Русские Вести

Об идеологии, кино, "кровавой гэбне" и ностальгии по девяностым


На самом деле, Леонид Вениаминович Володарский в представлении не нуждается. Переводчик, голос которого знаком каждому, кто смотрел «пиратские» кассеты с голливудскими блокбастерами, писатель, радиоведущий и просто потрясающе интересный собеседник. Володарский категорически не соглашается с тем, что он обладал каким-то влиянием на умы и был медиатором, проводником западной культуры для соотечественников

Леонид Вениаминович, расскажите, пожалуйста, как выстраивались отношения с правоохранительными службами в 70-80-е, когда вы переводили фильмы?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Первый фильм я перевёл в декабре 1979-го года, а в мае 1980-го меня вызвали в Комитет государственной безопасности. Я чётко понял, почему меня вызвали: чекисты предполагали, что речь идёт о масштабной идеологической диверсии. Как только Комитет выяснил, что её нет и в помине, а есть только коммерческий интерес (это дело приносило колоссальные деньги) — всё перешло в совершенно другие структуры. Всем им я задавал один и тот же вопрос: «Я могу переводить или нет?». Нигде мне никто не дал ответ. Хочу обратить внимание, что со мной суперкорректно разговаривали в КГБ. Суперкорректно! Это к вопросу о «кровавой гэбне». Меня продолжали вызывать после этого, я стал «профессиональным свидетелем». Когда начались задержания и аресты видеопредпринимателей, у многих дома находили кассеты с моими переводами, но я у этих людей никогда не переводил, я их даже не знал. Я ни от кого не прятался, я был и есть абсолютно законопослушный человек. Была статья об антисоветской агитации, и я никогда в жизни не переводил фильмы про то, как русские захватывают Америку, или как русские пытают бедных американцев. Была статья о распространении порнографии. Моего голоса нет ни на одном порнографическом фильме, несмотря на утверждения различного рода идиотов и дебилов. Ни одного. Я жил в государстве и подчинялся его законам.

Был ли ваш выбор полностью самостоятельным, кто конкретно принимал решение в пользу того или иного фильма? Можно сказать, вы обладали этакой «шестой властью»...

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Конечно, самостоятельным. Иногда с заказчиком мы обсуждали, можно или нет переводить тот или иной фильм. По-моему, это абсолютно логичный подход. Я не обладал никакой властью вообще. Люди хотели смотреть кино. Чтобы смотреть кино, нужен русский перевод. Я его обеспечивал. И, кстати говоря, на мне нет ни одной проданной кассеты, ни одного проданного видеомагнитофона, я занимался своим делом. Да, это обычная рыночная история — спрос рождает предложение.

« А что изменилось с началом перестройки? Правоохранительные органы в 90-е — интерес к вам уже не проявляли?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. В конце 80-х-начале 90-х никто вообще не понимал, что происходит. Это было естественно. Потом на смену людям, которые записывали и продавали кассеты (их называли «писатели»), пришли студии, где стояло огромное количество видеомагнитофонов, техника, которая помогала применять разные ухищрения. Окончился период кустарей, и начался период Горбушки. Что касается правоохранительных органов, то с конца 80-х мной никто не интересовался.

Одна из черт нашего общества — бесконечная и почти болезненная рефлексия по поводу 90-х. Это что-то вроде психологической травмы, как вам кажется? Сами по 90-м скучаете?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Люди, которые подобное утверждают, вряд ли помнят, что тогда было. Выкинули бы из квартиры, я бы посмотрел на этих псевдоромантиков. Или — бандиты бы до полусмерти отходили. Эти рефлексирующие личности ничего не знают и знать не хотят. Это было так романтично, что не дай Бог кому-то попасть в те времена. Бандиты, жулики, мошенники, про тогдашнюю власть я вообще не говорю. По 90-м не скучаю, никакой ностальгии, мягко говоря, не испытываю.

 Сегодня особенно острой стала тема взаимоотношений искусства и государства. Как вы считаете, уместны ли какие-либо ограничения в том, что касается кино и в целом искусства, со стороны власти или тех, кто пытается от имени власти действовать?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Моя позиция такова: деньги взял у государства? Ну и сиди себе — не чирикай. Если хочешь быть независимым художником, то откажись от театра в центре Москвы, который содержит правительство этого города (а также, я и вы) и давай в Новую Москву, где театральный зал мест на 100 требует капитального ремонта. Отремонтируй его. Походи по своим друзьям, по крупным бизнесменам либеральных убеждений. Вот они тебе денег дадут (скорее всего, нет), и если ты поставишь хороший спектакль — поедешь с ним по всей стране, заработаешь. Если ты взял деньги у государства на кино, снимай, что тебе скажут, и в случае провала возмести оговоренный процент затраченных средств. Это относится и к поклонникам либеральных ценностей, и к тем, кто снимает совершенно бездарные патриотические лубочные агитки. Принципиальный художник не берёт денег у государства — вопрос исчерпан.

Некоторые берут деньги не у нашего государства, а, например, получают зарубежные гранты, снимают на них фильмы, ставят спектакли и хотят показывать здесь.

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. На это опять же воля государства. Дело доходило до того, что, кажется, 23 февраля показывали фильм, где американский герой разделывается с якобы советскими солдатами и офицерами. Я просто не понимаю наше государство. Главный символ его политики — задрапированный Мавзолей. Не очень понятно, куда мы идём — то ли направо, то ли налево, есть у нас идеология или нет.

Выделяете ли среди сегодняшних фильмов что-то достойное?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Достойных фильмов практически нет. Интересный факт: консультант практически всегда отсутствует. Отсюда сериалы про Советский Союз, которые не соответствуют действительности, а являются ложью и враньём. Особенно раздражают исторические фильмы и сериалы. Из того, что я видел в последнее время — добрым словом не помяну ничего. Это ложь — то ли намеренная, то ли от того, что создатели ничего не знают. Но это вины не смягчает, ложь она и есть ложь.

 А что же с этим делать, как ситуацию исправлять?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Не знаю. Я преподаю, перевожу себе потихонечку. Этим должны заниматься другие люди. Я только вижу, что Мавзолей задрапирован.

Россия жить не может без идеологии. Какой она должна быть? Надо сидеть и думать сообща. В Америке есть идеология, американская мечта — каждый может стать миллионером, все будем делать деньги и не мешать друг другу. Нам подобное не подходит, уже пробовали. Но нас пытаются убедить, что с 1917-го по 1991-ый у нас не было истории, а был кромешный ад. И это обдуманное и консолидированное давление. Самое страшное — отнять у людей их настоящую историю. А ложь льётся потоком, искажаются исторические события, придумываются цитаты, которые никто никогда не произносил. Уровень знания этих персонажей — фильм «Собачье сердце», «Архипелаг Гулаг» Солженицына и журнал «Огонек» эпохи перестройки. Я уже не говорю про усилия огромного количества теле- и радиоведущих.

С моей точки зрения, великим российским режиссёром был Алексей Балабанов. Несмотря на его метания, ошибки, для меня это великий режиссёр. Я разговаривал с людьми очень близкими к нему, и он хотел дать мне большое интервью, но не в Москве, в Ленинграде. Я тогда много работал, и всё откладывал, откладывал поездку в Ленинград. Дооткладывался. Очень жаль.

Из ныне живущих режиссёров — никого вообще?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Нет, по-моему! Кто-то снимает удачно, кто-то снимает полное дерьмо. Это совершенно нормальный результат последних 30 лет развития нашей страны.

Американская киноиндустрия далеко ушла вперёд...

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Лучшие фильмы, которые снимают американцы, в нашей стране не пользуются успехом — ни фильмы Клинта Иствуда, ни братьев Коэнов. Вот сейчас вышел фильм «Три рекламных щита на границе Эббинга, Миссури» — великолепно сделан. Что, он особой популярностью у нас пользовался? Нет, «Трансформеры» подавай! Когда у нас снимают жалкое подражание американскому кино, не вижу в этом ничего радостного. Так, как в Америке — не получится. У них и компьютерная графика, и спецэффекты пошибче будут, чем у нас.

То же самое с телевидением. Сплошь копии с американского, типа Comedy Club. Я это смотреть не могу. Моё поколение, те люди, с которыми я общался, дружил, они все читали Ильфа и Петрова, О. Генри, Аверченко, Марка Твена. Я думаю, почему Comedy Club пользуется такой популярностью? Да в каждом дворе не менее двух человек — не хуже, чем они. Песенки с рифмой «палка-селёдка», которую освоил Незнайка из всем известных книг, матерок, плоские остроты. Их смотрят миллионы и миллионы — значит, уровень такой.

К слову, сейчас мы смотрим гораздо больше сериалов, чем фильмов. Сериалы появились не год назад, но как вы думаете, почему это происходит именно сейчас? У нас какое-то «сериальное» сознание?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Это закономерно. Что сейчас делает Голливуд — «Человек-паук», «Человек-дурак», «Человек-букашка», «Человек-какашка». Почти всё настоящее кино ушло в сериалы, есть совершенно потрясающие, американские, в первую очередь, английские, итальянские, французские — этих меньше, конечно. Это уже не сериал, где каждая серия — отдельный сюжет, это повествование. У нас сериалов такого качества нет. У нас есть то, что называется на Западе «мини-сериалы». Мини-сериал «Ликвидация» великолепного Сергея Урсуляка, я его вообще очень люблю, у него великолепный «Тихий Дон». Когда говорят: «А вот тогда был «Тихий Дон» Герасимова», я отвечаю: «У меня теперь два «Тихих Дона» — Урсуляка и тот, классический».

Настоящий западный сериал идёт из года в год раз в неделю. Возможно ли у нас снять такие блестящие сериалы, как американские «Настоящий детектив» и «Ад на колёсах», французский «Налёт»? Сомневаюсь. А именно таким примерам надо следовать. Не подражать, не эпигонствовать, не снимать кальки, а творчески осмыслить и сделать своё. Обратитесь к советскому кино, и вы легко найдёте достаточное количество великолепных фильмов. Поверьте, список будет весьма внушительный.

Если зашла речь о сериалах — «Чернобыль» смотрели? Сериалов много, но этот стал в России культурным и почти политическим событием. Восхищаться им или ругать американцев, которые посягают на нашу историю?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Не смотрел, не хочу и не буду. Самим надо снимать. Я не верю, что американцы могут нормально отобразить состояние Советского Союза того времени. Не смогут! Я видел много западных фильмов про Советский Союз, про Россию — сплошной бред. У меня два вопроса: кто считает «Чернобыль» большим культурным событием, и почему мы сами не сняли фильм об этой трагедии?

Знаю, что вы дружите с Сергеем Семёновичем Шестовым, президентом международной общественной организации ветеранов «Вымпел», что связывает вас и сотрудника спецслужб?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Есть разные сотрудники спецслужб. Есть те, у которых находят мешки денег, а есть те, кто защищал свою страну, но службу их развалили намеренно. И тогда эти люди — молодые, здоровые, которые могли ещё массу пользы принести нашей стране, ушли из системы. А сменили их зачастую люди, у которых сейчас в квартирах мешки денег. Шестов — прежде всего, большая личность, великолепный аналитик, думаю, что о его прошлом немного рассказано, а больше рассказывать нельзя, таков мир этих людей. Он фантастический человек, который мог бы дать молодым очень много, но похоже это никого не волнует. У меня в друзьях есть несколько ветеранов спецслужб, и я горжусь тем, что они считают меня своим другом.

Вы интересовались историей разведки, с чем связан такой интерес?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. И сейчас интересуюсь, но я в этом деле просто начитанный дилетант. Мой друг — историк спецслужб Александр Колпакиди, мы с ним тесно общаемся и работаем, и он часто приходит гостем на мою радиопередачу и рассказывает много интересного. Я вообще очень интересуюсь историей, только не всей, а определёнными периодами.

И завершающий вопрос: ясно ли, кто мы сейчас такие?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Нет, опять перед глазами задрапированный Мавзолей, а это означает, что огромная часть нашей истории, при которой наша страна достигла максимальных результатов, сознательно замалчивается, извращается. Нам всё время говорят — Запад, Запад. Мы находимся в центре Земли. Мы — центр планеты. Всё ли у нас хорошо — это смешной вопрос. Конечно, далеко не всё. Но я категорический противник любого рода революций, Россия всю свою кровь, какую могла, уже пролила. Хватит! Постепенное эволюционное развитие — долго, скучно, но, тем не менее, я другого пути не вижу.

Ответьте сами на вопрос, кто мы! На него сегодня трудно будет ответить. Так как нынешнее поколение практически не читает. С различного рода малолетними мыслителями мне не о чем разговаривать. Да, есть исключения, не спорю, но они есть всегда. Но у них вся жизнь в телефоне, только в нём нет книг, и нет по-настоящему хорошего кино. А когда нет точки отсчёта, то смешнее Comedy Club и лучше фильма, чем «9 рота» — ничего нет. Если люди говорят, что начали смотреть какой-то фильм и прекратили просмотр на том основании, что он очень старый, значит, мне с ними не интересно. Хотя можно жить и так, каждый же сам выбирает. Но в основе всего лежит книга, вы можете называть её сценарием, кратким содержанием, ещё как-то, но это книга. Я не к тому, что нынешнее поколение плохое — какое есть. Может быть, всё, что происходит — объективно.

Дарья Андреева

Источник: zavtra.ru