Женщины – минёры. Разминирование Заонежья


В конце июня 1944 г. части 32 армии под командованием генерал–лейтенанта Ф.Д. Гореленко освободили Медвежьегорск и повели наступление в западном и юго–западном направлениях. Финские части заблаговременно без боев покинули Заонежский район. Из эвакуации стали возвращаться местные жители. Надо было восстанавливать колхозы, сеять хлеб.

Финскими оккупантами были заминированы деревни, поля, берега озер и рек, дороги. Для восстановления мирной жизни надо было разминировать значительные территории, поэтому, задолго до окончания военных действий, в республике началась подготовка минеров из числа гражданского населения.

В соответствии с постановлением СНК и ЦК КП(б) Карело-Финской ССР от 21 марта 1944 года началось формирование районных команд Осоавиахима из минеров-добровольцев, каждая численностью от 25 до 50 человек в возрасте от 15 лет и старше. В программу обучения входили подрывное дело, разминирование мин советского и иностранного производства, а также строевая подготовка.

Всего на обучение отводилось около 70 часов, из них 12 часов уходило на практические занятия. Обучались в течение двух недель в вечернее время без отрыва от основной работы, затем сдавались экзамены по билетам специальной комиссии. В зависимости от полученных оценок комиссия решала, как использовать курсанта: рядовым, младшим инструктором, помощником командира взвода или отделения.

К июлю 1944 года на курсах Осоавиахима было подготовлено 44 младших инструктора по разминированию и свыше 1200 бойцов.

Командный состав (начальники команд, командиры взводов и отделений) и инструктора готовились по особой 300-часовой программе.

Сложность работ по разминированию Заонежского района, да и по всей республике заключалась в том, что территория, в основном, была покрыта лесами, болотами, с обилием островов, преобладал каменистый грунт. Между населенными пунктами не было хорошей связи.

Трудности возникали из-за отсутствия документов о минных заграждениях финнов. После успешной партизанской операции на Большом Клименецком острове в январе 1942 г. финны значительно укрепили его восточное побережье.

Были построены блиндажи, дзоты, заминировано побережье и подступы к гарнизонам, сделаны проволочные заграждения и светоракетная сигнализация. Мины ставились на дорогах и по обочинам, в селах и деревнях и вокруг них. Были заминированы мосты, хозяйственные постройки, входы в жилые дома, печи, поля и огороды. Финские саперы были большими мастерами по установке мин-сюрпризов. Ими минировались кресла, комоды, сапоги и даже детские куклы.

В Заонежском районе было занято 3 осовиахимовских команды, всего 80 человек. Команда минеров состояла в среднем из 25 бойцов. Одна из команд - это взвод под руководством Зинаиды Владимировны Шустиковой. Взвод состоял из трех отделений по 7 бойцов в каждом. Во главе отделения – командир. Также в отряде находился сандружинник и корреспондент газеты «Ленинское знамя». Всего 27 человек, из них 23 женщины. Возраст минеров-добровольцев был от 15 лет до 21 года. Самой Зинаиде Владимировне в 1944 году было всего 20 лет.

Каждый член команды переносил на себе миноискатель и щуп, также необходимо было иметь при себе оградительные знаки (флажки, веревки), детонаторы, саперные пилы и топоры, компасы и котелки. 

О том, в каких условиях работали молодые женщины - минеры, лучше всего характеризует письмо, написанное З. В. Шустиковой командиру-инструктору по разминированию Центрального Совета Осоавиахима КФССР, хранящееся в Национальном архиве РК.

«Ц. С. Осовиахима Т. Белову, копия ЧК КП (б). 

…Живем сейчас все по-старому. Ходим на работу каждый день. Сейчас ездим на проверку островов. Проверили 2 острова и с 13/VII проверим 3-й речной остров. Здесь обнаружили 3 минных поля. Мины в большинстве случаев финские трубчатые и осколочные. Осколочные со взрывателем ZZ-42 и трубчатые со взрывателем В2-1. Со вчерашнего дня работало только с 2-мя отделениями, первым и третьим. 

Второе отделение с лейтенантом Мошниковым вышло в Великую Губу для разведки. Работали все хорошо, есть правда некоторые, которые ещё боятся, но думаю, что и они все привыкнут. Это же не так страшно, как казалось раньше. Помните девушку, которая бежала с поля в деревню после поджога зажигательной трубки, и та тоже работает и неплохо. В первый день разминировали 52 штуки мин, из них трубчатых 17 и осколочных 35. Во 2-й день примерно 70 мин, и все трубчатые. 

Почему я пишу примерно, да потому что протащить их было невозможно, так [как] оводы заели всех, что некоторые просто плакали, а взять все мины в лодку мы не могли, т. к. они очень тяжелые. Вы конечно сами испытали это удовольствие на 16-м разъезде, но на острове это просто была пытка, я например еще никогда не видала столько оводов и таких разъяренных. И я вынуждена была вернуть людей обратно, т. к. при такой опасной работе и с такой обувью как у наших, работать было невозможно. 

У людей отсутствует обувь и поэтому полностью 2-мя отделениями ходить на работу нельзя. Каждый день остаемся дома до 5 человек, к тому же 3-е в Беломорске, 2-е за хлебом и 1 в больнице, работаеть почти не с кем. Сейчас с нами работает один мальчик деревенский, звать его Саша. Вчера он был 1-й раз с нами на минном поле, мы ему показывали как разминировать и как и где искать мины. И вместе с Володей Заляжным он обезвреживал мины. 

Лейтенант нам нисколько ни в чем не помогает. Только одно что посылает работать. Уезжаем на лодках в 8-9 часов утра и возвращаемся в 10 вечера. Нет выходных, даже постирать нет время. Ездим на деревянных лодках, тогда как есть возможность достать хорошие. Вот, например, вчера. Пришла я к председателю за лодкой, а лейтенант и говорит: «Ничего, может и на тех уезжать». Но ехать нам не 700 м и не 1 км, а примерно 5-7 км. И еще с минами. 

С продуктами тоже можно бы было все устроить хорошо, … председатель говорил, что могли бы помочь, если похлопотал бы лейтенант. Но он ничего не хочет делать. Сама сходить не могу т. к. с утра до вечера на работе, а председатель в деревне с 10 до 6-7 ч. вечера, а живет он, говорят, на 10 км. Сегодня посылаю к председателю М. Ритто насчет продуктов и вообще поговорить с ним. 

Тов. Белов. Если возможно, то прошу Вас обеспечить команду обувью и брюками т.к. в скором времени, дней через 5-7, никто из них не сможет выйти на работу из-за отсутствия обуви. Даже сейчас уже некоторые ходят в лес босиком, что в здешних условиях невозможно. 

Привет от всего личного состава. 

С комсомольским приветом З. Шустикова Ком. взвода 15/VII -44 года»

Работа осложнялась еще и тем, что очищенные территории кто-то снова минировал. «… Врайоне Клименецкого острова за время нашей работы по разминированию были замечены случаи установления мин ПДМ-6 в проверенном нами районе. Например, в дер. Сельга, при проверке во второй раз этой деревни, были обнаружены мины ПДМ-6, которые сняты нашими минерами в кол-ве 5 шт. и в дер. Петры обнаружены 8 мин ПДМ-6. 

По дороге с пос. Сенная Губа до дер. Лонгасы снято и обезврежено 15 шт. ПДМ-6 , кроме этого в деревне Косельга были обнаружены финские листовки, расклеенные на домах. Не доходя деревни Косельга были обнаружены листовки с подписями «минное поле». После проверки этого места мин не оказалось. Листовки были сняты нами, но на следующий день они снова висели на этом месте… », - пишет в своем донесении З. В. Шустикова. 

Пришлось вторично обследовать деревни Сельга, Мигуры, Моталово, Петры, Голиково, Лонгасы, Дальняя и Ближняя Любосельга, Кургеницы, Войнаволок. В районе деревни Клименцы были обнаружены 4 минных поля на месте разминированных. На одном из них снято 10 зажигательных шашек. 

Так же доставляли хлопоты местные жители, которые, не обращая внимания на оставленные минерами знаки, самовольно проходили в запретную зону, чтобы осмотреть свои дома, ходили в лес за ягодами и грибами и подрывались на минах. 

Несмотря на трудности, потери товарищей, работа по разминированию района продолжалась. За период с 15 июля по 25 сентября 1944 года в Заонежском районе было обследовано и разминировано территория 12 сельских советов. К концу октября 1944 года была проверена и разминирована от взрывных единиц площадь в 2200 кв.км, обнаружено 80 минных полей, разминировано 19 населенных пунктов, проверено 474 населенных пункта, где не было обнаружено взрывоопасных единиц. За это время было обезврежено: мин Т-35 – 29 шт., трубчатых финских – 6720 шт., осколочных ПДМ3 – 1367 шт., мин сюрпризов – 113 шт., полевых фугасов – 156 шт., подводных фугасов – 162 шт., камнеметов – 74 шт., противопехотных мин, снарядов, бомб – 119 шт. 

Как свидетельствуют сохранившиеся архивные списки команд минеров, основную часть гражданского населения, привлеченного к этой опасной работе, составляли девушки и молодые женщины. Работа в составе команд по разминированию не засчитывалась в трудовой стаж и не записывалась в трудовые книжки. Даже нагрудные знаки «Отличный минер», грамоты Президиума Верховного Совета КФССР и Центрального совета Осовиахима не давали права на социальные льготы, которые имели ветераны Великой Отечественной войны. Их вклад в восстановление республики во время еще продолжавшейся войны не был оценен государством по достоинству. Только спустя полвека после окончания войны минеров приравняли к ее участникам. 

Не все дожили до этого дня. Многие погибли при разминировании, их могилы по всему Заонежью – хоронили в лесах, на обочинах дорог. Выжившие перенесли колоссальные нагрузки как физические, так и эмоциональные. 

И все же разминирование было завершено, 5 ноября 1944 года был составлен акт о том, «…что территория Заонежского района полностью очищена от мин, неразорвавшихся авиабомб и всякого рода боеприпасов и безопасна для пользования. Начальник по разминированию района Мошников К.П. –гвардии лейтенант». 

Взвод Зинаиды Шустиковой разминировал остров Клименецкий, на котором находятся деревни Воробьи, Середка и Гарницы. Это родина Александры Воронцовой (в замужестве Ивановой), нашей мамы и прабабушки. В деревне Воробьи она родилась, отсюда происходит известный в Заонежье род Воронцовых. А в деревне Западные Гарницы родилась ее мама Пелагея Ивановна, дочь известного сказителя Ивана Герасимовича Рябинина – Андреева. Сама Александра Воронцова тоже была минером, командиром взвода и в составе Беломорского отряда минеров участвовала в разминировании Сегозерского района. Ей было в это время 16 лет. 

Ниже приводятся воспоминания А.А. Ивановой, записанные ее правнучкой Е. Афониной, об обучении на курсах минеров и разминировании Сегозерский района Карелии.

А.А. Иванова

Когда началась война, моей прабабушке Шуре, или, как мы зовем ее в семье, бабуле, было 13 лет. К тому времени она окончила только 5 классов. Её семью эвакуировали из Петрозаводска в поселок Камбарка в республике Удмуртия. В Камбарке Шура закончила седьмой класс и сразу стала работать учеником электрика на военном заводе. Но ей очень хотелось учиться дальше. 

В школе занятия проходили во вторую смену. Поэтому Шура договорилась, что с семи утра она будет работать на заводе, а к двенадцати ходить в школу. До четырех часов шли уроки, а потом она опять бежала на завод и продолжала работать, пока не выполнит задание. Успевала и в художественной самодеятельности поучаствовать, очень любила и прекрасно читала стихи, танцевала. Старалась узнавать как можно больше нового. 

В феврале 1944 года семья переехала в город Беломорск. Там уже жила старшая сестра бабули Анна. Шура поступила в столовую учеником повара. Но не по душе была ей эта работа. Когда она увидела объявление о том, что набирают на курсы минеров, то пошла туда учиться. В 16 лет Шура Воронцова окончила курсы минеров-трофейщиков. Был июль 1944 года 

В составе Беломорского отряда минеров, в котором были такие же 15-16-тилетние ребята, Шура прибыла в город Сегежу, а оттуда по заданию они отправились в Евгору. Почти всю дорогу добирались пешком. Настроение было приподнятое. Они еще слабо представляли себе, что их ждет. 

Бабуля вспоминает, что навстречу им попались телеги с солдатами. Солдаты спросили ребят, куда они едут. «Минеры мы» - отвечали. А солдаты предупредили: «Минер ошибается один раз». И открыли пологи в телегах, а там лежали труппы минеров. Сразу сбили спесь с них. 

Разминировать надо было Сегозерский район. Из оборудования имели миноискатели, щупы, крюки для снятия мин. Сначала все несли на себе, потом нашли телегу, сложили все на нее. Командиром отряда была Лиза Лембинен, с ними также шли старший лейтенант, медсестра, сандружинница. За Евгорой был большой спуск. Часть отряда ушла вперед. Ребята с телегой скрылись из вида, и вдруг раздался оглушительный взрыв. На обочине дороги были сложены снятые мины. Колесо телеги наехало на мину, она взорвалась, а следом сдетонировали другие. Погибло семь человек, пятерых ранило. Соорудили носилки, тяжелораненых несли, кто мог, шли сами. Это были первые потери. Все тяжело переживали случившееся. 
Отряд остановился в Терманах. Отсюда уходили на задания, обычно на несколько дней. Однажды нужно было разминировать мост и местность вокруг. У моста обнаружили и обезвредили 12 танковых мин. Потом нашли еще две, но не обезвредили, остановились передохнуть. По дороге в финских блиндажах нашли пакет с галетами. Этими галетами решили перекусить. Расположились у реки. Мимо проходили солдаты, их пригласили присесть, угостили галетами, пообщались, потом они отправились дальше. 

Двое ребят из отряда: Юра Иванов и Саша Мошников, не дожидаясь остальных, вернулись к оставленным минам и стали вытаскивать их руками. Правила разминирования запрещали трогать мины руками. К одной из них проволокой был прикреплен донный взрыватель. Раздались взрывы, один за другим. Образовались две воронки. Когда подбежали остальные, то увидели обезглавленный труп Юры и две ступни от Саши. Юре было 15 лет, Саше -16. Ребят похоронили. Место запомнили. 

После войны бабуля ездила на их могилу с мамой одного из ребят, показывала место, где похоронен ее сын. 

Много мин было заложено в Карелии. Пришлось немало поработать отрядам минеров. Много их погибло. Нам повезло. Наша бабуля осталась жива. Перенесла и голод, и холод, и тяжелые потери друзей и товарищей. Она не любила вспоминать те страшные и тяжелые дни. Сразу расстраивалась, иногда плакала. 

В сентябре 1944 года Александра Воронцова пишет в штаб разминирования просьбу, где просит освободить ее от работ по разминированию в связи с поступлением на учебу в среднее учебное заведение, но только в декабре 1944 года она была отпущена из отряда. 

После войны Александра закончила архитектурное отделение Архитектурно-строительного техникума, училась в Высшей профсоюзной школе в Минске. В 1953 г. вышла замуж за Бориса Иванова. Работала в республиканской проектной конторе, на комбинате строительных конструкций, на пенсию вышла из «Главсевзапстроя». Где бы она ни трудилась, работала с полной отдачей сил. 

Александра Афанасьевна была награждена юбилейными медалями по случаю 30, 40, 50 и 70-летия победы в Великой отечественной войне 1941-1945 гг.

Источник: www.perunica.ru





Комментарии

  1. Игорь Б. 03 февраля 2020, 16:53 # 0
    Так, шаг за шагом, складываются из военного архива и воспоминаний очевидцев и участников событий ВОВ, хроники военных и послевоенных лет. И мы становимся последователями и хранителями этих событий передавая, их следующему поколению. Никто не забыт, и ничто не забыто. Слава тем, кто принёс нам победу и мирную жизнь.