Русские Вести

В Кремле решили достать деньги из кубышки и раздать нефтяникам


Президент России Владимир Путин поручил правительству проработать вопрос об увеличении объема средств Фонда национального благосостояния (ФНБ), привлекаемых Российским фондом прямых инвестиций (РФПИ), для реализации проектов в сфере нефтегазохимии.

Как сообщается на сайте Кремля, решение насчет средств из ФНБ, примут до конца мая. Соответствующее распоряжение отдано главой государства после совещания по вопросам стратегического развития нефтегазохимической отрасли: тогда президент говорил, что у российской промышленности есть большой потенциал роста, причем и за рубежом.

В соответствии с действующим законодательством, позволяется расходовать средства ФНБ при достижении им рубежа в 7 процентов ВВП. На данный момент ликвидная часть фонда равняется 7,1 процента ВВП.

При этом в декабре 2020-го на ежегодной пресс-конференции, Путин подчеркнул, что ФНБ остается главным средством, которое позволяет справиться с потенциальными кризисами.

«Это не значит, что мы к чему-то готовимся, каким-то новым потрясениям. Но подушка безопасности у нас должна быть», — заявил тогда президент. Незадолго до этого он уверял, что власти не будут разбрасываться деньгами из фонда.

Можно ли считать увеличение инвестирования в проекты нефтегазовой сферы целевым расходованием средств ФНБ?

Стоит обратить внимание на данные Федеральной таможенной службы, согласно которым, доходы от экспорта нефти из России за январь-ноябрь прошлого года рухнули на 40,9 процента по сравнению с аналогичным периодом 2019 года и составили 66,391 миллиарда долларов.

За январь-ноябрь физический объем экспорта нефти из России упал на 11 процентов (до 220,241 миллиона тонн). Всего доходы российских компаний от продажи нефтепродуктов за 11 месяцев 2020 года составили 40,7 миллиарда долларов, что на 33 процента меньше, чем за аналогичный период прошлого года.

Не выглядит ли это спасением нефтегазовых олигархов?

Напомним, в сентябре прошлого года Путин говорил, что Россия смогла слезть с «нефтяной иглы». Зачем тогда спасать эти компании, если страна может обходиться без них? Тем более — ща счет общенациональной «кубышки»?

— Разумеется, падение доходов от нефтегазового экспорта во многом предопределило решение власти оказать помощь корпорациям, связанным с этой отраслью, — уверен политический обозреватель газеты «2000» Дмитрий Галкин.

— Но дело, насколько я понимаю, заключается не столько в том, чтобы компенсировать снизившиеся доходы, сколько в стремлении поддержать их проекты, связанные с расширением и модернизацией производства. Из-за снижения доходов от экспорта нефтегазовые корпорации лишились возможности заниматься расширением и развитием производства.

«СП»: — Отчего, по-вашему рухнули доходы?

— Снизились мировые ценны на углеводороды. Но самое главное из-за мер по ограничению социальной жизни и экономической деятельности резко упал спрос на топливо. Уменьшилось число авиаперелетов, увеличилось число сотрудников, работающих удаленно, люди отказываются от развлекательных поездок и путешествий, сократилась деловая активность. Российские корпорации оказались не готовы вести успешную конкурентную борьбу в условиях падающего спроса, поэтому вынуждены были уступить часть рынка, что привело к еще большему снижению экспортных доходов.

«СП»: — Почему нефтяные компании надо спасать за счёт средств ФНБ? Почему только их? У нас мало других отраслей, пострадавших в кризис?

— Прежде всего, многие крупные нефтегазовые корпорации «Газпром», «Роснефть», «Газпромнефть», «Новатэк» возглавляются людьми, которые обладают тесными связями с представителями высшего государственного руководства. Поэтому в нынешней сложной ситуации они могут успешно бороться за предоставление государственной помощи. Но, главная причина, того, что государство решило в первую очередь помочь нефтегазовой отрасли, как мне кажется, заключается в том, что сокращение инвестиций уже в краткосрочной перспективе приведет к сокращению производства со всеми вытекающими отсюда последствиями для российского бюджета.

«СП»: — Спасать будут весь сектор? Или только определённые компании?

— Скорее всего, основная часть финансовой помощи достанется нескольким крупнейшим корпорациям, которые осуществляют важные инвестиционные проекты, направленные на увеличение производства. Хотелось бы напомнить, что две трети государственных средств, выделяемых на поддержку сельскохозяйственных производителей, достаются трем корпорациям. Думаю, что и в нефтегазовой сфере будет примерно тоже самое.

«СП»: — Много способа, кроме, как взять деньги в ФНБ, нет? Чем это грозит экономике? Кубышка выдержит?

— Трудно сказать, когда восстановится глобальный спрос на углеводороды. Вполне возможно, что он довольно долго будет оставаться на низком уровне. Кроме того, западные правительства собираются воспользоваться нынешней ситуацией для увеличения доли альтернативной энергетики в общем энергобалансе. Этот проект представляется бессмысленным с экономической точки зрения, но он имеет важное геополитическое значение. Поэтому, вполне возможно, что экономическое положение нефтегазовых корпораций в обозримом будущем не улучшится. Однако не думаю, что через 5−7 лет у государства найдутся средства, чтобы помогать им осуществлять инвестиции в развитие производства.

— В 2020 году подкачала теплая зима, — напоминает директор Института Инновационного Развития Виктор Яковчук.

— Это наложилось на коронавирусные ограничения. Большую часть прошлого года не летали самолеты, люди не использовали наземный транспорт. Во время локдауна отпала нужда в обогреве и освещении офисных и заводских помещений. Закрытые магазины и рестораны. Все это естественным образом ведет к уменьшению потребления ископаемого топлива и соответственно налогов с добычи нефти и газа.

Если почитать новости и экспертные оценки, то обнаружиться два огромных «фейка».

Первый — это то, что Россия слезла с нефтегазовой «иглы» и доля снизилась до 30% от всех доходов бюджета. В реальности, не смотря на все уверения и цифры, они по-прежнему около 50%. Просто остальная часть: акцизы, НДС и другие налоги, учитываются отдельно в других статьях дохода.

Второй миф заключается в том, что добыча нефти и газа у нас почти убыточная и составляет 42- 44 доллара за баррель.

Если вы верите в эти два «фейка», то решение Президента, у вас вызовут недоумения. Если же вы реально понимаете, что от нефти и газа кормится вся страна, то вложить в самое прибыльное и востребованное направление — расширение переработки нефти и газа, будет логичным и чётким.

«СП»: — То, что рухнули доходы у нефтегазовых компаний, чьи это вообще проблемы? Почему государство должно их решать? Кроме, как средствами ФНБ, спасать нечем? А нужно ли их спасать? Что произойдёт, если этого не сделать?

— Доходы рухнули по независящим от правительства причинам и спасать — это неправильное слово. Никто доходы спасать не будет. Доходы от нефтегаза, как ожидается, в следующем году опять вырастут. Потому как развитые страны, покупающие у нас нефть и газ, вакцинируют своих граждан и спрос восстановиться.

Суть в том, что доля переработки нефти в России существенно ниже Европейских стран и составляет 74% против 85% в ЕС и США. И это только нефть, а ведь с газом и нефтью добываются сопутствующие газы. Например, гелий. Сейчас больше всех гелия производит США, добывая почти половину всего мирового гелия. При даже минимальной переработке, Россия сможет занять существенную долю на это рынке.

Если кратко, то для реализации более глубокой переработки, нужны сумасшедшие деньги. Эти деньги нам никто не даст. Привлечь такие инвестиции в Россию под санкциями почти невозможно. Но у нас есть кубышка, которую формально нельзя тратить.

Конечно, можно оставить лежать мёртвым грузом и инфлировать средства ФНБ и оставить рынок гелия американцам. А можно вложить и получить больше дохода.

«СП»: — Какие могут быть последствия для экономики, если распечатать кубышку? Действующее законодательство позволяет расходовать средства ФНБ при достижении им рубежа в 7 процентов ВВП. На данный момент ликвидная часть фонда равняется 7,1 процента ВВП. То есть, ничего страшного, да?

— У каждого свой страх. С одной стороны, США не боится напечатать несколько триллионов долларов за полгода и раздать их своим гражданам и фирмам. Великобритания не боится, что внешний долг уже достиг 119.000 долларов на душу населения, включая младенцев и стариков. У Японии внешний долг достигает 300% от ВВП, и мы восторгаемся японцами в плане экономики и технологий.

С другой стороны, мы боимся вложить в прибыльный проект, при условии, что в кубышке у нас профицит превысит 7 процентов ВВП.

Я думаю, тратить ФНБ нужно очень аккуратно и только на проекты, которые гарантированно дадут прибыль. Нефтегаз нуждается в умной модернизации и тут можно рискнуть. Хотя, конечно, определенная часть денег осядет в карманах чиновников. Это, как говориться неизбежное зло.

Источник: svpressa.ru