День русофобии



150 лет назад великий русский поэт и дипломат Ф.И. Тютчев сформулировал определение набирающей популярность тенденции в российском обществе.

Появление термина русофобия датируется 20 сентября 1867 г. Стало быть в этом году юбилей: 150-летие.

В этот день великий русский поэт и дипломат Ф.И. Тютчев в письме на французском языке к своей старшей дочери Анне, бывшей замужем за И.С. Аксаковым, высказал мысль о необходимости написания статьи, в которой «следовало бы рассмотреть современное явление, приобретающее все более патологический характер. Речь идет о русофобии некоторых русских — причем весьма почитаемых... Раньше они говорили нам, и они, действительно, так считали, что в России им ненавистно бесправие, отсутствие свободы печати и т. д., и т. п., что потому именно они так нежно любят Европу, что она, бесспорно, обладает всем тем, чего нет в России. А что мы видим ныне? По мере того, как Россия, добиваясь большей свободы, всё более самоутверждается, нелюбовь к ней этих господ только усиливается. И напротив, мы видим, что никакие нарушения в области правосудия, нравственности и даже цивилизации, которые допускаются в Европе, нисколько не уменьшили пристрастия к ней. Словом, в явлении, которое я имею ввиду, о принципах как таковых не может быть и речи, здесь действуют только инстинкты, и именно в природе этих инстинктов и следовало бы разобраться».

Под весьма почитаемыми русскими Тютчев имел в виду Тургенева и его знаменитый разговор с Достоевским.

В известном письме к А. Н. Майкову 16 (ст. ст) августа 1867 г. Достоевский рассказывает о своем житье-бытье в Германии, в Дрездене, и между прочим пишет:
«В Германии столкнулся с одним русским, который живет за границей постоянно, в Россию ездит каждый год недели на три получить доход и возвращается опять в Германию, где у него жена и дети, все онемечились.

Между прочим, спросил его: «Для чего, собственно, он экспатриировался?» Он буквально (и с раздраженною наглостию) отвечал: «Здесь цивилизация, а у нас варварство. Кроме того, здесь нет народностей; я ехал в вагоне вчера и разобрать не мог француза от англичанина и от немца... Цивилизация должна сравнять всё, и мы тогда только будем счастливы, когда забудем, что мы русские и всякий будет походить на всех».

Разговор этот я передаю буквально. Человек этот принадлежит к молодым прогрессистам, впрочем, кажется, держит себя от всех в стороне. В каких-то шпицев, ворчливых и брезгливых, они за границей обращаются».

Затем Достоевский переехал в Баден, где встретился с Тургеневым. Это было время, когда тургеневский роман «Дым», что называется, провалился в России. Общественность ругала писателя, даже хотели лишить его дворянства.

Достоевский искренно признается, что книга „Дым" раздражила своей основной идеей: «он [Тургенев] сам говорил мне, что главная мысль, основная точка его книги, состоит в фразе: „Если бы провалилась Россия, то не было бы никакого ни убытка, ни волнения в человечестве". Он объявил мне, что это его основное убеждение о России». (Эта «главная мысль» вложена в романе в уста Потугина. — С.Ц.)

«Ругал он Россию и русских безобразно, ужасно, — пишет далее Достоевский. — Но вот что я заметил: все эти либералишки и прогрессисты, преимущественно школы еще Белинского, ругать Россию находят первым своим удовольствием и удовлетворением. Разница в том, что последователи Чернышевского просто ругают Россию и откровенно желают ей провалиться (преимущественно провалиться!). Эти же, отпрыски Белинского, прибавляют, что они любят Россию. А между тем не только всё, что есть в России чуть-чуть самобытного, им ненавистно, так что они его отрицают и тотчас же с наслаждением обращают в карикатуру, но что если б действительно представить им наконец факт, который бы уж нельзя опровергнуть или в карикатуре испортить, а с которым надо непременно согласиться, то, мне кажется, они бы были до муки, до боли, до отчаяния несчастны.

Заметил я, что Тургенев, например (равно как и все, долго не бывшие в России), решительно фактов не знают (хотя и читают газеты) и до того грубо потеряли всякое чутье России, таких обыкновенных фактов не понимают, которые даже наш русский нигилист уже не отрицает, а только карикатурит по-своему. Между прочим, Тургенев говорил, что мы должны ползать перед немцами, что есть одна общая всем дорога и неминуемая — это цивилизация и что все попытки русизма и самостоятельности — свинство и глупость. Он говорил, что пишет большую статью на всех русофилов и славянофилов. Я посоветовал ему, для удобства, выписать из Парижа телескоп. «Для чего?» — спросил он. «Отсюда далеко, — отвечал я. — Вы наведите на Россию телескоп и рассматривайте нас, а то, право, разглядеть трудно». Он ужасно рассердился».

«Я перебил разговор; заговорили о домашних и личных делах, я взял шапку и как-то, совсем без намерения, к слову, высказал, что накопилось в три месяца в душе от немцев: «Знаете ли, какие здесь плуты и мошенники встречаются. Право, черный народ здесь гораздо хуже и бесчестнее нашего, а что глупее, то в этом сомнения нет. Ну вот Вы говорите про цивилизацию; ну что сделала им цивилизация и чем они так очень-то могут перед нами похвастаться!».

Он побледнел (буквально ничего, ничего не преувеличиваю!) и сказал мне: «Говоря так, Вы меня лично обижаете. Знайте, что я здесь поселился окончательно, что я сам считаю себя за немца, а не за русского, и горжусь этим!»

Известно, что оба писателя с трудом переносили друг друга. Очень надеюсь, что тут имел место троллинг, и половина сказанного Тургеневым можно списать на злость, раздражение и досаду. Кому из нас не случалось в пылу спора высказывать радикальные мысли, лишь для того, чтобы позлить соперника?

P.S.
Вчера был день совпадений: рассказывал о русофобии в юбилейный год русофобии и одновременно с Путиным, который тоже говорил о русофобии :)).

Источник: sergeytsvetkov.livejournal.com






войдите VkontakteYandex
символов осталось..


Комментарии 1

  1. Даша2000 26 октября 2017, 07:33 # 0
    Русофобам -путь разочарований и страданий! ( и безумие а склоне лет)
    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.