Пустите Терек домой


В Советском Союзе не любили ждать милостей от природы, предпочитая брать их силой. К счастью, повернуть сибирские реки вспять не удалось, но другие масштабные проекты обычно приводили к непредсказуемым последствиям — таким, как гибель Аральского моря из-за строительства крупной сети оросительных каналов в Средней Азии. К такой же экологической трагедии можно отнести и историю с Аграханской лагуной в Дагестане. Одно из крупнейших в России мест нереста осетровых и другой ценной рыбы за последние полвека превратилось в такыр — пустыню с растрескавшейся землей, усыпанную мириадами раковин погибших перловиц.

Почему это произошло и как можно спасти Аграхан, рассказывает председатель Дагестанского отделения Российского географического общества, профессор Даггосуниверситета Эльдар Эльдаров, более 30 лет занимающийся проблемами Аграханского залива.

Когда пришел Наполеон

Эльдар Эльдаров

— На самом деле история этого противостояния человека с природой началась задолго до Советской власти. Накануне войны 1812 года князь Багратион обратился к Александру I с просьбой помочь в строительстве берегоукрепительных валов вдоль реки Терек, чтобы она не заливала его родной Кизляр и не мешала развитию виноградарства в этом регионе. До этого Терек жил вполне себе комфортно — метался по равнине, периодически меняя свою дорогу к морю (в настоящее время насчитать старые русла Терека в его дельте просто невозможно!) и удобряя окрестные земли своими наносами. После того, как Багратион героически погиб под Бородино и стал одним из национальных героев России, царь решил удовлетворить его просьбу и отправил под Кизляр пленных французов — строить валы вдоль Терека. И сейчас еще память о тех временах сохранилась в названиях: «первая французская дамба», «вторая…» Конечно, и до этого возводились земляные валы на Тереке, но именно с 1813 года работа стала вестись системно и, как принято говорить сейчас, в «проектном режиме». И остановить эту работу человек уже не может при всем его желании.

— Кто бы мог подумать, что Тереком интересовались еще царские власти.

— Через два года, кстати, в Дагестане будут отмечать 300-летие Персидского похода Петра I. 27 июля 1722 года его флотилия вошла в воды Аграханского залива. Правда, в местах ее стоянки никаких праздничных мероприятий, скорее всего, проводиться не будет — сейчас там пустыня.

После французов валы на реке строили пленные немцы, которых сюда начали свозить после 1914 года. Затем, уже в советскую эпоху, этой работой озаботилось государство. К слову, из благих побуждений — прирастить как можно больше сельхозземель. Но была допущена серьезная ошибка: валы прижали вплотную к берегам Терека в попытке превратить его в регулируемый канал. И ныне мы обречены ежегодно наращивать эти валы, чтобы сохранить статус кво.

— Из-за наносов?

— Да. Терек ежегодно несет в свою дельту от 10 до 18 миллионов тонн наносов, которые заполняют ложе реки и поднимают ее уровень. Поднимается уровень — растут валы.

— Я читал, что из-за этого наращивания валов равнина по обе стороны реки примерно на два метра ниже ее уровня.

— Скажу больше. В периоды полноводья, когда вода практически доходит до кромок валов, перепад между рекой и равниной может доходить до 10 метров. Это результаты измерений местных жителей, мне об этом, в частности, говорил глава администрации сельского поселения Крайновка Виктор Клименко. Если в горах Северной Осетии выпадут большие снега, а в северокавказских регионах, где формируется водный сток реки, в период паводка пройдут сильные дожди, то Терек обязательно прорвет валы и начнет гулять по равнине, сметая селения.

Гибель Аграханского залива

Эта пустыня полвека назад была дном Аграханского залива

Такыр — форма рельефа с характерными трещинами, образуемая при высыхании засоленных почв

Такыр на месте Аграханского залива усыпан раковинами перловицы — двустворчатого моллюска

Вершина заградительного вала на Тереке

Глава сельского поселения Крайновка Виктор Клименко показывает места, где раньше была лагуна. Если сюда придет Терек, долина снова наполнится водой

У края Аграханской лагуны

Эльдар Эльдаров и Виктор Клименко

Здесь было море

— Приходится платить за то, что «приручили» Терек?

— Мы не приручили, а лишь сделали попытку приручить, поскольку полностью усмирить Терек вряд ли получится. После катастрофического наводнения летом 1914 года река направила свое главное русло в створ Аграханского залива. Тереку хватило всего полвека, чтобы практически полностью заилить его, оставив на месте залива два изолированных друг от друга мелководных водоема: на севере — связанную с морем Аграханскую лагуну и на юге — озеро Южный Аграхан.

Заилив устье, Терек стал искать новое русло. Он мог «свалиться» сразу на 20 км южнее и затопить десятки селений Бабаюртовской зоны — главной житницы Дагестана. Чтобы спасти их, через Аграханский полуостров прорыли канал Прорезь. Он оградил северную часть Аграханского залива от теречных наносов, что позволило этому заливу просуществовать еще четыре десятилетия. Гибель Северного Аграхана наступила буквально в последние годы, чему способствовало уменьшение расхода воды в Тереке из-за глобального потепления и снижения уровня Каспийского моря.

Таким образом исчезло одно из самых крупных в России мест выгула и нереста рыб, в том числе осетровых, а перелетные птицы вынуждены были поменять трассу традиционной миграции. Только нерестилища Северного Аграхана занимали площадь 36 000 га. Если добавить к ним суммарную площадь водно-болотных угодий, расположенных в этом районе, получим огромную территорию, примерно 1/6 площади озера Байкал. Без работы остались сотни жителей окрестных сел, которые обеспечивали свежей рыбой не только весь Дагестан, но и соседние республики. Я с юности рыбачил в этих местах и помню, что залив просто кишел рыбой. Старожилы же Нижнетеречья говорят, что до Прорези ее было здесь в разы больше.

Быстро и бюджетно

Ширина Терека в районе Красного моста достигает 100 метров

В 2005 году Терек вышел из берегов и залил окружающие пространства на многие километры к югу и северу

В 2020 году из-за засухи уровень Терека сильно понизился. На берегу слева видны мешки из стекловолокна с грунтом для локального берегоукрепления

Красный мост. После наводнения летом 1914 года Терек направил свое главное русло по прежде маловодной и чистой протоке Аликазган

Равнина рядом с нынешним руслом Терека еще недавно была частью Аграханской лагуны

— Но местные жители верят, что и сейчас не поздно возродить Северный Аграхан и вернуть жизнь в низовья Терека. Причем считают, что сделать это можно очень быстро и достаточно бюджетно. Пустите Терек домой, говорят они, чтобы он, как и раньше, нес свою воду в направлении острова Чечень. А дальше река все исправит сама — и лагуну к жизни вернет, и высохшие озера на севере вновь заполнит водой.

— Мне очень понравилась эта формулировка местных жителей — «пустите Терек», они относятся к реке как к живому существу. И их предложение вполне согласуется с научным видением проблемы. Первый раз я написал об этом еще в 1996 году, когда совместно с тогдашним руководителем Западно-Каспийского бассейнового водного управления Исмаилом Сайпулаевым выпустил книгу «Водные ресурсы Дагестана». К работе над ней были привлечены ведущие гидрологи и гидрографы не только республики, но и МГУ им. М.В. Ломоносова. Мы предлагали максимально укрепить валы на южном берегу Терека, а самой реке дать свободу в зоне Аграханской лагуны. Направлять Терек предлагалось при помощи точечных дноуглубительных работ по выбранной траектории. Этот проект актуален и сегодня. Больше того, я убежден, что все остальные масштабные и дорогие проекты — от лукавого. Они не про спасение Северного Аграхана.

Четыре десятка редких видов птиц обитают на небольшой территории к северу от реки Терек в Дагестане. Здесь их не тревожат люди — вокруг только море, тростниковые заросли и степи

К примеру, есть предложение расширить и углубить канал Кубякинский банк, построить на нем шлюзы и пустить Терек по нему. Над этим проектом, как я знаю, сейчас работают мои коллеги из МГУ. Он предусматривает солидные транши для ведомств, управляющих водным хозяйством Терека, но при этом проблемы спасения Аграханской лагуны не решает.

На юг Терек «отпускать» нельзя — там слишком много сел. Кроме того, согласно закону Кориолиса он будет постоянно сваливаться вправо (это тенденция всех рек северного полушария), смывая по пути села и дороги. Единственный выход — поэтапно направлять течение реки в прежние протоки, на северо-восток.

— Но почему тогда ваша исследовательская работа не трансформировалась в рабочий проект?

— Перестройка. Не до Терека было. И не до науки. Поэтому «смотрители за Тереком» просто продолжали осваивать бюджетные средства, наращивая валы и экспериментируя с разными диковинными видами валозащитных сооружений.

— А что в вашем проекте говорилось о Прорези? Оставлять ее или нет?

— Однозначно оставлять. В случае сильных паводков она будет работать как дополнительный сбросной канал, движению же реки на север она никак не помешает.

Что дальше?

— Хорошо. Допустим, этот проект будет реализован, и Терек пойдет в море через Северный Аграхан. Как скоро придется корректировать его последствия, ведь рано или поздно лагуна заилится. Правда, местные жители уверены, что это произойдет нескоро, поскольку, по их наблюдениям, море будет регулярно смывать наносы. Но тут вполне может работать фактор «на мою жизнь хватит, а дальше хоть трава не расти».

— Лагуна обязательно заилится — тут сомнений нет. Когда это произойдет, рассчитать невозможно. Может, через 50 лет, а может, и через сто. Перепад высот между дном высохшей лагуны и валами Кубякинского банка составляет около 4 метров. А это значит, что лагуна способна принять огромное количество воды. Но готовиться к тому, что рано или поздно проблема возникнет, мы обязаны. Именно поэтому возвращение Терека в старое русло мы с Сайпулаевым и его коллегами из Западно-Кавказского БВУ рассматривали лишь как первый этап большого проекта. Второй этап более масштабный и затратный. Он предполагает создание крупной разгрузочной зоны по всему левому берегу Терека. С этой целью мы предлагали, во-первых, максимально укрепить валы на правом берегу реки и обеспечить их надежными гидротехническими сооружениями, а во-вторых, отпустить Терек на волю в 40−50 километрах выше Красного моста. Это позволит возродить ныне высохшую систему озер: Большой Ачиколь, Бешеное, Океан, Травяное, создаст комфортные условия для рыб и птиц. В идеале вся северная часть должна превратиться в громадный заповедник, в котором будет запрещена всякая хозяйственная деятельность. Кроме рыболовства, спортивной охоты и экотуризма, естественно.

Проект этот затратный, поскольку при его реализации придется построить несколько многопролетных мостов на автотрассе в районе старых русел Терека, в противном случае дорогу неминуемо размоет. Такая практика в дельтах Волги и Дона отлично себя зарекомендовала. Понятно, что к работам этим приступят не скоро. Но уже сейчас стоит запретить строительство любых капитальных объектов вдоль северного берега.

— А что с Южным Аграханом?

— Сегодня он тоже деградирует. Сюда поступает вода из Главного Дзержинского коллектора. Ее мало, и она очень некачественная, поскольку после полива сельхозугодий насыщается удобрениями и агрессивными солями, вымываемыми из почвы. Поэтому весной вода в озере зеленеет, что отрицательно сказывается на местной ихтиофауне.

В 2012 году Дагестанское отделение Русского географического общества совместно с северокавказским управлением МЧС разработало двухэтапный проект реабилитации этого озера. Он предусматривает строительство канала со шлюзовыми сооружениями и дноуглубительные работы. Реализация проекта превратит Южный Аграхан в рыбохозяйственный и рекреационный кластер Юга России. И опять проект был одобрен, но в итоге лег под сукно.

В прошлом здесь, на берегу Аграханской лагуны, была охотничье-рыболовная база. Эльдар Эльдаров стоит на мостках, к которым причаливали лодки

— Вы так спокойно говорите о том, что потратили несколько лет впустую.

— Почему впустую? Рано или поздно оба эти проекта будут реализованы, жизнь заставит. А реальный путь решения тут один — отпустить Терек домой.

Андрей Меламедов

Фото: Зарема Алиева

Источник: etokavkaz.ru