Белые халаты, тихий скрип каталок и запах антисептика, который со временем становится здесь привычным. Центральный военный клинический госпиталь имени Александра Вишневского часто называют городом спасения. В его длинных переходах и коридорах за каждой дверью возвращают к жизни тех, кто еще недавно был на передовой. Здесь медсестры становятся для пациентов «матушками», перевязочные — местом настоящего медицинского мастерства. «Известия» провели день в Национальном медицинском исследовательском центре высоких медицинских технологий имени А. А. Вишневского, чтобы познакомиться с женщинами, которые посвятили свою жизнь спасению других.
«Это наш внутренний девиз и кодекс чести»
Мартовская стужа за окном госпиталя превратила подмосковный пейзаж в неподвижную белую панораму. На входе гостей встречает бронзовый бюст Александра Вишневского. Главный хирург Советской армии в парадном кителе взирает на преемников с мраморного постамента. Вокруг — живая зелень в горшках.
— У нас здесь особое отношение к людям, — негромко произносит сопровождающий, пока мы идем по длинным светлым переходам. — Главное правило, которое знает каждый сотрудник: «За жизнь каждого — как за свою!». Это наш внутренний девиз, кодекс чести, если хотите.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
Мы проходим мимо бежевых стен, вдоль которых стоят каталки и кресла-коляски. На тележках — медицинское оборудование. В коридорах спокойно, но за этой внешней тишиной — постоянная работа.
История госпиталя началась в июне 1968 года. Тогда открылся 3-й Центральный военный клинический госпиталь. Рядом с корпусами сегодня возвышается храм, освященный в честь святителя Луки — архиепископа и выдающегося хирурга Валентина Войно-Ясенецкого, автора знаменитых «Очерков гнойной хирургии».
— Специалисты понимают: помимо мастерства существует вопрос веры. Это важный внутренний компас. Мы часто повторяем, что рукой хирурга управляет Господь, — объясняет сопровождающий.
«Медицина — это призвание всей моей жизни»
Мы стучимся в кабинет старшей медсестры 31-го отделения нейрохирургии. Это место, где восстанавливаются бойцы с травмами позвоночника и нарушениями мозгового кровообращения, то есть те, у кого парализованы конечности или нарушена работа внутренних органов.
На встречу нам немного смущенно поднимается молодая женщина. Она поправляет белый халат, предлагает присесть и, пока мы устраиваемся признается: «Честно, с журналистами разговариваю впервые».
Наталья Васильева пришла сюда в 2007 году, сразу после учебы. Начинала постовой медсестрой. Сутки напролет под ее контролем находились десятки пациентов: уколы, капельницы, сложные перевязки. Потом — годы в перевязочной, работа в отделении эндопротезирования, где меняют суставы, затем попала в нейрохирургию.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
Пандемия для нее, как и для многих врачей, стала испытанием. Когда коллеги выбывали из строя из-за болезни, Наталья брала на себя дополнительные смены — выходила на пост, работала в перевязочной, подменяла процедурную медсестру. В 2022 году руководство предложило ей должность старшей медсестры.
— Страшно ли было брать ответственность за коллектив?
— Конечно, поначалу волнительно — в подчинении столько людей. Но помогло то, что я сама прошла все позиции. Девочки знают меня давно, мы говорим на одном языке, — улыбается она.
Коллектив она называет второй семьей и говорит, что сюда идут на смену без чувства тяжести — «мы немного фанаты своей работы».
Наталья Юрьевна часто заменяет бойцам психолога. Раненым нужно выговориться, доверить кому-то те страхи, о которых не расскажешь родным.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
На просьбу вспомнить самый яркий случай из практики она отвечает мгновенно. Однажды у пациента с трахеостомой (хирургически созданное отверстие на шее для дыхания в обход носа и гортани) началось внезапное кровотечение. Оказалось, осколок повредил сонную артерию и сам же удерживал сосуд от разрыва.
— В такие секунды паники нет. Только холодный расчет. Нужно спасать — и точка. Эмоции накрывают уже потом, дома, — признается она.
Несмотря на то что в семье Натальи Юрьевны не было медиков, она с юных лет мечтала стать медицинской сестрой.
— В детстве я постоянно играла в больницу с куклами, — вспоминает старшая медсестра. — Меня всегда привлекала возможность помогать людям, и эта мечта переросла в настоящее призвание.
Прощаясь, мы ловим взгляд Натальи Васильевой — спокойный, уверенный и очень добрый.
«Перевязочная была моей стихией»
Дорога к следующему отделению напоминает настоящий квест. Госпиталь Вишневского — огромный медицинский комплекс со своей внутренней географией: длинные переходы, одинаковые коридоры, многочисленные развилки.
— Долго привыкали к здешней логистике? — спрашиваю я своего сопровождающего, признаваясь, что без помощи вряд ли найду выход.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
— У меня родители здесь работают, я с детства в этих стенах, но даже мне понадобился месяц, чтобы всё уложилось в голове, — улыбается собеседник. — А пациентам помогают маркеры на полу и, конечно, наш персонал. Мы всегда подскажем дорогу.
В 34-м терапевтическом отделении, где проходят реабилитацию неврологические больные, пахнет мятой и чистотой. Старшая медсестра Зинаида Слюсарчук встречает нас с профессиональной, почти материнской улыбкой. Она работает здесь полвека — попала в медицину почти случайно, но влюбилась в профессию с первых дежурств.
— За компанию с подругами пошла, а потом полюбила анатомию, — смеется Зинаида Сергеевна.
Ее страстью всегда была перевязочная. В годы кампаний на Северном Кавказе операции и перевязки шли непрерывным потоком. Микрохирургия тогда только делала первые шаги.
— Это творческая работа, — сказала она «Известиям». — Видишь, как под твоими руками заживает рана, как возвращается жизнь в ткани — и понимаешь: всё не зря.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
Сегодня ее рабочий день наполнен множеством задач: обходы пациентов, контроль работы персонала, ведение документации, занятия с молодыми специалистами. Каждый день похож на предыдущий, но в то же время уникален.
За 50 лет работы Зинаида Сергеевна не просто наблюдала за развитием медицины, а участвовала в нем. Открывала новые блоки, ассистировала на сложнейших операциях, осваивала технологии, которые прежде казались фантастикой.
— Мы переживаем за каждого. Если вечером думаешь о человеке — значит, не напрасно работала, — признается Зинаида Сергеевна.
«Если не жалеть — как лечить?»
У кабинета Марии Флоринской всегда аншлаг. Шесть скамеек в коридоре плотно заняты теми, кто пришел на кардиограмму. Она принимает до 70 пациентов в день. И когда в дверях появляется невысокая энергичная женщина в белом халате, очередь затихает.
— Посидите, пожалуйста, мне нужно закончить с пациентами, — негромко, но твердо горит она нам и снова исчезает за дверью.
Мария Александровна здесь с самого начала, с 1968 года. Она видела, как на месте пустыря вырастали новые корпуса, как менялась аппаратура, форма, поколения.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
— Первый начальник — Поздняков, статный офицер, красавец. А сменивший его Глухов прививал нам академический стиль во всем: от постановки диагноза до манеры общения. Настоящая школа, — поделилась она в беседе с «Известиями».
Через ее кабинет за 57 лет прошли легенды Советского Союза: маршалы, артисты, олимпийцы. Леонид Утесов, Валентина Толкунова, Людмила Сазонова — она помнит всех. На столе лежат фотографии и книги с подписями благодарных пациентов: от генерала Леонида Ивашова, комментатора Владимира Маслаченко, полковника Виктора Сухова. Последний подарил медсестре сборник своих стихов.
Но для нее нет разницы между знаменитостью и рядовым бойцом. Многие сейчас называют ее матушкой.
— Очень жалею своих пациентов, особенно раненых. Конфеткой их угощу, поговорю по душам. Скажу: «Ну-ка улыбнись, всё наладится, еще на танцы пойдем!» — делится она. — А если не жалеть — как лечить?
После училища ее приняли на работу в госпиталь Вишневского практически мгновенно. С тех пор не уходила — ни на день, ни на час. Приглашали в Первую городскую, сулили прибавку, но она отказалась.
— Свои стены держат, — говорит она просто. — Коллектив у нас замечательный, дружный, все друг друга поддерживают. Это главное.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
Сама же находит силы не только в работе, но и в простых радостях жизни — уходе за садом у стен госпиталя, заботе о бездомных кошках. На вопрос об усталости отвечает с лукавой искоркой в глазах.
— Бывает, конечно. Но сдаваться нельзя. Я ударник коммунистического труда, мне нельзя, — подчеркнула Мария Флоринская.
Кажется, весь госпиталь держится на таких, как она.
Глядя на этих женщин, невольно вспоминаешь известное изречение: «Выбери себе труд по душе, и тебе не придется работать ни одного дня». В стенах госпиталя эта фраза обретает осязаемый смысл. Несмотря на хронический недосып и плотный график, порой не оставляющий времени на полноценный обед, персонал сохраняет удивительный внутренний свет.
Искусство в стенах госпиталя
В коридорах госпиталя взгляд то и дело цепляется за яркие афиши: выступления известных артистов, фотовыставки, показы кино. Клубный зал никогда не пустует. Так 5 марта прошел концерт молодых артистов, которые приехали навестить проходящих лечение и медицинский персонал
— Сейчас у нас в госпитале в основном ребята с фронта. И мы стараемся, чтобы они не чувствовали себя в изоляции, — объяснил мне сопровождающий. — Недавно выступал Шаман, приезжала Наталья Варлей — в рамках Недели советского кино. А еще к нам приезжают труппы ведущих театров, играют спектакли.
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
Последнее это проект «Гостиная у Вишневского» — по имени знаменитого хирурга, чье имя носит Национальный медицинский исследовательский центр. Организаторы приглашают театры, обсуждают репертуар, выбирают классические постановки, понятные и близкие многим.
Такие встречи запоминаются бойцам надолго, ведь за ними стоят внимание и поддержка, ощущение, что жизнь продолжается, что за стенами госпиталя их ждут, помнят и любят.
В коридорах можно встретить картины, написанные художниками и самими пациентами. Пейзажи меняются по сезонам — зимой висят пейзажи со снегом, летом — солнечные. Так в этих стенах символически сменяются времена года.
Автор: Юлия Леонова
Заглавное фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков
