Бэтмен против всех!


Представим себе, что разработан новый космический двигатель, сверхмощный и экономичный. Полёт на Луну стал вопросом небольших денег и ничтожного времени. До Марса люди добираются теперь за сутки. Проблема в том, что новые технологии получили только некоторые ведущие державы. США, Япония, Франция, Италия, Южная Корея. А Россия — не получила. 

Что в этом случае произойдёт с миром? Космические державы разделят между собой ставшие доступными Луну и Марс. Затем они двинутся к спутникам Юпитера. Все ресурсы этих космических тел достанутся им. А Россию вытеснят на периферию истории. 

Неприятная для нас ситуация, но сегодня примерно это и происходит. Есть огромная вселенная массового искусства, и речь далеко не только про кино. Игровое кино с живыми актёрами составляет не самую большую часть вселенной массового искусства. Во вселенной массового искусства России достался маленький пыльный закоулок, а все остальные бескрайние пространства со всеми их богатствами принадлежат странам Запада. 

Огромная часть этой вселенной не просто недоступна русскому обывателю — она ему не видна. Лежит за пределом видимого диапазона. В частности, речь идёт о комиксах. В плане развития комиксной индустрии мы сегодня находимся на обочине магистральных процессов истории. Последствия этого отставания печальны. 

Однажды мне предложили преподавать рисование комиксов первоклассникам. Я отнёсся к идее без энтузиазма, потому что в семилетнем возрасте ребёнку крайне трудно освоить принципы комиксостроения, надо подождать хотя бы лет до 10-12, а основная часть моих учеников — старшеклассники и первокурсники. Но всё же согласился. На первое занятие ко мне пришло около десятка ребят. И три мамы изъявили желание присутствовать в аудитории. Скорее всего, они просто хотели разобраться, чему же я буду учить их детей, и что это за зверь такой — комиксы. 

Первым делом я спросил ребят, каких героев комиксов они знают. Дети обрадовались, стали наперегонки поднимать руки и называть супергероев. Кого-то я знал по долгу службы. Супермен, Человек-паук, Капитан Америка (его вспомнили вторым или третьим, что показательно), Бэтмен, Робин, Дэдпул (зачем этот похабник детям — непонятно), Джокер, Женщина-кошка, Росомаха, Тони Старк Железный человек, Человек-муравей, Чёрная Пантера, Чёрная вдова, Циклоп, Халк, Магнето, Сорвиголова, Серебряный Серфер, Псайлок, Черепашки-ниндзя. Семилетние дети знают, как зовут тётушку Питера Паркера и как зовут его возлюбленную. Некоторые супергерои стали открытием для меня (Песочный человек, Кожаноголовый). 

Мамы выглядели озадаченно — похоже, большинство имён оказались для них незнакомыми. 

Затем я спросил ребят: кто такой Мальчиш-Кибальчиш? И повисла мёртвая тишина. Русские дети не знают, кто такой Мальчиш-Кибальчиш. 

Я спросил их родителей — вы видите, что происходит? Как вы думаете, почему так? Почему наши дети так плотно погружены в чужую культуру? Родители сокрушённо покачали головами и высказались в том смысле, что вот, мол, мы виноваты, не смогли противодействовать чужому влиянию. Но здесь родители неправы: они не виноваты, просто у них маловато сил, чтобы противодействовать индустрии. 

Просто представьте себе. На протяжении более чем сотни лет миллионы людей строили индустрию массового искусства, вливали в неё деньги, сравнимые с военными расходами, отдавали ей весь свой потенциал. Художники, дизайнеры, сценаристы, режиссёры, актёры, программисты, торговцы, менеджеры, рекламщики, учёные, психологи, психиатры, военные, политики… 

Это больше, чем все джинсы, гамбургеры и жвачки мира. 

Это больше, чем американская или русская космическая программа. 

И комиксы — одна из важнейших частей индустрии. Сделано всё для того, чтобы умами русских детей владели западные супергерои. И побороть эту машину силами одной семьи, пожалуй, невозможно. Нужно общенародное понимание происходящего. 

Мы были школьниками в 90-е, и мы хорошо знали, кто такой Мальчиш-Кибальчиш. А из американских героев знали разве что Бэтмена и Супермена. Сейчас приходят новые поколения, и у них всё иначе. 

Сегодняшнее поколение тридцатилетних уже довольно плотно включено в комиксную культуру, но в их детстве, прошедшем в девяностые и в начале нулевых, не было такого изобилия комиксной продукции. Поколение пятнадцатилетних в этом живёт. Дети растут на комиксах и на фильмах, снятых по комиксам. 

Я не считаю, что комиксы — это плохо. Мне нравятся комиксы, это важная часть моей профессии. Рисование комиксов отлично развивает подростков и прививает им массу ценнейших навыков. Например, рисование комикса отодвигает горизонт планирования. Горизонт планирования в компьютерной игре — полчаса-час. Примерно столько времени требуется игроку на выполнение миссии. Горизонт планирования в рисовании комикса — месяцы. Рисуя комикс, подросток учится планомерно и упорно идти к цели, фокусироваться на ней, правильно организовывать свои ресурсы. Когда-то этому учили, например, кружки авиамоделизма. 

Вред от чтения комиксов возможен в двух случаях. Первый случай — когда ребёнок не читает ничего, кроме комиксов. Правда, если ребёнок вообще ничего не читает, а только играет на компьютере и смотрит видео, то комиксы могут дать ему возможность читать хоть немного, хотя бы короткие фразы. Второй случай — когда комиксы для ваших детей рисуют чужие дяди за океаном. Вы не знаете этих людей, не знаете их целей, но через комиксы, игры и мультфильмы они оказывают огромное влияние на ваших детей. И это влияние может оказаться не вполне положительным. 

Проблема ещё и в том, что если человек не привык к изобразительному языку комикса и к его навигации в юном возрасте, то ему будет очень трудно читать комиксы в возрасте зрелом. Поэтому сегодня многие родители в России оказываются просто не в состоянии читать те комиксы, которые воспринимают их дети. По сути, формируется закрытый от родителей канал влияния на подростков. Особенно это актуально в случае с японской мангой. 

Вот цена пренебрежительного отношения к искусству комикса. Взрослые художники, получившие крепкое художественное образование, унаследованное Россией от Союза, с брезгливостью смотрят на комиксное искусство, не хотят заниматься этим "низким жанром". А ведь художник старшего возраста мог бы сделать произведение не только красивое по форме, но и верное по содержанию. Нравственное, доброе, чистое, патриотичное. Наши самодовольство, снобизм и следование стереотипам дорого обходятся Отечеству. 

Я хочу, чтобы однажды американский преподаватель комиксного искусства спросил учеников, каких героев они знают, и услышал бы — Мальчиша-Кибальчиша, Чапаева, Илью Муромца, Человека-Россию. Ради этого и запустил свой курс. Но пока наша задача — хотя бы просто осознать, что легкомысленно-пренебрежительное отношение к противнику делает нас беззащитными перед ним. 

Самой глупой ошибкой было бы запрещение комиксов в России. Хотя отдельные произведения запретить следует. Или, как минимум, проследить, чтобы маленькие дети не читали истории для взрослых. Но это в Китае есть возможность запрещать к изданию те или иные серии манги, потому что в Китае — китайский интернет. А в России свобода интернета стремится к абсолюту. Запретим к изданию те или иные произведения — и подростки просто продолжат качать мангу в сети, как это и происходит сегодня. 

Здесь важно заметить: в массе своей комиксы ничуть не разрушительнее той кинематографической и мультипликационной продукции, что приходила к нам с Запада в 90-е. Даже наоборот. Мало что способно переплюнуть разрушительное воздействие "Утиных историй", в которых каждая серия начиналась с кадров, где Скрудж Макдак с удовольствием купался в своих денежках. То, что стыдно для русского и советского человека, изображалось как нечто положительное, достойное и приятное. Показательно, что в современных "Утиных историях" есть, например, однополая пара: у одной из героинь вместо мамы второй папа. 

Более того. Если ребёнок в возрасте 7-11 лет смотрел такие полнометражные анимационные фильмы, как "Тайна Коко" или "Книга жизни", то никаких комиксов можно уже не опасаться: он видел вещи пострашнее. Сегодня максимально деструктивны как раз фильмы для десятилетних. 

Да и главная разрушительность всей молодёжной кинопродукции — не в демонстрации жестокости и не в приучении к идее смерти, а в переустройстве системы ценностей, в навязывании картины мира, где нет категорий добра и зла. Но это отдельная обширная тема. 

Построение отечественной комиксной индустрии — важнейшая задача ближайших десятилетий. Здесь относительно простое производство, оно дешевле кино и мультипликации, но может стать локомотивом развития для этих видов массового искусства. 

На Западе работает именно такая бизнес-модель. Американский комикс тянет за собой теле- и кинофильмы, игрушки, компьютерные игры, сувенирную продукцию. Сначала супергерой обкатывается в комиксном издании. Это позволяет с минимальными финансовыми рисками определить, хорошо ли реагирует аудитория на данный бренд. Если да — запускается более тяжеловесная машина кинематографа. 

В Японии ситуация аналогичная, с той поправкой, что именно комиксы-манга формируют фундамент для развития индустрии аниме. Аниме —мощнейшее оружие Японии. Сильнее, чем атомная бомба. Оно завоёвывает для Японии сердца миллионов людей по всему миру, распространяет японскую национальную культуру, приносит колоссальные прибыли, сравнимые с нефтяными доходами. 

Почему же в Союзе комикс не получил развития. 

На самом деле, это загадка истории. До сих пор в сознании множества наших соотечественников живёт странный миф о глупости комиксов, об их низкосортности. Это ошибка. Комиксы — мультипликация на бумаге. Нарисуете умный и добрый мультфильм (например, про ёжика в тумане) — получится умное и доброе произведение. А если вы к добру не стремитесь, то ничто не мешает вам нарисовать тупой и злобный мультик, например, про дятла Вуди. 

Комикс — это художественная форма. Она не может быть плохой или хорошей. Глупо было бы отрицать всю мировую живопись только потому, что некоторые художники писали портреты Гитлера. То же и с данным предрассудком. 

Но противникам нашего Отечества этот миф крайне выгоден: до тех пор, пока мы относимся к комиксу с пренебрежением, мы беззащитны перед ним. Если мы не уважаем комикс, то не развиваем свою индустрию. До тех пор, пока у нас нет своей комиксной индустрии, наши подростки будут расти на импортной продукции. Это очень выгодно для наших оппонентов. 

Есть легенда, согласно которой во всём виноват художник Эрже. В 1930-е годы он нарисовал свой первый комикс про Тинтина (или Тэнтэна, Тантана). Комикс назывался "Тинтин в стране Советов". Главный герой приезжает в Советский Союз и сразу начинает вести подрывную деятельность. По сути, выступает как диверсант и саботажник. Советские лидеры ознакомились с произведением Эрже и постановили: искусство комикса считать антисоветским, и в Союзе его запретить. 

Легенда интересная, но причины запрета комиксов нужно искать в более прагматичных областях. 

Во-первых, советское массовое искусство вообще не очень-то хотело становиться массовым. Ещё в первые годы Советской власти Казимир Малевич предлагал простому народу приобщиться к высокому искусству авангарда, к супрематизму и конструктивизму. Идея была в том, что на западе высокое искусство существует для буржуазной элиты, простолюдинам оно недоступно. А у нас в Союзе каждый работяга отныне — элитарий. 

Когда народ отказался принимать авангард во всех его проявлениях, то ему предложили соцреализм, и это была одна из сияющих вершин мировой реалистической живописи. В журналах "Крестьянка" и "Работница" последние страницы отдавали под качественные репродукции лучших картин. Советская книжная иллюстрация находилась на таком культурном уровне, что в проходной книге про любовь доярки и технолога вы могли увидеть графику на уровне Матисса. Где теперь вся эта утончённая культура? Как её вернуть? 

Искусство такого уровня трудно производить поточным методом. Советский иллюстратор мог работать над книгой и полгода, и больше. Условия позволяли. Государство платило ему за труд. А комикс — это, в первую очередь, поток, индустрия. Нужно делать по странице в рабочий день, чтобы уложиться в обозримые сроки, и часто там присутствует разделение труда. 

Показательно, что и советская мультипликация оставалась высоким искусством, так и не породив индустрию. 

И здесь мы можем обнаружить, что вторая трудность — в советском трудовом законодательстве. Для американского художника комиксов в начале 1960-х не существовало трудовой нормы. Он старался выдать в месяц как можно больше страниц, потому что оплата шла постранично. Рабочий день растягивался до 16 часов. Чтобы не упасть в обморок за рабочим столом (такое случалось), он мог взбадривать себя кофе и алкоголем. Да, сегодня в наших дизайн-бюро сотрудники могут работать примерно в таком же ритме, особенно перед сдачей проекта, да и книжные иллюстраторы иногда вынуждены трудиться без выходных. Но в СССР так было не принято. Стахановцы достигали высоких результатов всё же не за счёт работы на износ, а за счёт оптимизации рабочего процесса. 

И третья причина — недостаточное понимание проблемы руководителями государства. Сталин мог бы решить этот вопрос, но в его время комиксы ещё не стали настолько мощной индустрией, да и как минимум с 1939 по 1949 год ему было не до них. А понимание Хрущёвым процессов в искусстве ярко иллюстрирует "Бульдозерная выставка", оказавшаяся ценнейшим подарком для идеологических врагов нашего государства. 

После перестройки в России было много энтузиастов, которые предпринимали попытки создать русский комикс. Это были отважные люди. В условиях дикого рынка и людоедской инфляции они запускали интереснейшие проекты, причём всё делалось, как правило, на чистом энтузиазме, без надежды заработать. Кто-то из этих художников занимается комиксным делом до сих пор, кто-то ушёл в более стабильные и прибыльные сферы. 

С начала 2010-х годов в России существуют зачатки комиксной индустрии. Появились первые издательства, магазины, проводятся Комикон, фестиваль Коммиссия, ряд других мероприятий. Интерес к комиксам растёт: ко мне на курс приходят не только подростки, но и взрослые люди. Можно смотреть в будущее с оптимизмом. Но всё равно: подавляющее большинство издаваемых у нас комиксов — импортные. 

Можно поговорить об образовательном, воспитательном и пропагандистском потенциале комиксов. Можно рассмотреть, почему именно комикс оказывается сегодня эффективнейшим инструментом для распространения культуры государства на территорию других государств. Можно обсудить модели мышления, которые формируют комиксы, мультипликация и кино в сознании молодого поколения. Но всё это — темы для отдельных статей.

Максим Маркевич

 

Источник: zavtra.ru