Борис Акимов прочитал в ЛавкеЛавке на Курской лекцию о том, почему он является ярым и последовательным противником ГМО. LavkaLavka.Газета попросила Акимова сформулировать основные причины считать ГМО серьезной опасностью для устойчивого развития цивилизации.
Вместо предисловия. Откуда я смотрю на ГМО
Для начала важно уяснить главное: какова моя система координат, в которой я, собственно, и оцениваю ГМО как практическое явление. Контекст моих выводов примерно таков: во-первых, я считаю, что еда это мощнейший инструмент изменения мира в лучшую или худшую сторону. Во-вторых, сиюминутная финансовая эффективность – лишь одно из мерил сельского хозяйства. Одно из, а не единственное. В-третьих, я уверен, что если мир устроен неправильно – это не значит, что его нельзя перестроить. То есть сам факт того, что ГМО уже является частью сельского хозяйства во многих странах мира – совсем не означает, что это теперь будет всегда.
Следующий важный момент для меня заключается в том, что современный спор о ГМО лежит в неверной плоскости. Это разговор слепого с глухим. Существует две основные позиции. Первая заключается в том, что все это ужасно опасно. И если съесть ГМО-кукурузу – то немедленно начнется мутация. Вторая позиция заключается в том, чтобы обозвать сторонников первой позиции мракобесами и противниками прогресса. На этом обычно спор и заканчивается. Точнее он продолжается очень долго, но глупо и бессвязно. Людям, далеким от медицины и науки, сложно продуктивно спорить о ГМО в такой плоскости. Но и тем, кто имеет отношение к миру науки – тоже сложно. Ведь существуют эти диаметрально противоположные позиции, и вместе им не сойтись.
Поэтому я решил вообще оставить тему здоровья за скобками моего послания человечеству. Все мои доводы против ГМО не имеют никакого отношения к тому вреду, который может быть причинен едоку одной конкретной ГМО-кукурузы.
«Я решил вообще оставить тему здоровья за скобками моего послания человечеству. Все мои доводы против ГМО не имеют никакого отношения к тому вреду, который может быть причинен едоку одной конкретной ГМО-кукурузы».
Введение. Несколько фактов о ГМО
Разговоров о ГМО много. А ГМО-растений, которые в результате попадают в магазины, сильно меньше. В ближайшем доступе сейчас есть соя, кукуруза, картофель, сахарная свекла, рис. А есть и то, что чаще всего все присутствует в пище в виде ингредиентов. И это основной источник ГМО. Сахар из ГМО-свеклы, шоколад из ГМО-сои и т. д. Еще один очень важный канал попадания ГМО к нам – через корма сельскохозяйственных животных. ГМ-кукуруза и ГМ-соя – основа основ современного мирового агропромышленного комплекса. В некоторых странах до 96 процентов мяса приходит от животных, которых кормили ГМО-кормами.
Площади, занятые ГМ-культурами – 175 млн гектаров в 2013 году (более 11% от всех мировых посевных площадей). Такие растения выращиваются в 27 странах, особенно широко – в США, Бразилии, Аргентине, Канаде, Индии, Китае.
При этом, начиная с 2012 года производство ГМ-сортов растений развивающимися странами, превысило производство в промышленно развитых государствах. Из 18 миллионов фермерских хозяйств, выращивающих ГМ-культуры, более 90% приходится на малые хозяйства в развивающихся странах.
Посевы ГМ-пшеницы в США.
Протестующие против ГМО во Франции.
В России существуют запрет на выращивание ГМ-культур на территории страны. Но по данным Российского Зернового союза, неконтролируемые посевы ГМО в России составляют порядка 400 000 Га, почти 200 000 из них составляет кукуруза. По оценке генерального директора Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрия Рылько, около 5% выращенной в РФ кукурузы и сои – трансгенные.
Это типичная ситуация для России – строгость закона компенсируется необязательностью его исполнения. Еще одна замечательная иллюстрация – «Ветеринарно-санитарные требования при импорте в РФ мяса и мясопродуктов» Минсельхоза. По этим требованиям в страну должно импортироваться исключительно «мясо, полученное от убоя животных, не получавших корма, содержащие сырье, выработанное использованием методов генной инженерии». Но реальных механизмов проверки импортного мяса нет. Ввозят то, что хотят. И с маркировкой продуктов «без ГМО» – то же самое. Написать может это каждый желающий.
Ситуация в России – еще одна иллюстрация того, что ГМО проникают даже туда, где вроде бы их не должно быть.
Теперь переходим к самому главному. Так почему я против? Я считаю всю историю с ГМО огромной аферой. Большой маркетинговой кампанией. И совсем небезобидной. В результате жизнь на планете станет заметно хуже.
Почему? Поехали дальше, посмотрим.
Весь мир в твоих руках
ГМО – это прекрасный инструмент для того, чтобы мировой рынок продовольствия был перераспределен и оказался подконтролен корпорациям. И главным образом одной – Monsanto.
Три основных фактора, помогающие ГМО завоевать мир:
– ГМ-семена уже во втором поколении теряют свои характеристики. Сеять их не имеет смысла.
– Компании, производящие ГМ-семена, патентуют свои изобретения и запрещают использовать семена в иных условиях, нежели написано в договоре между фермером и компанией. Даже отложить семена на следующий год нельзя. Это нарушение договора и оно преследуется в судебном порядке.
– Опыление ГМ-растениями традиционных «соседей» приводит к мутации последних и потере их традиционных характеристик.
Биотехнологии Monsanto. Инновации, сотрудничество, скорость. Коллаж по рисунку joe-ks.tom.
Все это приводит к монополизации рынка. Фермеры начинают покупать семена только у одного производителя. Мир семян и сельского хозяйства сейчас устроен так, что чаще всего в качестве такого вот одного производителя выступает корпорация Monsanto. Когда-то самая крупная химическая компания в мире. И сейчас далеко не последняя. Прославилась, например, тем, что в 1960-е годы была лидирующим производителем «Агента Оранж», применявшегося для уничтожения сельскохозяйственных посевов и растительности в джунглях во время войны во Вьетнаме. За это компании в 1984 году пришлось выплатить компенсации ветеранам Вьетнамской войны. По данным «Вьетнамского общества пострадавших от диоксина», около миллиона человек стали наследственными инвалидами.
В 1990-е годы компания начала работать с ГМО. Сейчас более 50 процентов всех ГМ-культур в мире производят из семян Monsanto. При этом Roundup – самый продаваемый гербицид за последние 30 лет. Принадлежит Monsanto.
В марте 2005 года «Монсанто» приобрела крупнейшую семеноводческую компанию Seminis, специализирующуюся на производстве семян овощей и фруктов, в 2007–2008 годах поглотила 50 компаний-производителей семян по всему миру, после чего подверглась жесткой критике. Основное обвинение – монополизация рынка.
«Производство генетически модифицированных семян, устойчивых к вредителям и гербицидам, довело капитализацию до $44 млрд. В 2009 году Monsanto продала семян и генов на $7,3 млрд. Общая выручка компании в 2009-м составила $11,7 млрд., а чистая прибыль – $2,1 млрд. Продажи в последние 5 лет росли на 18% в год, а доходность капитала равнялась 12%». Рост продаж шел все эти годы, в 2013 году – в том числе.
Продукция, произведенная на фермах, которые сотрудничают с Monsanto – это основа для крупнейших пищевых компаний мира. Вот на этой схеме видно, что влияние компании, скажем мягко, существенно.
Структура мировой индустрии производства семян. Автор схемы: Philip H. Howard, Associate Professor, Michigan State University
Каждый фермер, который приобретает семена у Monsanto, подписывает соглашение об «авторских правах» компании на семена. Договор накладывает массу ограничений на фермера. Например, фермер не может оставить семена на следующий сезон и использовать их на свое усмотрение.
В 2011 году вышел фильм «Мир согласно Monsanto». В нем, в том числе, рассказывается история американских фермеров, оказавшихся на грани разорения в результате договора с компанией.
Фильм «Мир согласно Monsanto»
Самая показательная и поучительная история в этом смысле случилась в Индии, где сотни тысяч фермеров перешли на ГМ-семена хлопка при помощи правительственной агитационной кампании и кредитной политики.
ГМ-хлопок начали сажать с начала 2000. В 2006 году была обнаружена адаптация паразитов к ГМ-хлопку, продуцирующему Bt-токсин. Начались болезни и неурожаи. К 2012 году сложилась ситуация, при которой предложений на рынке по не ГМ-семенам просто нет. При этом цена ГМ-семян хлопка выросла за 10 лет в несколько раз и превышает стоимость обычных семян (которых еще и не достать) от 3 до 7 раз.
Индию после перехода на ГМ-семена захлестнула волна фермерских самоубийств. Они не могли ни отложить семена на посев на следующий год, ни расплатиться с долгами. Согласно данным отчета, подготовленного индийским Национальным бюро учета преступлений, количество самоубийств, совершенных местными фермерами, достигло в 2009 году 17 000 человек. С конца 90-х и до 2008 года покончили жизнь самоубийством более 150 000 индийских аграриев.
Такое желание покончить с жизнью объяснялось тем, что по индийским законам долги не переходили на членов семьи фермера. Но сейчас и это изменилось.Теперь семья отвечает за долги фермера, покончившего жизнь самоубийством.
Есть еще одна вещь, о которой тут важно упомянуть. Я совершенно не хочу сказать, что единственная причина этих самоубийств – появление ГМ-семян. Несомненно, есть и другие причины. Но то, что ГМ-семена – одна из главных, тоже вполне очевидно. Именно аграрная «наркотическая зависимость» – от кредитов или ГМ-технологий – изменяет коренным образом жизнь крестьян и лишает их возможности выбирать, сохранять урожаи на следующую посевную и делает полностью зависимыми.
В результате мы видим, что ГМО – как практическое явление нашей социальной, экономической и культурной реальности – приводит к полной потере суверенитета каждого конкретного фермера. Каждого конкретного региона, каждого конкретного государства.
Уничтожение биоразнообразия
Вот вам несколько совершенно сумасшедших цифр. За последнее столетие в США было утрачено около 93% сортов овощей и фруктов. В 1903 году в США было 408 сортов помидоров, а в 1980-х уже меньше 80. Капусты было 544 сортов, спустя 80 лет – только 28; салат-латук – 497 и 37 соответственно и так далее. Это случилось по причине глобализации рынка семян и появления гибридов вместо сортов. С появлением ГМО все эти процессы ускоряются. На смену сотням приходят в лучшем случае десятки совершенно одинаковых овощей и злаков по всему миру.
Инфографика: National Geographic
Меня, как тревожного гурмана, думающего желудком, а не головой, тут больше всего возмущает исчезновение возможности отравиться во Владимирскую область за Вязниковским огурцом или в Ярославскую за Даниловским луком. Я очень хочу, чтобы каждый регион, а лучше даже каждая деревня давала мне шанс попробовать себя на вкус. Я хочу много разных овощей. Много разных злаков. Много разных трав. Я не хочу, чтобы весь мир давал мне Bt-кукурузу «StarLink», хочу получать в Мексике кукурузу старинных сортов. Хочу, чтобы региональные сорта радовали едоков разнообразием, сохраняли местные сельскохозяйственные и гастрономические традиции. Ну и так далее. В общем, многого хочу.
Предположим, все эти мои «хотелки» можно списать на «своеобразие» моего внутреннего устройства. В конце концов – ешь, что дают! Но вот и тут проблема возникает. Даже если забыть о желудке, который диктует свои условия голове, с ГМО в смысле биоразнообразия все очень тревожно.
Вот, послушайте биолога и борца за биоразнообразие Кэри Фаулера: «Разнообразие сельскохозяйственных культур является биологической основой сельского хозяйства. А все попытки современной пищевой индустрии стандартизировать и универсализировать сорта ведут к вырождению культур и будущему голоду». С исчезновением многообразия сортов и видов увеличиваются риски эпидемиологических заболеваний среди растений. Эпидемия гораздо проще шагает по планете, если ей противостоит всего один сорт (два, три, пять) кукурузы, а не 120 – как это было совсем недавно. То есть ГМО – это путь к возрастающему риску голода. А совсем не наоборот – как пытаются сказать защитники ГМО («мы накормим Африку»).
В общем, лучше один раз увидеть. Посмотрите прекрасную и короткую лекцию Фаулера на Ted.com.
После прочитанного и увиденного найдутся и такие, которые спросят меня: «Причем тут ГМО? Ведь мы теряем биоразнообразие весь XX век». Отвечаю. ГМО в данном случае мощнейший катализатор этих процессов. А) Экономический – о чем было в первой части. Б) Биологический. Опыление или трансгенное загрязнение приводит к гибели сортов. «Случайное скрещивание» – как называет это явление компания Monsanto.
Вот вам и на это дело пример. В Мексике, на родине кукурузы, была обнаружена кукуруза, в ДНК которой есть ГМО. Хотя там ее никто не сажал. Мало того, посевы ГМ-кукурузы в Мексике законодательно запрещены. Но после создания зоны свободной торговли с США и Канадой кукуруза из США стала попадать на рынок. Она была в 2 раза дешевле и хоть запрет на посев ГМ-кукурузы в Мексике действовал – произошло смешение. Государственный экологический институт Мексики провел исследование и подтвердил заражение.
Есть версия, что такое заражение происходит не случайно – это часть спланированной акции. Так или иначе – результат один. Традиционные сорта кукурузы Мексики сейчас в опасности.
Еще один пример. В Парагвае легализация семян ГМО произошла уже после проникновения их в страну. Там действовали запреты на посевы ГМ-семян. Но по факту оказалось, что вся страна уже «заражена» или «случайно скрещена». Как бы это ни назвать – результат один. То есть просто разрешили то, что уже случилось. Оказалось, что спасать уже нечего. Местные сорта выродились.
Разрушение традиционного уклада жизни
За биоразнообразием стоит не просто еда. За каждым сортом скрывается своя история, свой уклад материальной и духовной жизни того или иного места на планете. Региональный сорт – это символ местной жизни. Когда потребитель отдает предпочтение региональному сорту и понимает его гастрономические преимущества, он в результате финансирует этот самый особый уклад жизни, который и является первопричиной сохранения сорта.
Большой бизнес разрушает местные традиционные сообщества, образ жизни, материальную и духовную культуру, свойственную региону.
К сожалению, в России ситуация с региональной сельскохозяйственной культурой и местными сельскими сообществами вокруг нее сильно пострадала в XX веке в результате всем известных событий. При этом, к счастью, ГМО к нам не проникло настолько сильно, как в других странах. Поэтому в качестве примера того, как ГМО разрушают традиционный уклад жизни, приведу тот же Парагвай.
Парагвайские фермеры против ГМО. Кадр из документального фильма Raising Resistance, 2011
После того, как мировые цены на сою выросли в несколько раз, земли тут стали массово скупаться. Более 70 процентов пахотных земель теперь принадлежит 2 процентам населения и иностранцам. Это был первый удар по местным сообществам. Но главным и самым эффективным стал переход на ГМ-сою. Массовое использование Roundup и ГМ-сои теми, кто не живет на земле, привело к тому, что делалось это без учета интересов местного населения. Были зафиксированы тысячи случаев отравлений пестицидами источников воды, сельскохозяйственных животных и т.д. Началось массовое бегство крестьян в города.
Вот тут имеется обширный доклад на данную тему: http://www.oxfam.org/sites/www.oxfam.org/files/rr-soy-mirage-corporate-social-responsibility-paraguay-290813-en.pdf
ГМО – это совсем не экологично
Программа по выращиванию ГМО-растений предполагает использование гербицидов и пестицидов. А это означает отравление почвы и грунтовых вод. Если фермер вдруг решит использовать ГМ-семена без этих самых гербицидов и пестицидов – он будет выглядеть сумасшедшим. Это не имеет никакого экономического смысла.
Тут мне опять же могут возразить, что ГМ-культуры теоретически требуют меньше пестицидов, чем гибриды и сорта, которые использовались в последнее время. Но я-то исхожу из принципов органического земледелия, которое вовсе отвергает использование пестицидов. Поэтому для меня раздел проходит именно тут. Не использовать вовсе. Или использовать меньше (что на самом деле не соответствует действительности – о чем ниже), но всегда.
ГМ-растения устойчивы к гербицидам. Их создают специально именно такими. Например, к гербициду Roundup. Он создан для того, чтобы убивать все сорняки. Устойчивое ГМ-растение при этом выживает. Roundup – самый продаваемый гербицид за последние 30 лет. Совсем недавно текст рекламы этого гербицида гласил: «Быстро разлагается в почве и не вредит окружающей среде». По случаю этого слогана во Франции было судебное разбирательство. И французский суд признал этот слоган «обманом». Специально проведенное исследование показало, что только 2 процента гербицида разлагалось в почве.
Что в результате? Roundup все так же царствует по всему миру – в том числе и в России. Но надпись «легко разлагается в почве» просто убрали с этикетки и из рекламы.
Реклама Roundup.
Кроме того, ГМ-растения содержат Cry-токсины или Bt-токсины (видоспецифичные белковые токсины) – это сделано специально для того, чтобы само растение играло роль инсектицида. Инсектициды – это химические препараты для уничтожения вредных насекомых. Тем самым такие растения должны сами по себе убивать паразитов и оберегать себя. Напала какая-то тварь на кукурузу – и тут же окочурилась.
Позиция производителей ГМ-семян по этому поводу такая: это очень эффективно, так как уменьшает риски потери урожая. А значит, делает ваш продукт дешевле и конкурентоспособнее. И конечно, эти токсины совершенно безвредны и для людей и для почвы.
По поводу эффективности чуть ниже, по поводу здоровья людей я обещал вовсе не говорить, так что тут немного о почве и букашках.
Bt-токсины попадают в окружающую среду тремя путями:
– В результате выделения корневых отростков;
– При ветровом разносе пыльцы;
– При сборе урожая. Через остатки урожая на поле. Около 10 процентов токсинов попадают таким образом в почву.
Несколько наблюдений из мира науки:
– Зафиксировано негативное влияние на дождевых червей, которые перерабатывают загрязненную почву.
– Негативное влияние пыльцы на личинок бабочек. В том числе на бабочек-монархов. Об этом много писали не только в научных изданиях. Например, тут. Итут.
– Отрицательное влияние на божьих коровок. В 2009 году в Германии из-за этого был введен запрет на посев кукурузы MON810, которая особенно стойка к европейскому кукурузному мотыльку.
Как говорится, выводы делайте сами.
Экономическая эффективность?
Экономика, эффективность, урожайность – это тот козырь ГМО, которым до недавнего прошлого бились все противники. «Вы против ГМО? Вы против прогресса! Вы против того, что цивилизация должна стремиться к эффективности!»
В 2013 году американский журнал Modern Farmer опубликовал исследования по ГМ-кукурузе и сое. Суть которого заключается в том, что за несколько лет использования ГМ-кукуруза и соя теряют свои преимущества в урожайности. Паразиты приспосабливаются к токсинам, сорняки к пестицидам и культивирование такой кукурузы становится дорогим и бессмысленным удовольствием: «Уже через пять лет использования ГМО-семена кукурузы оказывается для фермера дороже, чем традиционные семена. Себестоимость продукта вырастает из расчета почти 160 долларов на каждый гектар».
Журнал рассказывает, в том числе, историю фермера Криса Хьюджрича из штата Айова. Сам Крис рассказывает, что ГМ-растения какое-то время работали. Один ген делал соевые бобы устойчивыми к гербециду глифосату. Другой защищал кукурузу от корневого червя и кукурузных мотыльков. Что же случилось? «Пять лет это работало. А теперь и червь приспособился, и сорняки устойчивы! Матушка-природа адаптируется. И дело не только в том, что семена дорогие (мешок семян генно-модифицированной кукурузы стоит на 150 долларов дороже обычной), но и в том, что ГМО вынуждает фермеров использовать больше химикатов. Несмотря на теоретическую устойчивость генномодифицированных семян к корневому червю, во время посевного периода я дважды опрыскиваю и обычную кукурузу, и содержащую ГМО, гербицидами и пестицидами».
Инфографика: Modern Farmer
По данным американской компании по правам потребителей Food and Water Watch, использование гербицидов и пестицидов возросло на 26 процентов из-за того, что повысилась сопротивляемость сорняков. Сегодня в США 61,2 миллиона акров пахотной земли заросли сорняками, устойчивыми к глифосатам.
Ну и под занавес немного любимого мною сегодня Парагвая. «Попытка выращивать генетически модифицированную сою в Парагвае потерпела неудачу», – говорится в коммюнике Ассоциации фермеров Парагвая. Заявление фермеров подтвердил и представитель министерства охраны окружающей среды Парагвая Альфредо Молинас, который посетил провинции Альто Парана и Каниндею, где выращивается трансгенная соя. «Потеряно 70 процентов урожая», – заявил Молинас парагвайскому изданию La Nacion. По словам представителей фермерской ассоциации, трансгенные сорта сои не выдерживают даже кратких периодов засухи, которые случаются в этом регионе Парагвая. В некоторых случаях это приводит к гибели всего урожая».
Заключение
Еще раз хочу подчеркнуть, что самая популярная тема среди противников ГМО – тема здоровья человека – осталась за скобками. И совсем не потому, что я считаю ее необоснованной. А лишь потому, что я хотел показать то, что не она является определяющей в моей личной борьбе против ГМО. Здоровье тут не самое важное – ведь ГМО-технологии придумали не для того, чтобы навредить или помочь здоровью – это, возможно, лишь одно из следствий этого изобретения. Притом следствие, которое обросло наибольшим количеством мифов и легенд – и поэтому тоже я старательно обходил эту тематику. Но все же надо отметить, что по этому поводу в мире науки, скажем мягко, высказываются разные мнения.
Главное же для меня заключается в том, что ГМО – это не способ кого-то спасать или травить. Это маркетинговая стратегия тотальной монополизации мира еды на всей планете. И концентрация всей полноты власти (по крайней мере, в секторе продовольствия) в нескольких корпорациях (в основном, в одной). И такая стратегия несет все те риски, о которых я писал. Риски, которые лично для меня являются совершенно непозволительными. Для меня ГМО как явление неприемлемо с точки зрения моей гражданской позиции. По мне – мир может и должен быть устроен лучше, разнообразнее, справедливее и, черт побери, вкуснее.
Именно поэтому я называю ГМО одной из самых крупных афер в мире. И эта афера под научные фанфары и дискуссии о необходимости быть экономически эффективнее разворачивается на наших глазах и в наших желудках.
P.S. Перспектива Росcии
Если России удастся стать страной полностью свободной от ГМО – а такой шанс пока есть – то у нас будет и отличная возможность выйти в мировые лидеры по производству органических продуктов (много еще чего для этого надо будет сделать – но без жесткой позиции по ГМО все остальное бессмысленно). И вот такая карта мира станет не только отражением аграрной реальности, но и символом превращения нашей страны в мировые лидеры экологического движения. А это, поверьте, посильнее любой национальной революции.
Распространенность посевов ГМО-культур на земном шаре. Россия – одно из немногих зелёных мест.
Борис Акимов