Инклюзивный фашизм


«ЗАВТРА». Сергей Борисович, недавно Грета Тунберг предложила всем перейти на растительное питание. Видимо, и народам Севера тоже. Призыв Греты перекликается с планами сторонников инклюзивного капитализма по пересмотру функций пищевой отрасли. Что стоит за этими планами? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Чтобы ответить на этот вопрос, нужно провести параллель между прошлым и настоящим, потому что сегодня мир находится под угрозой примерно того же масштаба, что и в конце 1930-х годов, накануне Второй мировой войны. Тогда мир раскололся на три больших лагеря. Лагерь социализма, в котором на тот момент, кроме Советского Союза, практически никого не было. Лагерь капиталистических держав, таких как Франция, Соединённые Штаты Америки, Великобритания, которые придерживались старой картины мира — времён Великой французской и Американской революций, то есть концепции демократии, прав человека, либерализма в экономике и торговле. В третий лагерь вошли страны, которые сейчас принято обобщённо называть фашистскими, хотя тогда существовали разные варианты фашизма: германский национал-социализм, японский милитаризм, итальянский фашизм, свои версии имели Румыния, Венгрия, Болгария — таких государств было много.

Фашистские идеологии претендовали на то, что именно они являются ответом на кризис капитализма, который явно высветила Первая мировая война, приведшая к гибели огромного числа людей, разрушению большого количества городов, к сильным изменениям в отношении к собственности.

При всех экономических и политических различиях, фашистские страны имели общие характеристики: примат национального и резкое ослабление религиозного, значительное усиление роли государства в управлении экономикой, создание сложных государственно-корпоративных структур и ликвидация традиционных форм демократии. Причём для достаточно большой части населения указанных стран переход от классической буржуазной демократии к тому, что им рисовали Гитлер, Муссолини и другие адепты фашизма, воспринимался, скорее, как положительный факт.

Но, как писал Маркс, капитализм неизбежно ведёт к войне, поскольку война — это часть формата его существования. Поэтому, когда в Европе сложилось три порядка: пролетарский, старый демократический и новый капиталистический уклад фашистских государств, в которых возникли специфические форматы жизни, мышления и деятельности, — стало ясно, что одновременно две Европы существовать не могут: их экономики подчиняются разным законам, но при этом основываются на одних и тех же базовых ресурсах, за которые будет вестись борьба. Война стала неизбежной. Мы эту войну знаем как Священную войну против фашизма. Мы на себе испытали, что несёт миру «новый порядок» в реальности, а не в пропагандистских акциях типа Олимпиады 1936 года в Германии.

«ЗАВТРА». Какие параллели соединяют нас с тем временем? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Сегодня группа очень влиятельных капиталистов (в которую, в том числе, входят Линн Форестер де Ротшильд, руководство МВФ и Всемирного банка) вкупе с «прогрессивными» философами поставили вопрос о переводе человечества на рельсы инклюзивного капитализма. При глубоком прочтении того, что они пишут, неожиданно видишь совпадения с тем самым «новым порядком» 30-х годов прошлого века, только с учётом прошедших почти ста лет развития, особенно в области информационных технологий.

«ЗАВТРА». В чём эти совпадения? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Они говорят, что национальное должно быть уничтожено, что необходимо решительно избавиться от «тёмных религиозных пережитков». Вместо национальных государств руководить всем должны большие и сверхбольшие корпорации, которые подчинят своим интересам все остальные форматы бизнеса. Причём любое сопротивление этому будет сломлено жестоким и быстрым способом.

Они считают, что эпидемия коронавируса создала условия для подобной перезагрузки, и, пока преобразования не будут закончены, эпидемия будет длиться.

«ЗАВТРА». А если с ней всё же справятся? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Тогда придут другие эпидемии. Как и все фашисты, сторонники нового порядка требуют жёсткого контроля над населением. Сейчас это делается через электронику, систему цифрового рабства.

«ЗАВТРА». Предложение Греты Тунберг тоже вписывается в намеченную перезагрузку? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Адепты инклюзивного капитализма в первую очередь хотят изменить пищевую промышленность. Они требуют отказа от использования крупного рогатого скота, перехода сначала на соевое, а затем полностью на искусственное мясо, выращиваемое в биореакторах. Далее, для подавляющего большинства людей последует отказ от молока, яиц, кофе и так далее. Фактически говорится о создании системы, при которой люди будут питаться просто «пищей».

Важным моментом является то, что, по мнению сторонников нового порядка, сегодня продукты питания сильно недооценены. Поэтому в перспективе не только естественное продовольствие будет стоить безумных денег, но и искусственное станет очень дорогим удовольствием. Цены на продукты по отношению к зарплатам увеличатся в разы.

«ЗАВТРА». Зачем это нужно? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Ответ чрезвычайно простой. В каждой семье существует понятие неизбежных расходов: затраты на крышу над головой, тепло, одежду и еду — то, без чего человек не может обойтись. Средним классом считаются те люди, которые сегодня тратят на питание не более трети своих реальных доходов. Поэтому у них возникает возможность на оставшиеся деньги путешествовать, покупать бытовую технику и прочее. А «реформаторы» хотят заставить людей тратить на неизбежные расходы больше, потому что их задачей является уничтожение среднего класса вместе с его политической позицией, ведь средний класс — это весь либерализм и вся демократия в мире, вся философия и наука. При уничтожении среднего класса стирается тот единственный слой населения, который мог бы поставить под сомнение вечность создаваемого миропорядка. Помимо резкого вздорожания продуктов питания идёт ещё и давление на средний класс через рынок рабочей силы — с помощью роботизации.

Сегодня фактически всё мировое сельское хозяйство ориентировано на выращивание крупного рогатого скота. Производство зерна является, скорее, вторичным действием по отношению к животноводству. Соответственно, если начать уничтожать крупный рогатый скот, который, как говорят инклюзивные капиталисты, «крайне загрязняет среду и вообще чрезвычайно опасен», то мгновенно разбалансируются технологические цепочки сельского хозяйства. После чего цены взлетят так, что может начаться настоящий голод, и не локально, а в масштабах Европы и Азии.

Существующая мировая система по своей структуре трёхклассовая: есть класс богатых и класс бедных, а между ними — довольно большой средний класс, куда входят учёные, инженеры, немалая доля рабочих и фермеров и многие другие. Это те самые самостоятельные производители, которые в течение последних 150 лет являлись основой существующих государственных систем. Идеологи инклюзивного капитализма хотят перейти к двухклассовой системе: с одной стороны, чрезвычайно тонкий слой высшей элиты, с другой — колоссальная, абсолютно бесправная человеческая масса, обеспечивающая благополучие первых, у которых, разумеется, будет и говядина, и осетрина.

Думаю, очень скоро мы придём к полному закрепощению человека: никто, к примеру, не сможет отъехать от своего поселения дальше нескольких миль. Людей лишат автомобилей, поскольку инклюзивный капитализм выступает против частного транспорта. Двигатель внутреннего сгорания запретят, а электромобили будут настолько дорогими, что их смогут купить только избранные. Мы получим новый порядок — гораздо более жёсткий, чем тот, что был у Гитлера. Потому что у того не было цифровых систем слежения и спутниковых средств контроля населения.

«ЗАВТРА». В такой ситуации Грета Тунберг используется как говорящая голова адептов инклюзивного капитализма? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Обратите внимание, что её первые высказывания, совпадающие с основами инклюзивного капитализма, были вброшены за два года до начала коронавирусной пандемии. Сейчас же через неё делается новый вброс в общественное сознание, который через некоторое время будет превращён в политику. При этом нам станут говорить, что отказ от животной пищи нужен исключительно ради решения экологических проблем.

Помимо продовольствия, будут сильно дорожать и жилище, и тепло. Отсюда повсеместный переход к «зелёной» энергетике — это удорожание тепла в разы. Они прямо пишут, что будут квоты на воду, электроэнергию, тепло. Квоты, разумеется, для нижнего слоя.

Это тот мир, к которому нас готовят. А Грета — просто тестер, она должна выдавать те или иные мысли, которые потом будут «ходить» по обществу: если критического реагирования на них нет, в эту сторону начинается давление. Тунберг, кстати, здесь не единственная «кассандра»…

«ЗАВТРА». Насколько устойчивым и длительным может быть такой «новый порядок»? Какие формы сопротивления ему возможны? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Идеологи инклюзивного капитализма, хотя и имеют в своём распоряжении триллионы долларов, тем не менее пускаются в плавание с бумажными парусами. Во-первых, они игнорируют мировые религии, рассматривая их как тёмное прошлое, с которым нужно бороться в гораздо более жёсткой форме. И против этого единым фронтом могут выступить не только православные, католики и протестанты, но и мусульмане.

Второй момент: «реформаторами» игнорируется существование Китая. Они считают, что могут превратить КНР в державу-изгой, наподобие сегодняшней Белоруссии. Но «мастерскую мира» превратить в изгоя очень непросто.

Третий момент: то, что делают сторонники нового мирового порядка, противоречит интересам всех существующих в мире элит: государственных, политических, военных, предпринимательских. Инклюзивные капиталисты пользуются ситуацией с коронавирусом, всеобщим страхом, стараются захватить инициативу через этот страх и через намёки элитам, что, мол, правящий слой будет узким, но конкретно вы в него можете войти, если будете выполнять все наши указания.

Сейчас им удалось захватить инициативу, но против них может быть создан колоссальный фронт, в который будут входить люди, коим не безразлична демократия, — их в мире довольно много, плюс те, кого волнует существование их национальных государств, — их ещё больше. А тех, кто выступает в защиту своей веры, — не меньше двух миллиардов! И, наконец, в эту коалицию вольются те, кому важна их личная внутренняя позиция. К тому же далеко не все лидеры корпораций готовы в условиях коронавирусной пандемии прекратить своё существование как руководители предприятий.

С другой стороны, «реформаторы» не только обладают огромным капиталом, под их контролем находятся также достаточно мощные вооружённые силы. А это означает, что мы возвращаемся к ситуации 1930-х годов: есть сильная группа сторонников нового мироустройства, есть немалое число приверженцев старого порядка и есть социалистическая страна — в данном случае это, к сожалению, не Россия, а Китай.

В итоге мы имеем весьма высокую вероятность войны. Её участниками будут государства, а её содержанием станет борьба с новым порядком.

«ЗАВТРА». Насколько сегодня реальна победа инклюзивного капитализма и будет ли она устойчива? 

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Если представить себе, что новый миропорядок победит, то мы получим общество, в котором есть очень высокий процент бесправных людей, имеющих низкую продолжительность жизни, и есть узкая прослойка долгоживущих представителей элиты. Для подавляющего большинства населения будут практически полностью отсутствовать социальные лифты, и установится система жёсткого контроля. Такая структура устойчива и может существовать не одно десятилетие.

Но надо учитывать, что, во-первых, начало её существования будет ознаменовано колоссальной продовольственной катастрофой, а управлять, даже при помощи армии, голодными людьми — дело безнадёжное. При этом вы либо имеете армию и делаете из военных средний класс, которого по задумке быть не должно, либо рассчитываете на то, что у вас будут боевые роботы для уничтожения протестных демонстраций, а это не так легко сделать. Во-вторых, если боевых роботов будет много, обязательно возникнут проблемы с энергетикой, учитывая, что её к тому времени должны будут уже сильно «позеленить».

Вероятно, новый порядок сможет просуществовать лет 60, что, по историческим меркам, совсем не долго, а после обрушится в колоссальную катастрофу, типа античной. К тому же этот строй в принципе не способен к научно-технологическому прогрессу. Более того, он даже не сможет сберечь существующий сегодня набор знаний. Поэтому в вечность, в которой будут топтать сапогом лицо человека, точно можно не верить и не бояться этого. Это не вечный строй. Но реальная опасность.

И в 1930-х — первой половине 1940-х, и сейчас речь идёт о борьбе с фашизмом. Сегодня слово «фашизм» находится в зоне политической невозможности, поэтому и появилось словосочетание «инклюзивный капитализм». Стоит напомнить, что и тогда далеко не все называли себя фашистами. Слова были разными, а содержание — одинаковым.

Беседовала Наталья Луковникова

Источник: zavtra.ru