Промышленное загрязнение в России: невозможно измерить, невозможно контролировать



Система наблюдения за промышленным загрязнением в нашей стране не дает объективной картины состояния окружающей среды. Постов наблюдения за выбросами катастрофически не хватает, методика их расчета – безнадежно устарела. В то же время лоббисты предприятий-загрязнителей делают все, чтобы ситуация не менялась. Принятый в прошлом году закон о наилучших доступных технологиях заработает после 2018 года. Впрочем, в его эффективности экологи не уверены.

В январе 2016 года Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) выступила с предупреждением: риски для здоровья, связанные с загрязнением воздуха во многих крупных городах, достигли критической отметки. По словам экспертов ВОЗ, ситуация такова, что вскоре население Земли всерьез столкнется с проблемой ранней смертности, а власти разных стран будут изыскивать огромные суммы на лечение хронических заболеваний своих граждан, таких как нарушение работы сердца и даже старческое слабоумие.

Повышенные концентрации в атмосферном воздухе таких загрязнителей, как диоксиды серы и азота, оксиды азота и углерода, бенз(а)пирен и формальдегид, оказывают негативное влияние на экосистемы и здоровье людей. Диоксид серы поражает в первую очередь органы дыхания, глаза, центральную нервную систему, кожу, угнетает окислительные процессы. Диоксид азота и формальдегид обладают раздражающим действием на слизистые оболочки и органы дыхания. Действие высоких концентраций оксида углерода приводит к острому отравлению, при хроническом воздействии наблюдается увеличение содержания в крови карбоксигемоглобина, изменение психомоторных реакций у детей. Бенз(а)пирен провоцирует раковые заболевания.

Главный источник

Выбросы промышленных предприятий являются главным источником загрязнения атмосферного воздуха. Согласно данным государственного доклада Минприроды о состоянии окружающей среды РФ в 2014 году (последний доступный доклад), на их долю приходится 56% всех загрязнений, или 17 451,9 тыс. тонн вредных выбросов. Вместе с выбросами автотранспорта на каждого жителя нашей страны в 2014 году пришелся 221 кг загрязняющих веществ.

Треть всех промышленных выбросов – это выбросы обрабатывающих производств, на втором месте – добыча полезных ископаемых (28%), на третьем – производство и распределение электроэнергии, газа и воды (22%).

Несмотря на то, что общий объем выбросов от стационарных источников в целом по стране продолжает сокращаться, в ряде федеральных округов (Северо-Западный, Южный, Дальневосточный, Центральный) положительная динамика не наблюдается с 2007 года.

При общем сокращении выбросов тяжелых металлов по ряду показателей все же наблюдается значительный прирост. Например, выбросы ртути в 2014 году по сравнению с предыдущим годом увеличились на 160%, оксида меди – более чем на 8%, хрома – почти на 6%.

И хотя доля уловленных и обезвреженных веществ в общем количестве соответствует целевому показателю, говорится в госдокладе, объем выбросов в топливно-энергетическом комплексе и металлургии превышает установленный целевой показатель.

Загрязнение воздуха

По данным Росгидромета, в 2014 году в 51 городе (24% населенных пунктов, где проводились наблюдения) уровень загрязнения воздуха характеризуется как высокий и очень высокий. В этих городах проживает 19% городского населения России. Годом ранее высокий и очень высокий уровни загрязнения отмечались в 123 городах (57%), что составляло 52% городского населения России.

Однако резкое изменение обусловлено не улучшением качества воздуха, а связано лишь с установлением в 2014 году нового среднесуточного значения предельно допустимых концентраций (ПДК) формальдегида – более чем в три раза выше применяемого ранее значения. При использовании для оценки прежнего значения ПДК формальдегида уровень загрязнения атмосферы оценивался бы как высокий и очень высокий в 107 городах.

По оценкам Роспотребнадзора, в 2014 году в условиях «превышения гигиенических нормативов загрязняющих веществ атмосферного воздуха при кратковременных подъемах их концентраций» проживало порядка 128,4 млн человек, т. е. 89% населения страны. Высокие уровни загрязнения воздуха (более 5,0 ПДК) наблюдались на территориях 29 субъектов Федерации.

В список городов с наибольшим уровнем загрязнения атмосферы (так называемый Приоритетный список) в 2014 году попало 35 населенных пунктов. В девяти из них определяющий вклад в загрязнение воздуха внесли предприятия топливно-энергетического комплекса, в трех городах – предприятия нефтехимической и химической промышленности и черной металлургии, в пяти – предприятия цветной металлургии.

Уровень загрязнения воздуха различается от региона к региону. Наиболее сложная ситуация сложилась в Уральском, Дальневосточном и Сибирском федеральных округах. На уровень загрязнения воздуха оказывают влияние небольшие, но многочисленные промышленные объекты, эксплуатирующие наземные и низкие источники выбросов.

Качество воды – стабильно низкое

А вот с загрязнением водных источников, если верить официальной статистике, дела идут не так плохо. По экспертным оценкам, которые содержатся в докладе Минприроды, в целом по России доля загрязненных вод не превышает 5-6% общей величины их использования для питьевого водоснабжения населения. Загрязнение 38% исследуемых участков связано с деятельностью промышленных предприятий. Основными загрязняющими подземные воды веществами являются соединения азота, нефтепродукты, сульфаты и хлориды, тяжелые металлы и фенолы.

Для 74% загрязненных участков интенсивность загрязнения составляет 1-10 ПДК, на 19% – в пределах 10-100 ПДК, на 7% – превышает 100 ПДК.

Несмотря на наметившуюся положительную тенденцию уменьшения антропогенной нагрузки на отдельные водные объекты, адекватного улучшения качества поверхностных вод не происходит, отмечается в докладе Минприроды. Качество пресной и прибрежных морских вод остается в целом стабильно низким.

Одним из существенных факторов, определяющих величину негативного воздействия на водные объекты, является неспособность обеспечить достаточный уровень очистки всего объема образующихся сточных вод. Доля нормативно очищенной на сооружениях очистки воды в общем объеме стоков – 4,2%. Общий объем загрязненных (без очистки и недостаточно очищенных) сточных вод составляет 34%, доля загрязненных сточных вод, сброшенных без очистки, в общем объеме – 7,4%. Общий объем загрязненных сточных вод, сброшенных без очистки, по сравнению с 2013 годом увеличился (на 8%), констатирует Минприроды.

Можно ли верить официальной статистике?

Как видим, данные доклада Минприроды оптимизма не вызывают. Но можно ли вообще считать объективной картину загрязнения окружающей среды по данным официальных отчетов? «Относительно», – отвечает на этот вопрос заведующий лабораторией прогнозирования качества окружающей среды и здоровья населения ИНП РАН Борис Ревич. Росгидромет, который по закону осуществляет государственный контроль за качеством окружающей среды в населенных пунктах, очень плохо финансируется, поэтому система контроля годами не модернизируется. Кстати, еще в прошлом году с сайта Росгидромета можно было скачать ежегодный «Обзор состояния и загрязнения окружающей среды Российской Федерации». Теперь информация Единого государственного фонда данных о состоянии окружающей среды доступна только по специальному запросу (один запрос – на один вид загрязнения). Услуга предоставляется в течение месяца.

Информации о загрязнении окружающей среды крайне недостаточно, соглашается с Борисом Ревичем руководитель петербургского отделения Гринпис Дмитрий Артамонов. По его словам, в первую очередь это связано даже не с закрытостью, а с тем, что статистика либо не ведется вообще, либо ведется некорректно. «В частности, нет информации об источниках и объемах сбросов и выбросов токсичных веществ. Тот государственный мониторинг, который худо-бедно ведется, осуществляется по очень скудному перечню веществ, который не меняется с 80-х годов прошлого века», – говорит Артамонов.

Очень плохо организовано наблюдение за специфическими веществами, которые в значительной степени определяют степень опасности загрязнения воздуха и водоемов, продолжает Борис Ревич. Из-за этого в списки населенных пунктов с самым высоким загрязнением не попадают крупнейшие города с огромными металлургическими производствами, зато маленькие городки оказываются там неизвестно по какой причине. В России никак не решается проблема загрязнения гормоноразрушающими веществами, которые активно используются в современной промышленности, указывает Дмитрий Артамонов. Связано это в том числе с тем, что нет никаких данных об этом загрязнении, оно просто не изучается.

Измерительное оборудование безнадежно устарело

В Интернете можно найти большое количество свидетельств того, что база инструментальных измерений в регионах недостаточна по объему и давно устарела. Например, в Саратове с населением в 842 тыс. человек всего 6 постов наблюдений за уровнем загрязнения атмосферы, причем оборудование на них не менялось с 60-70-х годов прошлого века. Специалист химической лаборатории Саратовского областного центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды Валентина Зыкова говорит, что старое оборудование способно отбирать только основные примеси, но не восприимчиво к новым. Увеличение количества постов, по ее словам, невозможно из-за отсутствия финансирования. По этой же причине в Саратове не работают четыре современных автоматических поста наблюдений, сейчас они законсервированы. Постов также не хватает в крупных городах Саратовской области – Балакове (200 тыс. человек), Энгельсе (222 тыс.) и Вольске (64 тыс.).

В том, что система мониторинга технически устарела и нуждается в модернизации, признаются чиновники профильного департамента Новосибирска, города, в котором проживает более полутора миллионов человек. К такому же выводу приходят в администрации Кемеровской области. «В связи с этим возникает необходимость организации стационарных постов наблюдения за состоянием загрязнения воздушного бассейна в крупных промышленных городах Кемеровской области с населением численности в пределах и более 100 тыс. человек, таких как Белово, Ленинск-Кузнецкий, Киселевск, Междуреченск», – говорится в докладе о состоянии окружающей среды региона за 2014 год. Экологическим мониторингом не охвачены целые районы Барнаула, признаются чиновники городской администрации в докладе за 2013 год. Заведующий метеорологической лабораторией Пермского государственного национального исследовательского университета (ПГНИУ) жалуется, что в 2013 году в Перми работало лишь семь постов контроля за состоянием атмосферы, тогда как их должно было быть не меньше двадцати. К тому же замеры воздуха на имеющихся постах проводились не постоянно, а три-четыре раза в сутки.

Нужно иметь в виду и то, что основной объем статистической информации складывается из отчетов самих предприятий, говорит Дмитрий Артамонов. При этом действенной системы государственного надзора за их сбросами-выбросами нет, поэтому достоверность данных под большим вопросом.

При этом часто возникают ситуации, когда на одной промышленной площадке находится несколько предприятий, каждое из них отчитывается, что у них все хорошо, а нормативы загрязнения воздуха при этом значительно превышены. И каждое предприятие ссылается на соседей, рассказывает председатель центрального совета «Российской зеленой лиги» Сергей Симак. За последние годы он сталкивался с подобными ситуациями в Новокуйбышевске, Сызрани (оба города – в Самарской области) и Комсомольске-на-Амуре (Хабаровский край). «Контролирующие органы при этом просто не могут никого наказать – не пойман – не вор. А раз не наказывают, то и исправлять ситуацию предприятиям незачем», – отмечает эколог.

Методика расчетов тоже устарела

По мнению экспертов, остроактуальной является проблема утверждения на государственном уровне методик в области охраны атмосферного воздуха. «Конечно, методических указаний по расчету выбросов в атмосферный воздух имеется в избытке, однако многие из них утверждены еще в СССР, а некоторые разработаны ведомственными организациями для отдельных отраслей промышленности. Более того, ни одна государственная организация не занимается утверждением таких методик в установленном порядке, так как этого порядка попросту нет», – пишет М. Ламихова в «Справочнике эколога» (№ 11, 2015 г.).

По словам Бориса Ревича, «сейчас происходит интенсивная гармонизация нормативов с рекомендациями ВОЗ и Евросоюза, и по воде этот процесс почти завершен. Однако серьезной медицинской и экологической проблемой остается отсутствие нормирования почв. В этой сфере используются советские нормативы, которым свыше 50 лет».

Другой существенной проблемой является изменение норм предельно допустимых концентраций по конкретным веществам. Например, с 1980-х годов норма по метилмеркаптану увеличена в несколько тысяч раз. Последний раз, в 2008 году, Роспотребнадзор официально увеличил ПДК по ядовитому газу еще в шесть раз. Или, как было сказано выше, в 2014 году среднесуточное значение предельно допустимых концентраций формальдегида было увеличено более чем в три раза.

Зачем не превышать, если можно легально превышать?

Впрочем, и без изменения ПДК многие предприятия совершенно легально превышают допустимые концентрации с санкции государства. Практика так называемых «временно согласованных выбросов (сбросов)», предусмотренная Федеральным законом «Об охране атмосферного воздуха», позволяет устанавливать «временно согласованный выброс – временный лимит выброса вредного <…> вещества в атмосферный воздух <…> для действующих стационарных источников». Лимиты выдаются в обмен на проекты модернизации технологии предприятия, снижающей воздействие на окружающую среду. Они могут значительно превышать законодательные ограничения.

Теоретически, «индивидуальный подход» должен позволить предприятиям собрать средства на модернизацию. Однако российский бизнес зачастую живет на лимитах десятилетия. При этом соответствующие органы не могут привлечь такой хозяйствующий субъект к ответственности, а граждане не вправе подать на него в суд. Эту ситуацию юристы называют отсутствием правового регулирования.

Так, лимиты, выданные «Печенганикелю» (Мурманская область), в два раза больше предельно допустимой концентрации. В Красноярском крае по этой схеме работают «РУСАЛ Красноярск» и «Красноярский цемент», а также «Норильский никель». Вредные выбросы последнего вызывают у жителей Норильска носовые кровотечения, аллергический ринит, кашель, головную боль, першение в горле, удушье и рвоту. «Периодически в городе наблюдается густой туман из смога и газа, когда на расстоянии 200 метров не видно зданий. За последние годы повысилась смертность по причине увеличения количества заболеваний органов дыхания, а также сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний», – рассказывают жители, однако с формальной точки зрения предприятие ничего не нарушает.

Помогут ли окружающей среде наилучшие доступные технологии?

В Министерстве природных ресурсов большие надежды возлагают на недавно вступивший в силу закон о наилучших доступных технологиях (НДТ). Под наилучшими понимаются наиболее эффективные технологии производства продукции для достижения высокого общего уровня защиты окружающей среды в целом. Законом предусмотрено поэтапное повышение платы за негативное воздействие на окружающую среду; введение системы комплексных экологических разрешений, выдаваемых при наличии программ повышения экологической эффективности; введение института государственной экологической экспертизы в отношении крупных инфраструктурных проектов. В Минприроды обещают, что закон о НДТ позволит усилить надзор за крупными предприятиями-загрязнителями и при этом сократит избыточное регулирование в данной сфере.

Закон предусматривает оборудование источников сбросов и выбросов автоматическими средствами измерения объемов выбросов и концентрации загрязняющих веществ, а также техническими средствами передачи информации в единую систему госэкомониторинга.

На модернизацию производства закон отводит 14 лет. Для экологической модернизации предприятия законом предусмотрена система стимулов – налоговых и других льгот. В качестве санкций будет увеличена плата за негативное воздействие на окружающую среду.

Внедрение этого процесса в некоторых регионах уже началось. Например, в Москве к апрелю 2015 года (более актуальной информации нет) датчики были установлены на 57 предприятиях: 11 ТЭЦ, 42 районных тепловых станциях, трех мусоросжигательных заводах и одной табачной фабрике.

В других регионах предприятия пока отказываются ставить датчики на свои трубы в добровольном порядке. Например, выступая на круглом столе в Законодательном собрании Красноярского края в мае 2015 года, заместитель регионального министра природных ресурсов и экологии Сергей Шахматов рассказывал об эксперименте, который провело его ведомство. Всем крупным предприятиям края было отправлено письмо с предложением внедрить системы мониторинга выбросов и передавать данные в информационную систему министерства. «Хочу вам доложить, что мы получили практически от всех стопроцентно отрицательные ответы. К сожалению, сегодня предприятия не готовы на добровольных началах давать информацию в наш мониторинговый центр», – рассказывал тогда Шахматов.

Вместе с тем эксперты скептически оценивают перспективы улучшения ситуации с промышленным загрязнением после вступления в силу закона о наилучших доступных технологиях. Большинство его нововведений отложены на после 2018 года, указывает директор по природоохранной политике WWF России, д-р геогр. наук Евгений Шварц: «Бизнес победил». По словам эколога, «одна из целей откладывания – чтобы данные по реальному воздействию бизнеса на окружающую среду не были публично доступны в течение ближайших 3-5 лет, потому что если данные по реальному воздействию станут публично известными, то стоимость акций компаний-загрязнителей, размещенных на лондонской фондовой бирже, может значительно снизиться». «Появление объективной информации по экологическим воздействиям сделает явным, что либо компании дезинформировали андеррайтеров, либо андеррайтеры врали покупателям акций во время первичного размещения. Соответственно, проспекты эмиссии акций были или некачественными, или сфальсифицированными», – объясняет Шварц.

Не все так просто и с оснащением датчиками заводских труб. Важно, что датчик будет измерять, говорит Сергей Симак из «Российской зеленой лиги». Распространена практика, когда для «оптимизации» отчетных показателей, для экономии либо из-за отсутствия методик или приборной базы контролируют не весь спектр веществ, которые могут быть в выбросе, а только часть из них, именно те, по которым нет превышений. «При этом по отчетам все может быть прекрасно, а люди задыхаются», – отмечает Симак.

С ним согласен и Дмитрий Артамонов: «Наиболее опасные вещества действуют в таких концентрациях, которые невозможно мерить подобными датчиками». Вопрос у эколога вызывает и то, кто будет следить за работой устройств, где гарантии, что данные не будут фальсифицироваться?

Евгений Шварц считает, что оснащение предприятий датчиками будет шагом вперед только в том случае, если данные с них будут общедоступны, например, на независимом сайте или сайте природоохранного ведомства. «Если информация с датчиков известна только начальнику местного Росприроднадзора и начальнику экологической службы завода, то это ничего не даст, кроме коррупции», – уверен эксперт.

Даже крайне скудная и неактуальная официальная статистика рисует тревожную картину влияния промышленного загрязнения на окружающую среду в России. Как менять ситуацию, понятно – модернизировать оборудование и технологии, делать статистику загрязнений открытой и прозрачной для общества. Первым шагом в этом направлении может стать принятый закон о наилучших доступных технологиях. Вопрос как всегда в правоприменении.

Игорь Яковлев

Источник: bellona.ru



войдите Vkontakte Yandex

Комментарии 0

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.