то лепет: «…учёные, которым не чуждо ничто человеческое, не всегда могут признавать свои заблуждения, даже когда сталкиваются с сильными доводами».

В общем, трудно им признавать чужую правоту, и не нужно их строго судить, бедненьких. А про подсознание Томас Кун ничего не знает? Ай-яй-яй. Что же мог сказать толкового про научные революции представитель учёной толпы, который писал для учёной толпы про учёную толпу? Научные революции делаются не учёными толпами! Кстати, не следует равнять учёную толпу с уличной. Уличная толпа живёт недолго: её участники в итоге расходятся, и каждый вновь обретает свой рассудок. Толпа же учёных – это всерьёз и надолго.

Как при таких делах вообще возможно развитие науки, в частности, физики? Как побеждают новые, «продвинутые» теории? Ну, иным теориям и побеждать-то ничего не надо. Вот, например, до появления квантовой хромодинамики представления физиков о том, на чём держатся структуры атомных ядер, были в весьма плачевном состоянии. Мезонная теория ядерных сил не давала ответов даже на простейшие вопросы. И вот, квантовая хромодинамика пошла гораздо дальше и глубже, сохранив все представления мезонной теории. Т.е., все нерешённые проблемы так и остались нерешёнными. На них просто махнули рукой и занялись «более продвинутыми» проблемами – с кварками да глюонами. «Передний край» продвинули, а дыры, оставшиеся в тылу, перевели в разряд «неактуальных». Сегодня передний край физики весь такой «продвинутый» – с завалами «неактуальных» дыр в тылу. Помните, «человек с нормальным зрением смотрит на передний край науки и дальше не видит»? Ему и не положено дальше видеть!

А вот второй пример: как победила теория относительности, не имевшая честных экспериментальных подтверждений, и не содержавшая ничего, кроме издевательств над здравым смыслом. Люди, больные на голову, любят спрашивать: «Простите, а что такое здравый смысл?» Здравомыслящие же люди хорошо знают, что это такое: это то, чем они руководствуются, когда мыслят здраво. Так вот, она «победила» благодаря беспрецедентной пиар-кампании, организованной с международным размахом: «с ноября 1919 года начинается широкая пиарная кампания в поддержку общей теории относительности (ОТО), которая по заявлениям релятивистов является развитием СТО (что на самом деле далеко не так, но тем не менее пропаганда интерпретаций СТО также усиливается). Начинаются постоянные публикации в газетах, публичные выступления перед неспециалистами (школьниками, домохозяйками и т.д.), к рекламе привлекается даже Чарли Чаплин». Параллельно этой кампании шла травля известных физиков, выступавших с критикой теории относительности. С ними не могли тягаться по правилам научной борьбы, поэтому их обвиняли… в антисемитизме. Результирующая «победа» наглядно иллюстрирует, что сообщество физиков давно живёт по законам толпы и хорошо управляется методами воздействия на толпу.

А мы наивно полагали, что учёные заняты поиском истины, что они стремятся к правде! «Толпа никогда не стремилась к правде; она отворачивается от очевидности, не нравящейся ей, и предпочитает поклоняться заблуждению, если оно обольщает её» (Лебон). Действительно, какая прелесть та же теория относительности с её коронным рекламным трюком: «не каждый способен её понять»! Делай вид, что ты её понимаешь, и сразу выглядишь гораздо умнее того, кто честно признаётся, что её не понимает. Какая кормёжка для собственной значимости! Те, кто пиарили эту пустышку, знали, что делали. Но попробуйте сказать релятивисту, что это – пустышка. У него сразу сработает защитная реакция, о которой тоже давно известно инженерам человеческих душ: «Не могли же меня, такого умного, так грязно обмануть!» Это уже ничем не прошибёшь!

Только вот в физике всё взаимосвязано. Если даже небольшой обман в ней не пресечь сразу, то далее он будет умножаться потому, что каждый обман придётся подкреплять десятком новых обманов. А параллельно будет умножаться обман и в околонаучной пропаганде. Надо же было так провраться: «Одно из наиболее строгих, хотя и неписаных, правил научной жизни состоит в запрете на обращение к главам государств или к широким массам народа по вопросам науки». И как, соблюдают ли физики это строгое правило? Да они вспоминают про него лишь тогда, когда им нужно поставить на место какого-нибудь самородка-выскочку. Не к себе же им применять такие строгости! Вот к кому физики обращаются за деньгами на свои дорогостоящие цацки, если не к главам государств? К их любовницам, что ли? И к кому, если не к широким массам народа, они обращаются, когда информацию о своих якобы достижениях они немедленно размещают в Интернете и других СМИ задолго до появления соответствующих статей в рецензируемой научной периодике?

Катастрофическое умножение обмана в современной официальной физике – это результат того, что слишком долго сообщество физиков жило по законам толпы. Ведь толпа, как говорил Лебон, не может созидать: «Сила толпы направлена лишь к разрушению». Неспроста сообщество физиков предстаёт перед нами совсем не в том ореоле, к которому оно привыкло. Воззрения учёной толпы физиков на устройство мира определяются не пылающим разумом, а тёмными закоулками подсознания. Эта учёная толпа занята не тем, что ищет истину, а тем, что упорствует в своих заблуждениях.

Но если на такие занятия выбрасывают всё больше и больше средств, «значит, это кому-нибудь нужно?»

О.Х. Деревенский. Честная физика. Статьи и эссе. фрагмент

Источник: www.kramola.info



войдите Vkontakte Yandex

Комментарии 2

  1. Иванов Геннадий Алексеевич. 17 сентября 2015, 13:21 # 0
    Луна светит не отражённым светом, а собственным, полученным при бомбордировке ею поверхности солнечными частицами высоких энергий. Эти же частицы освещают и Землю, врезаясь в магнитосферу планеты превращая свою энергию в волновую. Американцы не могли быть на Луне, так как ещё ни кто не был за пределами магнитосферы Земли. Оказавшийся на Луне, они получили бы такой уровень радиации, что ни один бы из них больше месяца не прожил, а они все здравствуют.
    1. Миша 17 сентября 2015, 16:52(Комментарий был изменён) # 0
      Чёткие тени на поверхности луны Месяца — признак волновой природы освещённости. Вдобавок, вырвавшиеся на свободу из плена магнитного поля протуберанцы состоящие из множества частиц с высокой энергией, и которые глушат на время коммуникационную связь — не оказывают совершенно никакого влияния в этот момент на светимость луны Месяца.
    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.