Ять – изъять!



Реформа правописания и её последствия.

Дивишься драгоцѣнности нашего языка: что ни звукъ, то и подарокъ; всё зернисто, крупно, как самъ жемчугъ, и право, иное названіе ещё драгоцѣннѣе самой вещи...

Н.В. Гоголь

Декретное кривописание

Что испытал бы каждый из нас, увидав, как известные всем памятники Пушкину или Гоголю переделываются на современный лад: лишаются своих сюртуков, цилиндров, накладных воротников и оказываются вдруг в кроссовках, бейсболках и джинсах? Любой здравомыслящий человек изобличил бы подобное «сближение классиков и современников» как варварство и изуверство.

Но, перечитывая «Войну и мир», мы даже не задумываемся о том, что великий автор пришёл бы в ужас, узнав, как безграмотно, а точнее сказать – невежественно мы публикуем и читаем его творение. Ведь сам Лев Толстой писал совсем иначе – на живом великорусском языке, азбука которого содержала в своём алфавите тридцать шесть букв – против тридцати трёх наших сегодняшних. И мог ли предполагать Лев Николаевич, что в восемнадцатом году после орфографической реформы будут упразднены выборочные буквы, изменены окончания прилагательных, сокращены местоимения?..

Помним ли мы, взявшие за правило всякий раз демонстрировать свою привязанность к русским культурным традициям, все последствия той далёкой реформы? Скорее всего – нет. Да и значения ей особого-то не придаём... А когда-то выдающийся русский философ и публицист Иван Александрович Ильин сетовал, что целое поколение русской интеллигенции не отстояло красоту и величие русского языка и «эту искажающую, смысл-убивающую, разрушительную для языка манеру писать – объявило «новым правописанием». По меткому выражению другого великого русского писателя Ивана Сергеевича Шмелёва, в русском языке «декретом установилось кривописание».

Впервые идея проведения такой реформы появилась на свет в виде «Предварительного сообщения» Орфографической подкомиссии при Императорской академии наук под председательством филолога А.А. Шахматова в 1904 году. Однако фурора это предложение не произвело. Только через семь лет особое совещание при Академии наук в общем виде одобрило работу предварительной комиссии. Когда же предложенный проект дошёл до императора Николая II, он побрезговал даже ставить высочайшую резолюцию, распорядившись более такими фантазиями его не беспокоить.

На этом всё могло бы и закончиться, если бы не революция. Временное правительство 11 мая 1917 года выпускает «Постановления совещания по вопросу об упрощении русского правописания», а неделю спустя Министерство народного просвещения предписывает попечителям округов немедленно провести реформу русского правописания.

Многие считают, что нарком просвещения А.В. Луначарский своим декретом подписал приговор русскому языку. Язык потерял лексическую точность и выразительность

Пришедшие вскоре к власти большевики отменили большинство постановлений Временного правительства – кроме этого! 23 декабря 1917 года нарком просвещения А.В. Луначарский своим декретом предписывает всем правительственным и государственным изданиям «печататься согласно новому правописанию».

Мутность вместо точности

А теперь несколько слов о последствиях. Среди прочего уничтожались буквы ѣ (ять), i (и десятеричная), ѵ (ижица) и ѳ (фита). В результате исключения ѣ (ять) мы с вами сегодня уже не различаем на письме такие разные по смыслу слова, как «ѣсть» (кушать) и «есть» (быть), «лечу» (летаю) и «лѣчу» (вылечиваю), «вѣдѣніе» (знание) и «веденіе» (провожание), «нѣкогда» (когда-то) и «некогда» (нет времени), «ѣли» (кушали) и «ели» (деревья), «прѣніе» (гниение) и «преніе» (спор), «вѣсти» (новости) и «вести» (провожать), и многие другие.

При написании падежных конструкций потерялось различие в словах «на морѣ» (где?) и «на море» (куда?), «на полѣ» (где?) и на поле (куда?), на ложѣ (где?) и на ложе (куда?) и так далее... И хотя произносились «е» и «ѣ» всегда одинаково, задачей существования обеих букв в русском алфавите было сохранение различия слов с разным смыслом, но с одинаковою фонетикой, т. е. сохранение смысла высказывания на письме, что, кстати, широко практикуется у других народов.

Упразднение буквы «i» (и десятеричной) в отличие от упразднения редко употребляемых ижицы («ѵ») и фиты («ѳ»), – самое необъяснимое. Она уточняла такое, например, слово, как «Мiръ» (в значении «свет», «вселенная») и – «мир» (в значении «спокойствие»). В результате её отмены в названии романа «Война и Мiръ» второе слово стало означать уже только перемирие, спокойствие, покой, а не как задумывал автор – общество, свет, вселенную. Потеряло слово «Мiръ» и в достоинстве: уже не писали его с большой буквы, а только лишь с малой.

Безжалостной реформой уничтожен был и твёрдый знак – «ъ», или как он тогда назывался, буква «ер», указывающий на закрытый согласной буквой слог. В конце слов с закрытым слогом его просто перестали писать – он якобы был там излишен. «Не читается».

В других языках тоже не все буквы читаются. Французский – «Voulez Vous» [вули ву] – четыре непроизносимые буквы. Английский – «Would you» [вуд ю] – тоже четыре непроизносимые буквы. Но на родине этих языков, а вернее сказать – на родине этих культур, никому и в голову не приходит посчитать «лишними» свои лингвистические культурные традиции. И именно поэтому любой современный школьник из Британии или Франции может спокойно читать Шекспира или Дюма в оригинале. Российские же школьники принуждены читать либо «переделанных» классиков, либо самостоятельно искать их старые запылённые издания.

Нет больше «ея»

Под лозунгом «упрощения» были стёрты склонения некоторых местоимений. Если до реформы местоимение «она» в винительном падеже писалось как «её», а в родительном падеж писалось как «ея», то после реформы – только как «её» в обоих падежах. Таким же образом полностью исчезло местоимение «oнѣ», были перемешаны прилагательные мужского и среднего рода: исчезло в родительном падеже написание «краснаго», «бѣлаго» и пр. (мужск. род)... После этого навсегда канул в Лету «Толковый Словарь Живаго Великорускаго Языка» Владимира Даля...

Третьим звеном реформы по внедрению кривописания стала насильственная фонетизация. По принципу «как слышим, так и пишем». Насильственная фонетизация заменила «разсказъ» на «рассказ», «разсыпаться» на «рассыпаться», «безсмертіе» на «бессмертие», «безслѣдно» на «бесследно», «возжи» на «вожжи», и многие другие слова. И стоит только порадоваться, что не заменили «когда» на «кагда» или «чего» на «чево».

Кому же было необходимо подобное «упрощение», облегчающее написание, но затемняющее понимание слов? Для людей, как правило, не имеющих высшего, а зачастую – даже и среднего образования.

Не могли смириться с новою орфографией философы Струве и Ильин, писатели Пастернак, Куприн и Шмелёв, художники Репин и Коровин, лауреат Нобелевской премии по литературе Бунин клеймил реформу как «безумную и беспощадную». А вот в её защиту сказано не было и вовсе. Если, конечно, не принимать во внимание радостные рапорты типографского профсоюза, подсчитавшего, на сколько страниц стали меньше издания классиков, насколько меньше стало уходить бумаги...

Из-за нового кривописания мы оказались преемственно отрезанными от всей русской литературы, предшествующей семнадцатому году. Более того, уже стали постепенно облегчать букву «ё», то и дело экономя на её полном написании. Многие ли сегодня точно знают, как правильно произнести и написать: «афёра» или «афера», «манёвры» или «маневры» и другие схожести? Игнорирование буквы «ё» приведёт к несуразицам, когда станут путать при быстром чтении: «осел» (присел) и «осёл» (животное), «мел» (вещество) и «мёл» (подметал), «слез» (спустился) и «слёз» (от плача) и в других случаях.

Возможно ли восстановить правописание русское – дореволюционное? Вряд ли. Скорее всего, утрата невосполнима. Реальною и осуществимою можно признать другую задачу – восстановление прежней орфографии в русской классической литературе. Жест подобный был бы оправданным и справедливым, так как, по сути дела, восстановил бы авторские права великих мастеров русской словесности на собственные их произведения. И снялась бы с нас вина невежества, непочтения заслуг великих людей. Если бы только было принято решение ещё с раннего возраста, ещё со школы давать читать юным гражданам России русских классиков только в оригинале, этого было бы достаточно, чтобы вернуть нам ценности прекрасной русской национальной орфографии, выражающей всю красоту, выразительность и бесценность русского языка.

P.S. Это последняя статья Александрова-Деркаченко, присланная в редакцию. Увы, опубликованной он её уже не увидит – в конце ноября Пётр Петрович ушёл из жизни.

Источник: www.lgz.ru






войдите VkontakteYandex
символов осталось..


Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.