О проблемах российской боевой авиации


Пандемия коронавируса стала тяжёлым ударом по авиационной промышленности и гражданской авиации в целом. Из-за карантинных ограничений мир почти перестал летать – и тысячи лётчиков по всему миру остались без работы. Однако на российских лётчиков, носящих военную форму, пандемия оказала совсем иное влияние. Более того, благодаря ей удалось решить важнейшую задачу, стоявшую перед ВВС России.

Лётчики, особенно военные, всегда и во всем мире были любимцами публики. Их служба – ореол романтики и героизма, шарм красивой формы, выправка, очаровательные улыбки. Краса и гордость ВВС! 

Это на земле, а в небе – тяжёлая работа, неимоверные перегрузки и ежедневный риск жизнью во время полётов. Лётчиков боевой авиации во все времена и во всех странах ценили, давали льготы и привилегии. Ещё бы – ведь это «штучный» товар, который дорогого стоит. Подготовка лётчика обходится Минобороны несравнимо дороже любого другого офицера. Даже неоперившийся пилот уже считается потенциальным резервом, в которого государство ещё в процессе обучения вложило многие и многие миллионы рублей. 

Тем более что век боевого лётчика недолог даже в мирное время. Возрастная ротация в ВВС гораздо выше, чем в тех же Сухопутных войсках, поэтому проблема кадров в авиации существовала всегда. В советские времена она решалась за счёт большого количества военных авиационных училищ (более 20), конвейер которых выпускал лётчиков истребительной, дальней, военно-транспортной, морской ракетоносной и противолодочной, штурмовой и бомбардировочной авиации, а также авиационных штурманов. Лейтенантов клепали тысячами, не все продолжали дальнейшую службу, но и оставшихся хватало. 

Система военного образования, в том числе и ВВС, стала разваливаться в России ещё при Михаиле Горбачёве, добил её много лет спустя экс-министр обороны Анатолий Сердюков. В итоге сейчас в России осталось лишь два высших учебных заведения, готовящих лётчиков для ВВС. Это Военно-воздушная академия им. профессора Н.Е. Жуковского и Ю.А. Гагарина с центральным филиалом в Воронеже и филиалами в городах Сызрани и Челябинске. А также Краснодарское высшее военное авиационное училище лётчиков имени Героя Советского Союза А.К. Серова, в состав которого на правах факультетов входят бывшие военно-авиационные училища в Армавире, Балашове, Борисоглебске, Сызрани и Челябинске. В начале 2000-х здесь выпускалось лишь по 25 лейтенантов в год – со всех факультетов.

Летать на военных самолётах в те годы в России стало попросту некому. Если вспомнить «пятидневную войну» – операцию по принуждению Грузии к миру в августе 2008 года, то за штурвалами российских самолётов сидели отнюдь не лейтенанты. Об участвующих в боевых действиях лётчиках известно лишь по сбитым самолётам. Ими управляли офицеры в звании не ниже подполковника, а пилот сбитого 9 августа Су-25 Сергей Кобылаш (был эвакуирован вертолётом) имел звание полковника и являлся командиром 368-го штурмового авиаполка, дислоцирующегося в Буденновске. Этот факт о многом говорит, это явное свидетельство кадрового голода в боевой авиации. Сегодня, кстати, теперь уже генерал-лейтенант Сергей Кобылаш возглавляет Дальнюю авиацию ВВС РФ. 

Кроме того, несколько лет назад руководство ВВС забило тревогу и по другому, смежному поводу – военные лётчики все чаще стали увольняться со службы. Например, молодые лётчики после выпуска из училища добросовестно отслуживали пять лет по контракту (в это время, заметим, они проходили и лётную практику), после чего подавали рапорт на увольнение из рядов Вооружённых сил. 

Причин было несколько. Тяжёлые условия лётной работы здесь были не основным поводом, хотя и они присутствовали. 

Главное на тот момент заключалось в невысокой заработной плате (особенно у молодых лётчиков), низким уровнем мер социальной защиты, а также небольшим количеством налёта – ещё несколько лет назад самолёты были «привязаны к земле». Плюс замаячила перспектива перехода в гражданскую авиацию, в частные авиакомпании, в том числе и иностранные. Российские военные пилоты стали активно учить не только английский, но и китайский язык – Поднебесная ждала их с распростёртыми объятиями. 

«На хрена пошёл я в Качу? Вот Ульяновск – всё иначе, был бы дом, машина, дача и водил бы я «Арбуз», – пел Николай Анисимов в песне «Грачи прилетели». «Кача» – это Качинское высшее военное авиационное училище лётчиков, готовившее пилотов штурмовой авиации, которое было расформировано в 1998 году. В Ульяновске находится институт гражданской авиации. «Арбуз», соответственно, Airbus – один из самых массовых лайнеров в мире. В общем, смысл понятен – военные пилоты потянулись в гражданскую авиацию за длинным рублём, долларом, юанем. И популярная песня отразила это очень наглядно. 

В итоге в российской военной авиации образовалась некая пустота в среднем звене. Молодые лётчики, которых ещё учить и учить, так или иначе, но приходили – но старшее поколение постепенно увольнялось по возрасту. «Середнячков», которые по идее должны составлять основу авиационных полков и эскадрилий, катастрофически не хватало. Их попросту недовыпустили в своё время. 

Министр обороны Сергей Шойгу публично признавал проблему и принял активное участие в её разрешении. Четыре года назад, со слов главы Минобороны, в Вооружённых силах не хватало 1300 лётчиков. А какая же авиация без лётчиков? Беспилотники, конечно, показывают примеры войн будущего, но именно будущего, а настоящее пока ещё требует в кабине самолёта живого пилота. 

Благодаря усилиям нового руководства Минобороны, ситуацию удалось несколько выправить и довести количество выпускников военных авиационных училищ до 600 человек в год. В МО уверяют, что на качестве подготовки молодых офицеров такой резкий всплеск набора и выпуска не повлиял. Возрос и престиж самой службы в армии. Приём в лётные училища резко вырос, как и количество желающих в них попасть. 

Скажем, в 2020 году конкурс при поступлении на факультеты Краснодарского училища составил три-четыре человека на место среди юношей и пять-шесть среди девушек (их стали принимать сюда с 2017 года). Впрочем, «путёвку в небо» они получат через пять лет, ещё столько же времени потребуется, чтобы молодые пилоты твёрдо «стали на крыло» – добились первых успехов в своей профессии. 

В целях повышения престижа военной службы Минобороны вернуло лётчикам в мае 2019 года льготное санаторно-курортное обеспечение, отобранное по приказу министра Сердюкова в 2012 году. Кроме того, и денег добавили: отдельным решением лётному составу ввели дополнительную надбавку – в итоге совокупное денежное довольствие лётчиков увеличилось вдвое, на сто процентов. 

«Увольнения военных лётчиков случались, конечно, но не носили массовый характер, – уверяет газету ВЗГЛЯД военный эксперт, полковник ВВС Александр Дробышевский. – Особый спрос у гражданских авиакомпаний был большей частью на пилотов военно-транспортной авиации, за истребителями и вертолётчиками очередь особо не выстраивалась. Профессиональный военный лётчик – это штучный товар, специалист самой высокой пробы, такие ценятся во всех армиях мира. У них и подготовка лучше, и психологические качества выше, поэтому и спрос на военных лётчиков особый. Однако есть нюанс: с истребителя или штурмовика не сразу пересядешь за штурвал «Боинга». Военные ведь обучены летать по «экстриму», руки «заточены» под максимальные перегрузки. 

Опять же, далеко не всех готовы оторвать с руками и ногами на «гражданке». Вот возьмём авиационный полк – его элиту составляет хорошо подготовленная группа в 10-15 человек с квалификацией «лётчик первого класса» или «лётчик-снайпер». За такими действительно гоняются. А какой толк с лейтенанта с его недоделанным третьим классом квалификации, которого ещё учить и учить? Сложнее с капитанами–майорами, если они приняли решение уволиться, и проблема в том, что их действительно в авиации не хватает». 

И вот теперь, в 2020 году, проблему удержания лётных кадров в ВВС помогла решить, как ни парадоксально, пандемия коронавируса. Не льготное медицинское обеспечение и трёхразовое питание показало военным лётчикам правильность выбора своей профессии и места службы. Во времена пандемии COVID рейсы гражданских авиаперевозчиков резко сократились, самолёты простаивают на земле, а пилотов массово увольняют. Тысячи лётчиков гражданской авиации и в России, и особенно за рубежом остались без неба и без заработка. О приёме на работу новых сотрудников речь вообще не идёт и устроиться в авиакомпанию бывшему военному лётчику можно разве что грузчиком в аэропорту. 

Тут внезапно и выяснилось, что не такая уж и плохая зарплата у военного лётчика – сегодня она составляет в среднем 110 тысяч рублей в месяц. Это, конечно, не 20 тысяч долларов, как у пилота китайского грузового самолёта Boeing 747-400, или 400 тысяч рублей у лётчика «Аэрофлота» (это до начала коронавируса), зато стабильная и гарантированная. 

Кроме того – льготная военная ипотека. Кроме того – престиж военной лётной работы. Кроме того – многочисленные льготы и привилегии для военнослужащих. А ещё выслуга лет для лётного состава идёт год за два и к 33–38 годам можно накопить её на полную пенсию – а значит, не раз ещё подумаешь, стоит ли увольняться и искать счастье в гражданской жизни. И главное – даже во время пандемии коронавируса ВВС лётчиков не сокращают. 

«Коронавирус повлиял на сокращение рапортов на увольнение военных лётчиков со службы, – подтверждает Александр Дробышевский. – Однако это не основная причина, которая остановила сейчас отток пилотов из ВВС. Помимо материальных льгот, которые существенно увеличились, пилоты получили возможность полноценно летать. Для лётчика это первично». 

И к слову – российская гражданская авиация (ГА) действительно раньше с большой неохотой брала в свои ряды бывших военных лётчиков. Однако незадолго до пандемии, летом 2018 года, ведущая российская авиакомпания «Аэрофлот» публично объявила о желании брать на работу бывших военных лётчиков. Все дело в том, что как раз в тот момент дефицит лётных кадров наблюдался в том числе и в ГА (хотя и по другим причинам, нежели в ВВС). Такое заявление, разумеется, ещё более усилило кадровый кризис в ВВС России и отток военных лётчиков в гражданскую авиацию. И нельзя гарантировать, что после окончания пандемии проблема снова не возобновиться, может быть, даже в ещё большем масштабе. 

Ну а пока – не было бы счастья, да несчастье помогло. Теперь, в эпоху коронавируса, военные лётчики чувствуют себя на своём месте гораздо более уверенно, чем ещё несколько лет назад. Потому что Родину защищать надо в любую эпоху.

Виктор Сокирко

Источник: vz.ru