Реальные цифры


Вопли о том, что принятие поправок в Конституцию в части изменения модели управления государством, приведёт к потере остатков демократии в России, переполнили интернет. Я ничего не буду сейчас писать собственно про эти поправки, обращу только внимание, что в телевизоре и других государственных рекламных проектах конкретно эта тема практически не обсуждается. Мы рассмотрим с вами совсем другое обстоятельство.

Как книга «Закат империи доллара и конец «Pax Americana», так и «Воспоминания о будущем» подробно рассматривают масштаб структурного кризиса в США и мире. И в первой из них (вышедшей, напомню, в 2003 году) подробно описывается структурный кризис экономики США на основании межотраслевого баланса этой страны по итогам 1998 года. И доказывает, что масштаб структурных диспропорций соответствует, примерно, 15%.

Точнее, там показывается, что объём расходов домохозяйств превышает объём их доходов, который определяется исходя из масштабов экономики. Или, иначе, что домохозяйства разными способами получают дополнительные (относительно тех, которые естественным образом образуются в экономике) доходы, которые используют для повышения своего спроса.

В «Воспоминаниях о будущем» даётся оценка ситуации 2018 года и показывается, что к этому моменту структурный разрыв составлял уже 25% от ВВП. В моих работах последнего времени показывается, что аналогичная цифра (около 25% от ВВП) описывает и масштаб стимулирования китайской экономики со стороны государства и совпадение этих цифр говорит о том, что, скорее всего, рассуждения мои достаточно адекватны. Разумеется, тут можно спорить о цифрах (например, расходы превышают доходы на 1/3 от последних, а вот доходы меньше расходов на 1/4 от самих расходов, есть и другие тонкости), но мы их опускаем ввиду того, что это уже более мелкие факторы. А вот дальше делается вывод.

В книгах он подробно описан, суть в том, что точка равновесия между доходами и расходами домохозяйств лежит ниже предкризисных доходов примерно на таком же расстоянии, на котором предкризисные расходы превышали доходы. То есть, собственно, на величину структурного разрыва. А поскольку ВВП определяют расходы, то масштаб падения ВВП по итогам структурного кризиса примерно вдвое превышает масштаб соответствующего разрыва на момент его начала.

Или, иначе, в 1998 году, если бы кризис начался тогда, спад в США составил бы не менее 30% ВВП. Это примерно соответствует спаду в кризис 1930-32 гг., который стал следствием структурных диспропорций 20-х годов прошлого века, которые достигли к 1929 году как раз 15%. Отметим, что в реальности точный масштаб спада оценить сложно (и ВВП в 1929 году не считали, и статистика была другой, и отраслевая структура экономики радикально отличалась от нынешней), но порядок именно таков. При этом доходы населения упали ещё сильнее и достигали примерно 35% (доходы населения всегда падают сильнее, поскольку растут расходы государства).

Как показывает исторический опыт, сохранить модель управления государством при падении уровня жизни населения ниже 40% не получается. Либо нужно вводить военное положение и мобилизационную экономику, либо устраивать переворот и прямое правление жёсткого диктатора, либо смиряться с развалом государства. И США в 30-е годы прошлого века, и Россия в 90-е годы подошли к «красной черте» вплотную, но — не пересекли её. А вот что будет по итогам текущего кризиса?

В США спад составит как минимум 50%, причём — от реального ВВП в 14-15 триллионов, а не нарисованного, При этом падение уровня жизни населения будет в два раза. Как минимум. По миру падение будет меньше (примерно такое же, как в США в преддверие «Великой» депрессии, то есть на треть), но Россия уже падает 7 лет, так что в совокупности мы получим больше 40%. Разумеется, если откажемся от либеральной политики, то можем и экономический рост получить, но за демократию у нас ратуют как раз сторонники либеральных методов управления.

Они же, к слову, хотят свалить «кровавый режим» Путина. Понятно, что на общемировом фоне «кровавость» Путина выглядит как-то не убедительно, а слово «режим» в отношении России тоже не очень подходит (этим словом обычно обозначают нелегитимные структуры государственного управления). Впрочем, либералам это не объяснить. Но вот с кризисом они, худо-бедно смирились (не будем уж вспоминать, какими словами они встретили первую мою книжку в 2003 году). Но если это так, то — они должны признать, что продолжение либерального управления в России неминуемо ведёт к жёсткой диктатуре. Ну, или, развалу государства.

Последнее, скорее всего, их бы устроило, но вслух об этом говорить как-то неприлично. Прилично спорить с масштабом кризиса. Но события последних месяцев делают этот масштаб куда более убедительным, даже если мои книги эти персонажи не читали. Мы же, люди трезвые и, главное, реальные патриоты России, не можем не признать — в рамках текущего кризиса наша страна стоит перед очень серьёзными вызовами. И либо она войдёт в пучину кризиса (с его уже более или менее понятным масштабом), либо же попытается отказаться от либеральных методов и перейти к росту. В первом случае диктатура неминуема (по всей стране или в отдельных её осколках), во втором — нужна всё равно, пусть и в более «мягких» вариантах, поскольку иначе убрать либералов из власти не получится. Кто не верит — смотрите на США, где те же самые либералы пытаются делегитимизировать выборы Трампа в ноябре.

А отсюда следует, что патриоты ругать изменение в Конституции не могут… Поскольку без них нас точно ждёт не только экономическая, но и политическая, и управленческая катастрофа. Но! Эти изменения нужны не сами по себе, а исключительно с целью ликвидации либеральной «пятой колонны» и изменения системы экономического и финансового управления в стране. А иначе от этого будет только вред!

Вот, собственно, и всё описание управленческого аспекта поправок в Конституцию. Никаких сложностей, всё просто и понятно.

Михаил Хазин

Источник: khazin.ru