Совместное заседание Совета по культуре и искусству и Совета по русскому языку (Видео)



Президент провёл в Санкт-Петербурге совместное заседание Совета по культуре и искусству и Совета по русскому языку. Вступительное слово на совместном заседании Совета по культуре и искусству и Совета по русскому языку

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Мы собрались сегодня в Петербурге, культурная программа которого в эти дни по‑особому насыщенна. Здесь проходит Международный культурный форум, вечером состоится церемония закрытия Года кино. Многие наши коллеги, присутствующие здесь, участвуют в этих мероприятиях. Хочу всем участникам пожелать плодотворной работы.

Сегодня у нас здесь, в этом замечательном, красивом зале, совместное заседание Совета по культуре и Совета по русскому языку. Такой формат не случаен. Речь в том числе пойдёт об укреплении единого культурного пространства страны, о его основах – русском языке и классической отечественной литературе, которые всегда определяли общие духовные и нравственные ориентиры народов Российской Федерации, помогали сохранять наш культурный код и передавать его новым и новым поколениям.

Кроме того, многогранность нашего родного языка, гуманистические ценности лучших образцов российской словесности дают возможность глубже осознавать всё богатство отечественной культуры в целом, её историческую значимость для страны, да и всего мира, и, конечно, свою сопричастность судьбе России.

В последние годы для укрепления статуса русского языка и литературы многое сделано. Благодаря реализации системных мер в школах и вузах, активной поддержке чтения, экранизации классики и познавательных медиапроектов всё больше людей отдают предпочтение содержательному и, если будет позволено по‑русски так сказать, умному досугу.

Достаточно сказать, что число посетителей музеев у нас достигло почти 120 миллионов человек в год. Вообще, не знаю, в какой‑то другой стране мира, сопоставимой по населению, есть ли такие показатели. Очень сомневаюсь.

Растёт популярность и театров, которые ежегодно собирают порядка 39 миллионов, и театральных фестивалей, посвящённых нашим великим писателям Чехову, Толстому, Достоевскому и более современной плеяде наших писателей, таким как Шукшин. Не пропустить премьеру, регулярно ходить на выставки и концерты классической музыки становится для наших граждан не просто правилом хорошего тона, а насущной потребностью. И очень важно сохранить в обществе этот позитивный настрой.

Мы, безусловно, продолжим активно поддерживать крупные, социально значимые проекты в области культуры, наши ведущие творческие коллективы и профильные образовательные учреждения.

Вместе с тем, для того чтобы вовлечь в мир высокого, содержательного искусства более широкую аудиторию, особенно молодых людей, молодёжь, одной государственной поддержки, конечно, недостаточно. Я вчера, если вы смогли посмотреть, говорил об этом и в Послании. Нам необходимы новые, оригинальные форматы прочтения классики и в кино, и в театре, на телевидении, в социальных сетях. И это уже задача для мастеров культуры: суметь создать современные произведения, сохранив ценностное содержание оригинала, его морально-нравственный посыл, богатство и образность нашего языка.

Свою позицию о вмешательстве в творческую деятельность, если вы обратили внимание, вчера я высказал в рамках Послания и повторю, что принцип свободы творчества считаю абсолютно незыблемым. Однако у всех свобод всегда есть вторая сторона: ответственность. И это мы с вами тоже хорошо знаем. Это, собственно говоря, во всех определениях свободы, всеми признанными в мире философами так и излагается.

И у художника, у «властителя дум», так сказать, мера этой ответственности особенно высока. С одной стороны, любые хулиганские выходки, попытки сорвать спектакль, выставку абсолютно недопустимы и должны пресекаться по всей строгости закона. Мы так и будем делать. В то же время в самой творческой среде – хочу подчеркнуть именно эту сторону дела, – именно в самой творческой среде должна быть определена грань между циничным, оскорбительным эпатажем и творческой акцией.

Сегодня здесь собрались уважаемые в обществе и в профессиональной среде деятели культуры. Надеюсь, что вы сможете высказать и своё мнение по этим вопросам.

Не сомневаюсь, что, опираясь на принятые нами «Основы государственной культурной политики», мы сможем подготовить и реализовать программы, способные дать серьёзный импульс развитию проектов в сфере сохранения культурного наследия и русского языка в академическом, народном и современном искусстве.

Наверняка будет много желающих. Но вот у Евгения Витальевича Миронова был недавно юбилей, мы все его поздравляем с 50-летием. И по этому случаю первым предоставляем ему слово.

Пожалуйста, Евгений Витальевич.

Е.Миронов: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги!

Сегодня можно с уверенностью утверждать: современная театральная жизнь в России находится на подъёме. Особенно отрадно, что она сосредоточена не только в двух столицах. Прошли времена, когда призывные огни столиц буквально опустошали региональную культурную жизнь, вымывали творческие кадры не только из малых городов, но и из региональных центров.

Сегодня в нашей стране работает около 700 театров. На карте появляются новые, очень мощные, театральные центры. Это Екатеринбург, Пермь, Ярославль, Новосибирск, Красноярск, Саратов, ряд других городов. Стало модно ездить на премьеры в эти города, а спектакли местных театров отбирают «золотые маски» у столичных корифеев, по содержательности программ всё чаще конкурируют со столичными культурными формами театральные фестивали в Воронеже, Омске и других городах.

Уже три года существует Федеральный центр поддержки гастрольной деятельности, созданный Министерством культуры по Вашей, Владимир Владимирович, инициативе. И это дало возможность сделать обмен гастролями не только российским коллективам, но и театрам из бывших советских республик. Насколько я знаю, 30 гастролей в год осуществляется.

Мы видим, как интересно развивается театр в небольших городах. В 53 регионах существует 150 профессиональных театров малых городов. На всю страну стали известны городские театры Новокуйбышевска, Минусинска, Глазова, Кудымкара, Лысьвы.

Государственным театром наций совместно с Министерством культуры разработана целая программа, направленная на удовлетворение творческих потребностей театров – от обеспечения их квалифицированными педагогами по различным театральным дисциплинам до оказания помощи в формировании репертуара, а лучшие коллективы со всей страны объединяются в ежегодный фестиваль театров малых городов России.

И совсем недавно очень радостное для нас событие: насколько я знаю, в Государственной Думе принято очень важное для нас решение о включении поддержки театров малых городов в обсуждаемый сейчас государственный бюджет. И я надеюсь, что эта инициатива парламентариев получит и Ваше, Владимир Владимирович, одобрение.

Прошли времена, когда в театральной сфере всё сводилось к обычной триаде: драмтеатр, ТЮЗ, куклы. Во многих городах сейчас успешно работают центры современной драматургии, например в Екатеринбурге, центры документального театра и современного танца, например в Костроме. В поддержке независимых проектов, многообразии театральных форм, порождающих здоровую конкуренцию и соревнование за внимание зрителей, – залог интересного и плодотворного творческого будущего.

Все эти усилия направлены на решение одной из важнейших задач государственной культурной политики: депровинциализация региональных театров нашей страны, укрепление единого культурного пространства России и поддержка развития театральной и культурной жизни в регионах.

Вместе с тем необходимо выделить сегодня некоторые наболевшие темы. Сохраняются проблемы с заработной платой актёров в регионах, и важно, чтобы эта проблема, во‑первых, решалась, во‑вторых, решалась не за счёт сокращения творческого состава и художественно-постановочных кадров и ни в коем случае не за счёт закрытия театров. Иногда приходится слышать и о такого рода идеях. Наоборот, надо сохранить театральную сеть в стране – это наша гордость.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Сегодня театральному сообществу очевидно, что есть потребность в усилении внимания к детским театрам, которые составляют всего около 10 процентов от общего числа государственных и муниципальных театров. Театры для детей – первые, куда приходит зритель. Именно искусство определяет мировоззренческий критерий, духовный смысл и ценность существования как отдельного человека, так и народа в целом. Основополагающую роль в данном процессе играет детство. К сожалению, бюджетное финансирование ТЮЗов традиционно ниже, чем у драматических театров. ТЮЗы не могут увеличивать доходы за счёт повышения цен на билеты, даже по сравнению с драматическими театрами, а посещение ТЮЗа должно оставаться доступным для наиболее широкого круга детей. Ситуация с театром кукол, а их в стране всего чуть более 100, ещё сложнее. Заработная плата в некоторых регионах в этих театрах от 10 до 19 тысяч рублей в месяц.

Ещё об одном очень важном. Простите, если я повторюсь. На недавнем совещании заместителя главы Администрации Президента Сергея Владиленовича Кириенко с художественными руководителями ведущих московских и петербургских театров обсуждали вопросы, вызывающие широкую дискуссию, и мои коллеги делегировали мне передать Вам, уважаемый Владимир Владимирович, и коллегам это обращение, тем более Вы сейчас затронули и вчера в Вашем Послании Федеральному Собранию очень важные темы.

Проблема художественного образования, воспитания, понимания языка искусства в последнее время приобрела особенную остроту. Это касается всех – и обычных зрителей, и людей, облечённых властью на местах. Уровень художественной культуры в провинции нередко опережает общекультурный уровень, и важно, чтобы это противоречие, в котором нет ничего фатального, рождало нормальный диалог, а не провоцировало начальственный окрик со стороны чиновников средней руки.

Как Вы, Владимир Владимирович, знаете, в минувшие месяцы в профессиональной среде, театральной среде, возникли опасения по поводу ограничения свободы творчества. Эти опасения во многом связаны именно с противоправными действиями ряда чиновников, в том числе в провинции, где, попросту говоря, запрещали к показу некоторые спектакли, ссылаясь на некоторых представителей тех или иных общественных организаций. Не меньшую тревогу, и Вы тоже об этом сейчас сказали, вызывают по существу безнаказанные действия различных активистов, которые позволяют себе врываться в театры, в том числе во время спектаклей, вызвавших неодобрение, разрушать экспозиции выставок и так далее. Современное искусство всегда провокационно, но это не означает, что оно должно оскорблять чьи‑то чувства. Но если закон не нарушен, любые оценки произведения искусства должны звучать только в профессиональной, цивилизованной, уважительной атмосфере. Общество в сложной ситуации, как нам кажется, должно полагаться на оценку профессионального сообщества, на людей, чей уровень в профессии и чьё имя заслужили безоговорочный авторитет. Я знаю, что Валерий Владимирович Фокин хотел особенно высказаться и сделать предложение по этой теме.

Мы знаем Вашу позицию, уважаемый Владимир Владимирович, и позицию руководства Вашей Администрации, которая совпадает с мнением деятелей культуры. Свобода творчества обеспечена законом нашей страны, её никто не собирается отменять. И запрещение тех или иных произведений искусства в том случае, если доказана противоправность их содержания, может осуществляться только в судебном порядке, а хулиганские действия в отношении тех или иных произведений искусства должны пресекаться правоохранительными органами, которые, однако, как нам кажется, не всегда готовы к подобным мерам. И очень бы хотелось, и спасибо Вам за то, что Вы уже об этом сказали, и очень чётко и ясно, чтобы на государственном уровне были развеяны эти тревоги и опасения, которые сегодня ощущаются в профессиональном сообществе.

Мы знаем, что в Государственной Думе обсуждается принятие закона о противодействии вандализму, который Станислав Сергеевич Говорухин внёс, и надеюсь, что он будет принят. С другой стороны, Вы абсолютно правы, мы, деятели искусства, понимаем меру своей ответственности, и, занимаясь публичной деятельностью, мы можем попасть под любой огонь, в том числе жёсткой критики. Это абсолютно нормально, мы должны отвечать. И нормально, что деятели искусства должны вести уважительный диалог с обществом, формируя позитивные ценности. Нужно думать об эстетическом воспитании публики, которое надо начинать со школьной скамьи. Не случайно Пушкин сказал, что публика образует драматические таланты. Сегодня здесь что‑то разбалансировано, и обсуждение этой проблемы могло бы стать одной из тем будущих заседаний Совета по культуре при Президенте Российской Федерации. Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Я думаю, что по поводу уровня материального обеспечения, заработных плат и так далее – мы ещё несколько раз вернёмся к этой теме.

По поводу опасений свободы творчества. Вы сказали, что есть попытки что‑то запретить. Мы не так часто собираемся, поэтому хотелось бы просто, честно говоря, услышать: кто, когда и что пытался запретить, чтобы у нас предметный разговор был и по‑честному.

Е.Миронов: По‑честному, из последних – это, Вы знаете, наверное, Вы тоже слышали, что к запрету попал спектакль «Иисус Христос – суперзвезда» в Омске. Этому спектаклю уже около 30 или 40 лет. Он успешно идёт в мире и успешно идёт в Москве, например в Театре Моссовета. Но понимаете, уважаемый Владимир Владимирович, поскольку мы боимся цепной реакции, когда такое случается в маленьких городах, это очень быстро может распространяться, и такие действия могут привести к тому, что, Вы знаете, получаются иногда очень глупые вещи. У нас идёт спектакль в Театре наций «Сказки Пушкина». И я взрослый человек, и поставил его очень знаменитый режиссёр, уже совсем взрослый человек стал, тем не менее к нам тысячу раз подходили «доброжелатели», говорили: «Уберите «Сказку о попе и работнике Балде».

В.Путин: Кто его запретил?

Е.Миронов: Нет, его никто не запретил. Я говорю сейчас про конкретный спектакль «Иисус Христос – суперзвезда».

В.Путин: Кто запретил‑то его?

Е.Миронов: Власти.

В.Путин: Власти какие‑то абстрактные или конкретные есть власти, представленные конкретными людьми? У нас Министр здесь вот, Владимир Ростиславович.

Е.Миронов: Это было не рекомендовано.

В.Путин: Владимир Ростиславович, Вы запретили?

В.Мединский: Я пытаюсь разобраться сейчас, Владимир Владимирович. Я точно не запрещал. Министр культуры Омска, Виктор Прокопьевич, он бывший директор Омского драматического театра. Ему бы в голову не пришло запрещать. Сейчас выясняю.

В.Путин: Да, надо вот с этим разобраться. Понимаете, мы такие вещи должны всё‑таки доводить всегда до логического завершения, потому что просто так с обеих сторон сказать: «Вы запретили», – а вторые говорят: «А мы к этому никакого отношения не имеем». Надо понять, что реально происходит. Только поняв реально, что происходит, можно сделать и выводы правильные, и принять соответствующее решение.

Е.Миронов: Если Вы позволите, мы подготовим Вам тогда ряд нарушений, которые были, которые прошли незамеченными. Например, срыв гастролей театра «Сатирикон» в Вашем родном городе, в Санкт-Петербурге.

В.Путин: Срыв гастролей – это не запрет. Это то, что Вы сказали про активистов. Знаете, здесь всегда очень тонкая грань между тем, что я назвал опасным эпатажем, и свободой творчества. Эти активисты, я условно говорю, пришли в редакцию «Шарли Эбдо» и расстреляли людей. Вот вопрос: нужно ли было этим карикатуристам наносить оскорбления представителям ислама? Они воспринимают как оскорбление то, что было опубликовано. Другое дело, что, может быть, художники не хотели никого оскорбить, но они оскорбили. Повторяю, это тонкая очень вещь, тонкая грань, это зависит всё от чувства такта нашего с вами, с одной стороны, чиновничьего аппарата, с другой стороны, представителей творческих профессий.

Чиновники часто действуют не потому, что они хотят что‑то сдержать, «хватать и не пущать», у нас общая установка этого не делать, не возвращаться к этому никогда, но многие не хотят, чтобы у нас трагедии повторились такие, как в Париже. Мы не должны об этом забывать ни на секунду. Если у представителей одних конфессий это вызывает такую, скажем мягко, неадекватную реакцию и ведёт к преступлениям, у представителей других конфессий такого, слава богу, нет. Но это не значит, что не может быть какого‑то всплеска, там ведь тоже достаточно радикалов, во всех конфессиях. Просто мы должны это иметь в виду и ни в коем случае не доводить до этого, не раскалывать общество на это. Я ведь, обратите внимание, когда говорил об этом, сказал, что в самом сообществе должны быть выработаны определённые критерии. Они тонкие, как я уже сказал.

Может быть, неуместен будет мой пример, но вы знаете, что я всю жизнь занимаюсь борьбой, борьбой дзюдо. Там есть высшая оценка – иппон. Знаете, что написано было всегда в правилах, за что даётся иппон? Бросок должен быть переведён сильно и быстро. Пойди разберись, где там сильно и быстро. Но выработаны критерии определённые, и они соблюдаются в профессиональном сообществе. Не дай бог где‑нибудь на больших соревнованиях нарушить, судью просто снимут и никогда больше не пустят, чтобы он занимался судейством в будущем.

Эти критерии нужно выработать и в творческой среде. Непростая задача, но было бы очень хорошо, если бы не мы, а вы смогли это сделать. И тогда мне было бы легче останавливать, честно говоря, и чиновников, которые переходят границы. Таких, конечно, достаточно у нас всегда было в России, и тем более в Советском Союзе. Давайте вместе над этим подумаем, вместе. Хорошо?

Е.Миронов: Да. Владимир Владимирович, я просто хотел сказать, что если реализовать Ваше предложение и действительно перенести ответственность на профессиональные плечи, для того чтобы люди, которые в этом разбираются, могли бы и с обществом находить диалог, тогда будет проще, наверное, как Вы говорите, начальникам немножко отойти от этой ситуации. Например, сейчас нападки на выставку Яна Фабра в Эрмитаже, та же история. Мне кажется, Пиотровский разбирается в этом лучше нас всех.

В.Путин: Евгений Витальевич, таких, как Вы, по пальцам пересчитать можно, не только в нашей стране, и в мире. Где же мне найти таких чиновников, как Вы? Понимаете, это непростая задача. Для людей, которые занимаются гораздо более простой работой, чем творчество, для них нужны более точные критерии. Помогите мне это сделать, ладно?

Е.Миронов: Хорошо. Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Александр Михайлович Шолохов, пожалуйста.

А.Шолохов: Уважаемый господин Президент! Коллеги!

Вчера Владимир Владимирович говорил в своём Послании о значении единства для современной России. При этом мы с огромным удовлетворением отметили ту роль, которая в укреплении этого единства была отведена образованию и культуре.

Действительно, немыслимо воспитание поколения, которому мы в недалёком будущем вручим судьбу нашей страны, без объединённых усилий всего общества, и в первую очередь, конечно, учреждений образования, работающих в теснейшем сотрудничестве с библиотеками, музеями, театрами, кино, – всех, кто хранит, изучает и приумножает наше невероятное культурное наследие, кто хранит главный носитель этого наследия – язык. И сегодня мне хотелось бы остановиться на некоторых аспектах этой деятельности, приведя некоторые примеры.

Значение культурного наследия настолько очевидно, что не требует доказательств. Это наше богатство, это источник гордости и патриотизма, это тот фундамент, на котором строится наше будущее. При этом также очевидно, что любое богатство можно растранжирить, предмет гордости подменить или даже превратить в предмет стыда и, соответственно, сделать фундамент для наших последующих совершений чрезвычайно зыбким. В этой связи спасибо, Владимир Владимирович, за подчёркивание необходимой особой аккуратности с экспериментами в сфере культуры и образования.

За последние годы многое сделано для популяризации наших культурных богатств. Надо отметить, действительно, значимые столичные проекты и, что не менее важно, большое количество выставок, гастролей, федеральных учреждений и коллективов в регионах. При этом не требует доказательства и то, что знание истории своей малой Родины, любовь к ней, чувство гордости за неё – это основа нашей духовности, самоидентификации, патриотизма. Невозможно любить Родину вообще абстрактно и при этом стыдиться своего родного города или деревни.

При этом в нашей стране нет места, история которого не давала бы повода для гордости и материалов для изучения. И интерес к наследию родного края неуклонно растёт, а научной основой системного изучения исторического, культурного и природного наследия является краеведение. Именно краеведение позволяет удовлетворить самые разнообразные интересы людей, и неслучайно поэтому академик Лихачёв назвал его воспитывающей наукой. Отмечаю, что моральная отдача краеведения как науки чрезвычайно высока.

Необходимо подумать о том, чтобы создать на государственном уровне такие условия, чтобы краеведческое движение развивалось, чтобы усилия активистов были поддержаны и властями, муниципальными и региональными, чтобы школы, музеи, региональные исторические и педагогические вузы помогали общественным краеведческим инициативам и обеспечивали научную базу для этих исследований.

Хочу отдельно остановиться на проблеме, препятствующей многим начинаниям. Поясню на примере вопроса сохранения памятников истории и культуры. Он весьма часто поднимается общественностью, звучит в СМИ, а то и находится в центре внимания руководства страны, но остановить и изжить процесс утраты объектов культурного наследия пока не удалось. И дело не в некоем тотальном злом умысле, главная причина, кажется, коренится в неумении и нежелании, а в ряде случаев и в невозможности объединить усилия государственных органов охраны наследия и общественных организаций и инициатив.

Мы видим очевидный рост общественного интереса к вопросам сохранения наследия, но видим и такие ситуации, когда органы охраны памятников выписывают волонтёрам штраф за попытку сохранить бесхозную церковь от окончательного разрушения без согласованной в установленном порядке документации. И совершенно очевидно, что только силами государства сохранить от разрушения сотни тысяч выявленных и ещё многие тысячи не выявленных памятников невозможно – это задача всего общества. И не случайно в Основном законе страны зафиксировано, что сохранение культурного и исторического наследия является обязанностью и каждого гражданина, и государства.

Нам нужно создать такие условия взаимодействия государства и общества, когда общественная активность, направленная на сохранение памятников, является частью системы, частью системы государственной охраны объектов культурного наследия, а говоря шире – частью системы государственного регулирования в области культуры.

Для решения этих задач надо создать законодательную базу, и принимаемые, кстати, сейчас нормы о волонтёрстве, о поддержке социально значимых НКО – это хороший задел. Но прежде всего надо изменить сами подходы к изучению, охране и развитию культурного наследия, включив культуру в число важнейших государственных приоритетов наравне с экономическим ростом и обороноспособностью страны. Собственно, это и будет решающим вкладом в реализацию всех стоящих перед нами задач, потому что является важнейшей и необходимой частью формирования и преумножения человеческого капитала – главного капитала страны.

Большая просьба, Владимир Владимирович, нам так бы хотелось в очередном Послании Президента услышать о приоритетной роли культуры в нашей стране, о том, что мы обращаем к этому наши усилия и духовные, и материальные.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Пожалуйста, Духанина Любовь Николаевна!

Л.Духанина: Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги!

Русская классическая литература остаётся самым естественным и эффективным путём формирования личности. В ней опыт и историческая память русского народа, путь сострадания и нравственного самоопределения.

К сожалению, у нас пока ещё растёт число нечитающих детей. Школа концентрируется на анализе интерпретации текстов, а само чтение, как правило, выходит за рамки урока. Распространяются краткие пересказы, готовые сочинения, готовые рецензии. В итоге большой текст классического романа XIX века становится сложно воспринимаемым для современного ученика.

Идея сокращения списка обязательной литературы для чтения в школе вызывает ожесточённые споры в гражданском обществе: сокращать или не сокращать, а если сокращать, то что сокращать. Но мы не должны сокращать. Наша задача – создавать новые возможности для открытия мира литературы людям любого возраста, находить новые мотивы обращения к классической литературе, показывать, что её чтение – это интеллектуальный труд, интересный и захватывающий. Многим взрослым сегодня интересно переоткрывать для себя классику, которую не смогли понять в полном объёме в детстве. Ведь именно классика соединяет в себе сразу великолепие русского языка, глубину смыслов и образов, духовные и нравственные уроки.

В Год литературы в России появилось действительно много новых, интересных форматов литературного просвещения. Конкурс «Литературный след» подарил нам бронзовый отпечаток детской туфельки в память о Тане Савичевой в Санкт-Петербурге, аллею антоновских яблонь в Липецкой области в день рождения Ивана Бунина. В Норильске появился интересный арт-объект – «Полярный жираф», тёплая остановка с электронной библиотекой. И сегодня, сейчас мы находимся в уникальной библиотеке, все книги которой присутствуют здесь в цифре, в оцифрованном формате.

Набирают обороты марафоны чтения, такие как «Читаем Толстого в прямом эфире». Растёт использование современных мобильных информационных технологий, которые позволяют сделать чтение удобным и увлекательным. Но мы должны говорить не только о новых способах подачи текстов, но и о вовлечении в проживание литературных текстов. Чтение должно ассоциироваться с личными открытиями, а не с назиданием и необходимостью что‑то запомнить. Только проживая ситуацию вместе с героями, читатель развивает в себе способность задавать сложные вопросы, ищет с героем решение сложных возникающих ситуаций, он может идентифицировать себя с персонажем, осваивать образцы культурного поведения, становиться героем.

Возникает любовь к произведению. Мы помним, как мы в школе влюблялись в Печорина, Павку Корчагина и чуть позже, в старших классах, в мудрого героя-разведчика Александра Белого в романе «Щит и меч». Не должно быть вопроса, читать или не читать, важно дать компас ребёнку в огромном мире литературы, помочь ему сформировать его литературные предпочтения, и это возможно благодаря большому количеству имеющихся у нас ресурсов. Это и театральные постановки, литературные музыкальные гостиные, социальная реклама, развитие литературного краеведения, литературного туризма по местам и маршрутам литературных произведений.

Интереснейшее путешествие можно совершить сегодня вместе с булгаковской Маргаритой по ночной Москве. Интересной формой литературного просвещения стало чтение и создание графических романов по классическим произведениям. Учащихся необходимо привлекать и к непосредственному созданию собственных художественных текстов, воспитывать будущих писателей и поэтов.

Сегодня проблему литературного образования невозможно решить только силами школы. В этой работе, естественно, должны принимать участие профессиональные общественные организации, театры, библиотеки, музеи, средства массовой информации, наши родители.

У нас есть одна совместная задача – создать целостную среду формирования читающего, думающего творческого человека. Над серьёзным содержанием нам нужно надстраивать действительно новые современные формы коммуникаций, которые захватывают аудиторию. В этом мы видим роль Российского общества «Знание» и Общества словесности. «Знание», созданное, Владимир Владимирович, по Вашему указу в декабре прошлого года, на сегодня уже сформировало свои филиалы в 75 субъектах Российской Федерации. Филиалы приступили к работе. Мы завершим формирование филиалов на всей территории России к концу этого года.

Литературным просветительством как просвещением в целом необходимо заниматься во всех уголках нашей России. Россия должна стать самой читающей страной мира. Работа предстоит большая, но очень увлекательная.

И в заключение я хочу поблагодарить Вас, уважаемый Владимир Владимирович, за помощь, поддержку, которую Вы оказываете некоммерческим общественным организациям. Несмотря на сложную экономическую ситуацию, объём поддержки не уменьшается, а увеличивается. Об этом Вы вчера сказали и в своём Послании. Спасибо Вам за это.

Коллеги, спасибо за внимание.

В.Путин: Благодарю Вас.

Пожалуйста, Алексей Николаевич Варламов.

А.Варламов: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги, друзья!

Прежде всего хочу поблагодарить за возможность высказаться перед столь высоким собранием.

Мы говорим о культуре, и я думаю, что положение в культуре нас радует и тревожит одновременно. Радует теми фактами, которые здесь упоминались. Сейчас проходит замечательный форум в Петербурге, в Москве проходит выставка «Нон-фикшн», замечательные театральные постановки, музеи, то, о чём мы сегодня говорили, – это прекрасно. Но, к сожалению, это не распространяется на всех жителей нашей страны, и наряду с ростом культуры, давайте прямо говорить, растёт и бескультурье, и хамство, и агрессия, и всё это в обществе тоже есть, всё это тревожит, но я думаю, что нам не надо впадать ни в отчаяние, ни в эйфорию, а стремиться трезво смотреть на вещи.

Я буду говорить о литературе, поскольку мне это ближе всего, и я думаю, что, с одной стороны, писатели, наверное, самые счастливые люди, потому что их никто не громит, их точно совершенно никакие чиновники не запрещают, они, собственно, от чиновников, по большому счёту, не зависят. Писателям не нужны ни продюсеры, ни менеджеры. Всё их искусство, всё их имущество – лист бумаги, ручка, карандаш или компьютер сегодня, и всё зависит от твоего таланта: написал хорошую книгу – молодец, написал плохую – сам виноват. Но это не значит, что никаких проблем в сфере чтения литературы нет. Есть проблемы, конечно, и очень большие. Больше всего они связаны с проблемой книгораспространения, потому что у нас сокращается число книжных магазинов, резко сокращается, и здесь, конечно, надо думать о том, чтобы уменьшить или вовсе снять аренду, которая налагается на книжные магазины.

Сокращается число литературных журналов, и мне кажется, это очень тревожный сигнал, очень тревожный симптом, потому что без литературных журналов, без нашей традиции русская литература существовать не может.

Конечно, у нас много делается хорошего. Прошёл Год литературы, я высоко оцениваю проведение Года литературы. Работает Оргкомитет по поддержке чтения книгоиздания, книгораспространения. Создано Общество русской словесности, и предыдущий оратор очень интересно говорил о тех инициативах, о тех формах работы, которые могут быть предприняты для пропаганды чтения. Но мне кажется, этих мер недостаточно, особенно если говорить о молодёжи, потому что современный ребёнок, подросток, современный молодой человек прагматичен, и ему нужна чёткая мотивация, затем читать.

Три года назад на таком же совете – Совете по культуре и искусству – зашёл разговор о необходимости вернуть сочинение в школу. И благодаря Вам, Владимир Владимирович (эта инициатива была Вами поддержана), решение принято, и сочинение в школу вернулось. Я считаю, что это очень позитивный шаг. Я думаю, что это гораздо больше делает для пропаганды чтения, или, по крайней мере, это очень необходимо для поддержки чтения. И я думаю, что в таком направлении тоже надо двигаться.

Не так давно на заседании президиума Совета по искусству и культуре член нашего совета, который сегодня, к сожалению, здесь отсутствует, архимандрит Тихон, наместник Сретенского монастыря, показывал нам такой небольшой фильм, когда просто на улице подходят к молодым людям и задают им вопросы по отечественной истории, по отечественной литературе. Самые простые вопросы, которые касаются элементарного, и не знает молодёжь, это надо признать. И я думаю, что это, действительно, проблема, которая перед нами стоит. Потому что, воспитанные на русской классике, мы рискуем получить следующие поколения, для которых имена литературных героев, имена писателей – наш национальный иероглиф «русская классика», ради которой мы сегодня здесь собрались и которую обсуждаем, – это будет утрачено.

Я думаю, тут надо действительно думать о каких‑то, так скажем, не факультативных, а о каких‑то базовых мерах привлечения к чтению. Сочинение является одной из них. И я бы ещё подумал о том, чтобы, может быть, ввести в высшие учебные заведения на всех специальностях курс отечественной литературы, может быть, курс мировой литературы с опорой на отечественную литературу, потому что это очень важно, и это может быть очень полезным. Такое уже делается в Московском университете как межфакультетские курсы. Я думаю, что инициативу такую надо распространять, поддерживать, разумеется, обсудить, отнестись к ней разумно, не делать это скопом, обсудить сначала в экспертном сообществе.

Это не должно быть такими идеологическими предметами, как история КПСС, которую мы все с вами в своё время изучали. Но сама по себе идея гуманитарного курса, который бы изучали все студенты, кажется мне очень важной, потому что определённая дегуманитаризация образования в нашей стране произошла.

И ещё одна очень важная тема, которой бы мне хотелось коснуться, связана с тем, что мы живём в самой многонациональной стране мира, в самой многокультурной стране мира, в этом наше счастье, в этом наше богатство, в этом наша судьба, наш жребий. И я думаю, что национальные литературы в ходе тех событий, которые происходили в последнее время, тех процессов, они очень сильно пострадали, потому что в нашей стране утрачена школа художественного перевода. И если раньше все мы знали имена таких замечательных писателей, как Чингиз Айтматов, Кайсын Кулиев, Давид Кугультинов, Мустай Карим, Расул Гамзатов, то сегодня, к сожалению, это тоже из нашей жизни вымывается. И это опасный симптом, потому что мы хорошо понимаем, что писатели, писательское слово может вести к миру, может вести к розни.

Русская литература и русский язык всегда были воротами для наших национальных литератур. Сегодня эти ворота, к сожалению, полуприкрыты. И в Литературном институте, ректором которого я являюсь, мы пытаемся возродить эти традиции, мы воссоздаём кафедру художественного перевода с языков народов России. Но мне кажется, деятельности только одного Литературного института здесь будет недостаточно. И в ходе моих поездок, разговоров с коллегами из национальных республик, из Казахстана, Узбекистана, Белоруссии возникла идея создать в Москве Дом национальных литератур. Мне кажется, это очень хорошее начинание, потому что такой дом мог бы стать площадкой для культурного обмена, для диалога, для понимания, осознания того факта, что русский язык – это кровеносная система, и именно через русский язык эти литературы будут приходить «к граду и миру». К сожалению, если мы этим не будем заниматься, то свято место пусто не бывает, вместо русского языка могут прийти другие языки, потому что людей, которым не очень нравится дружба народов России, много.

Я очень рад, что эту идею, создание Дома национальных литератур, поддержал внук великого башкирского поэта Мустая Карима Тимербулат Олегович Каримов. Он предложил возглавить наблюдательный совет. Я бы очень хотел просить Вас, Владимир Владимирович, поддержать эту идею.

4 ноября, когда открывали памятник князю Владимиру, мне кажется, очень хорошо выступила Наталья Дмитриевна Солженицына, которая сказала, что в советском прошлом были страшные, злые, несправедливые, горькие страницы, но были и страницы добрые. Я уверен, что дружба наших народов, наша многонациональная литература и русский язык с его огромной ролью, которую он здесь играл, – это то доброе, что мы ни в коем случае не должны утратить. И я уверен, что Дом национальных литератур может послужить таким прочным фундаментом, залогом, реальным делом укрепления связей между народами России, нашими братскими народами. И я хотел бы передать Вам, Владимир Владимирович, небольшой проект этого дома. Спасибо.

В.Путин: Хорошая идея. Надо будет поработать вместе. Спасибо большое.

Людмила Алексеевна, пожалуйста!

Л.Вербицкая: Спасибо большое, Владимир Владимирович!

Дорогой Владимир Владимирович! Дорогие коллеги, дорогие друзья!

Мы с вами хорошо понимаем, что важнее, с моей точки зрения, проблемы русского языка, сохранения русского языка, в общем, таких проблем нет, потому что действительно проблема сохранения языка – это проблема безопасности нашей Родины.

Вы знаете, многое уже сделано, Владимир Владимирович. Действительно, прекрасно работает Международная ассоциация преподавателей русского языка и литературы, которая объединяет преподавателей почти 80 стран, Российское общество преподавателей русского языка в самых разных регионах нашей России. Я очень радуюсь тому, что начало реально уже работать Общество русской словесности. У нас восемь рабочих групп, которые решают самые разнообразные вопросы жизни, развития языка, словарей, справочников, учебников, пособий. Это прекрасно. И есть прекрасные программы, электронные программы Института Пушкина, которые вот уже около миллиона пользователей собрали вокруг себя.

Но мне кажется, что сегодня очень важно поговорить всё‑таки о тех проблемах, которые мы не можем не замечать, потому что, я уже говорила, Владимир Владимирович, что Вы единственный человек, который обращается с вопросом: а как правильно? Много людей, которые произносят по‑разному, но не спрашивают, правильно ли, полностью убеждённые, что, конечно, правильно. Особенно с числительными сложно, и в числительных ошибки встречаются.

Вот о чём хочу сказать: ведь если мы подумаем о сохранении русского языка, мы в первую очередь должны посмотреть, а что с русским языком внутри России происходит. Когда Владимир Владимирович подписал свой Указ о создании Фонда «Русский мир», то первая задача, которую наш Президент поставил перед нами, – сохранение русского языка, прекрасного, яркого, образного, внутри России. А вторая задача – уже распространение его за пределами нашей Родины. И вот вы посмотрите, что же произошло? Просторечный стиль проник куда угодно в литературную речь.

Я редко вижу наши телевизионные программы, но, сегодня с одним из наших глубокоуважаемых руководителей канала говорила об этом, просторечный стиль проник и на телевидение. Огромное количество ошибок самого разного рода. Реклама практически вся с ошибками. Огромное количество заимствованных слов, которые не нужны в тех случаях, когда есть русские прекрасные слова. Ну скажите мне, пожалуйста, ну чем лучше слово «креативный», а не «творческий»? Или, Владимир Владимирович, много лет назад мы с Вами говорили о том, почему все говорят «тинейджер», когда есть слово «подросток». И Вы его тогда и подсказали. Или, скажите, пожалуйста, что с этими «кофе-брейками» делать? Не может быть «кофе-пауза»? Нет, «брейк» обязательно. Я уже не говорю о всяких других словах. Или «консенсус». А что, нет прекрасного русского слова «согласие»? Я очень прошу всех вас и присутствующих в этом зале крупных руководителей культуры, образования: пожалуйста, постарайтесь, чтобы вокруг вас звучали русские слова в тех случаях, когда это не обозначение новых понятий, новых направлений науки.

И ещё вот о чём я хотела сказать. Конечно, огромная проблема – это педагогическое образование в России. Я очень рада тому, что Ольга Юрьевна, начав свою работу в министерстве, сразу на это обратила внимание. У нас практически не стало педагогических вузов. Что такое 28 педагогических вузов на всю Россию? У нас есть, правда, разные вузы, в которых есть педагогические факультеты или направления науки, но педагогов нужно растить, их нужно воспитывать. И мне кажется, Владимир Владимирович, я не знаю, я об этом уже не раз говорила, что, может быть, всё‑таки к тем, кто поступает в педагогические вузы, кроме главного требования – любить ребёнка (Как вообще без любви жить на свете? – Невозможно!), кроме этого всё‑таки, может быть, какие‑то особые требования предъявлять?

Мы учим студентов за государственный счёт. Можем мы всё‑таки подписывать какое‑то соглашение, что не менее трёх лет выпускник педагогического вуза в школе проработает, а не уйдёт через год? Особенно преподаватели русского языка и литературы, потому что это самый трудный участок работы в школе. И потом, русский язык – это разве только язык учителя русского языка и литературы? А почему мы не предъявляем требования к преподавателям любого предмета? Потому что преподаватель любого предмета, говорящий по‑русски, тоже должен быть образцом этого русского произношения.

Мне кажется, это очень и очень важный вопрос. И конечно, ещё очень важный вопрос вот какой. Мы должны понимать, что, конечно, мы ввели сочинение, и это замечательно. Я очень этому рада и очень протестовала с первого момента, когда его отменили. Но, Владимир Владимирович, Вы посмотрите, что у нас происходит с устной формой общения. Ведь кого бы, где бы мы ни слышали – устной формы общения нет. А поэтому мы задумали и реализуем уже с Министерством образования введение в Единый государственный экзамен (от ЕГЭ нельзя сейчас отказаться никак) устной формы. Я понимаю, что гораздо сложнее сделать устную форму в ЕГЭ по русскому языку, чем по английскому или какому‑то другому, этот опыт у нас уже есть, мы ввели. Но мы в 2017 году попробуем это сделать на экзаменах в 9-м классе. У нас есть уже методики, у нас есть все подходы к этому и, может быть, в 2019-м, очень важном для нас году, мы придём к тому, что эта часть будет обязательной частью экзамена государственного по русскому языку. И очень важно, что сочинение – это последняя точка, допускающая наших ребят к экзамену по русскому языку.

И очень коротко вот о чём. Как важно чтение. Вы помните, Владимир Владимирович, несколько лет назад Вы нас попросили составить список из 100 книг, без которых ни один россиянин жить не может. Есть этот список, мы его улучшаем. Но Вы подумайте, как же мы дошли до такой жизни, что в 2014 году 30 процентов жителей России не прочли ни одной книги. Как это возможно?

Я очень надеюсь на то, что форум, который здесь проходит, заседание было и в этом зале, было в Атриуме Главного штаба, посвящённое чтению, очень изменит ситуацию. «Чтение, экология, осознание» – так мы назвали наше главное заседание.

И Вы знаете, что очень хочется сказать, когда мы все учились (я понимаю, что людей моего возраста здесь практически нет или их очень немного), но мы помним, что нашим учителям никакие учебники, никакие программы, в общем‑то, не нужны были – это были яркие, творческие личности. Мне бы очень хотелось, чтобы мы в самое ближайшее время, забыв эти слова «образовательные услуги» (спасибо, Ольга Юрьевна) и вернув слову «учитель» нужное звучание, мы всё‑таки придём к тому, что у нас будут прекрасные преподаватели.

И очень прошу всех: пожалуйста, не будьте равнодушными к тому, что вы слышите вокруг, не бойтесь поправить, исправить, я надеюсь, что кроме Президента Российской Федерации, который задаёт вопросы, есть всё‑таки и другие люди, которые захотят узнать, как правильно.

Спасибо большое.






войдите VkontakteYandex
символов осталось..


Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.